Владимир Иванович летит в Абу Даби

 Владимир Иванович чиновник самого высокого ранга. Высокий, ещё статный, в свои 62 года. По меркам сегодняшних параметров ещё с дальнейшей перспективой. Но, тссс.
Чтоб не сглазить.
Одевается безупречно. Даже пылинки не решались на него садиться.
Ботинки блестели, как начищенные самовары.
На работу и с работы он, согласуясь с указом президента, ездил на AURUS.

Во всё остальное время он использовал классные машины! Их было 4 марки иностранных. Загляденье.

На самом деле, понимающие люди, которые в курсе, улыбнуться пренебрежительно,- скромно. Не по чину. Восемь ему положено, а не четыре.
Надеюсь, я вам дал повод, улыбнуться надменно.

Владимир Иванович вчера приехал на дачу к сыну и внучке. Повидаться. Кое-что человеческое и ему не чуждо. Повидаться перед поездкой в Абу-Даби, на неделю всего. Устал. Надо расслабиться. Не знаю стоит ли говорить, но его новая секретарша тоже устала. Он её пожалел и купил билет и на нею.

 Приехал к сыну. Вручил всем по подарку. Снова отмечу его человечность, одарил повара и горничную тоже.

Сейчас, после наивкуснейшего, наизыскайнейшего и плотного обеда, он устроился на дачном кресле, предварительно, сняв халат и оставшись в бермудах с пальмами.
 Вытянул блаженно ноги, расслабил под солнышком тело. Был 12тый день июля сего года. 2 часа 12 минут.

И стал он думать, о чём бы подумать, чтоб было приятно и трогательно.

Блаженно вздохнул и стал думать о ранней молодости. О первой своей любви. Имя той осчастливленной девушки, он не помнил (сколько раз пробывал!)
Воспоминания его всегда начинались с её запаха волос.
Он тогда впал в нирвану и шептал:" счастье моё, жизнь моя"
И сейчас он опять реально ощущал это запах. Мгновенье счастья.
Глаза закрыты. Солнце мягкое, тёплое. Мысли плавные, плывут, как облака.

И тут как самолёт джет над ухом пролетела муха.
Он даже вздрогнул.
Опять закрыл глаза, но на скорости прожужжали ещё две мухи.
Он отмахнулся обеими руками и стал высматривать этих гадин.
Откуда они тут?

К нему подлетала с противным жужжанием очередная муха.
Видимо, заметив, что человек её заметил, муха передумала садиться на нос и села на голую коленку.
Это была зелёная, откормленная навозом и прочим, зелёная муха.
Мерзкая до ужаса! и поползла по коленке, как по собственной жилой площади.

Владимир Иванович сложил большую ладонь в совочек, намереваясь поймать муху.

Но тут он был вынужден отвлечься. Откуда ни возьмись, вокруг него закружили десятки мух. Их жужжание сделалось невыносимым.

Ему бы встать и убежать, отмахиваясь халатом, а он смотрел на них выпученными глазами.

"Что такое! Я же не гавно! мне завтра в Абу-Даби. А на мне ползает сотня мерзких мух. Господи! Я думал, что люди свихнулись, кто на чём. А вижу, что и мухи сошли с ума.
Хорошо, что они уже не жужжат.
Он закрыл глаза. Мухи ползали по всему телу, выглядело это забавно. Как в мультфильмах, только вместо пчёл, человека облепили зелёные мухи!
 но они совсем его не беспокоили этим.
Он сидел мирно, замерев.
 А то мухи зажужжат.
А этот звук ему очень неприятен.

Пусть уж тоже ползают по нему мирно.
Потерпит.
Ему завтра в Абу-Даби.
Там его все примут за человека.
Высокого, импозантного, которого нельзя не уважать.