За местью в Америку

      

   Главы из киноромана "Совесть человечества"

   Утро выпало пасмурным. За окном моросил дождь, не предвещая ничего радостного. Капли медленно стекали по стеклу, будто сам город прощался с Максимом, не желая его отпускать. Не допив кофе, Максим позвонил в редакцию. После третьего гудка трубку взяла Мария.
— Машенька, слушай внимательно! Мне  срочно нужен билет на Лос Анджелес. на ближайший рейс, желательно на сегодня. 
     Маша только села за рабочий стол в приемной редактора, ранний звонок Максима так взволновал  ее,  что она на  секунду  задержала дыхание.
   - Ну что ты молчишь?
  -  Уже ищу, ищу. – слышно было как торопливо щелкают  клавиши.
  - Только быстрее, пожалуйста.
  -  Вот, есть рейс,  «Аэрофлот», SU 102, вылет в 18:00 из Шереметьево. Прилёт в Лос Анджелес в 9:30 по местному.
    -  Умница! Только  не тяни, оформляй, времени в обрез.
 -Успокойся,  уже оформляю… Ты не забыл, кто тебя любит по-настоящему?
- Помню, дорогая,  помню.
- А кому предназначен судьбой?
- Ну кому же еще, если не тебе?
- Так,   все  оформила. Я  приеду провожать тебя.
- А вот это ни к чему…
 - Ладно, билет получишь в кассе. Подожди, ты что в редакцию вообще не заедешь?
 - Зачем?
 - А приглашение американской стороны, командировочное удостоверение и задание, дорожные расходы, номер брони?  Совсем парень голову потерял!
 Максим взял паузу
 - Ладно, успокойся. Чтобы ты делал без меня. Передам через Никола он с утра в бухгалтерии ошивается...
  - Конечно, конечно.
-   Все равно будешь моим.  Помнишь Пелагею? Так вот она мне сказала: никуда он от тебя не денется, потому что нет тебя, моя голубушка, краше, нет  умнее, да и ангелы  на твоей стороны кружат… Ой, подожди шеф пришел.
     Наступила пауза и вновь голос Маши всплыл из трубки
   - Генрих Галактионович рад, что ты не стал тянуть с поездкой,   просит напомнить, что  ждёт от тебя информационную бомбу. Чтобы текст дышал, кричал, хватал за грудки. Чтобы весь медиамир воскликнул: вот это  репортаж, вот эта  русские зажигают…
  — Воскликнет медиамир,весь воскликнет,  еще как воскликнет.

  -   Максимушка,  - перехватил  трубку Галактионович. - Привет. Она не с главного  нача+ла. -  Прежде всего, береги себя, ты же знаешь, я люблю тебя,  как сына. Конечно, мы ждем от тебя ясности в этой мутной глобалке, ты понимаешь, о чем я.  В случае чего звони мне домой,  в любое время суток. Счастливого пути, родной!
- Спасибо, спасибо, вы меня как  на войну провожаете.
-   Я буду ждать тебя изнывая от страсти  - театрально прошептала Маша в трубку, когда Галактионович прошел в кабинет. - Роскошная ресторация, элитный отель и  ночь любви - с тебя!
   - Однозначно, согласился Максим.
   - А может,  сразу под венец?
     Максим чуть помедлил, не зная, что на это ответить.

     -  Как вернусь, обсудим. Целую…
     -  И я тебя… крепко-крепко…


           Как-то  все удачно складывается, - подумал Максим положив трубку, - билет, приглашение, виза  -  будто судьба стелет  ковровую дорожку к цели. И другого пути нет. И куда он ведет этот путь: не  на небеса ли?
    В комнату тихо вошла тетя Поля. – Она стоял за дверью и все слышала.
 
    -  Максимушка,  я тебе   бутербродов в дорогу положу.  Блинчиков напеку…Термо+сок  заправлю чаем на травах…
- Нет-нет, тетя Поля, я налегке.
-  Как налегке -то, тринадцать часов лету!  А блинчики–то с икоркой будут….
    Максим обнял ее.
 - Спасибо, тетушка дорогая! Очень ценю твое внимание, но в самолете все предусмотрено…
- Ой, не знаю даже Максимушка, что-то  тревожно  на душе.
- Да не переживайте вы так, обычная поездка…
-Возьми хотя бы образок, она протянула ему иконку Николая Чудотворца. Дед твой с ней войну прошел.
-Иконку, пожалуй возьму,
-Держи только ее поближе к сердцу

      Звонок Николая оказался как нельзя кстати
- Летишь значит?
-Лечу.
- А мне позвонить не мог.
- Не успел… Так, не время трепаться, греби ко мне.
- Ишь ты, раскомандовался, тоже мне спецкор по особо важным делам.
 Ты знаешь что выкинула твоя  избалованная министерская  барышня? 
 "Мне бы ваши проблемы» -подумал Максим.
 - Ввалилась  в бухгалтерию и сходу: "Хватит клянчить авансы, бери  пакет  в зубы и  живо к Максиму, дело государственной важности". И если я не ослышался,  вслед бросила презрительно «Бобик с фотоаппаратом».
 - Бобик? Может, она имела в виду "Бобби"? 
  - Какой  Бобби, Максим?
 -Но тот самый великий фотограф Бобби Адамс …
 - Издеваетесь, а я между прочим лауреат многих престижных премий. Ладно жди, пробиваюсь к тебе  сквозь пробки

      
     Максим еще раз подумал о том, что может надолго задержаться, а может и вовсе не вернуться.  Как же они без меня разбираться будут?  Он подсел к компьютеру, быстро напечатал что-то вроде завещания и поехал на Белорусский вокзал. Пробки отняли у него больше часа.
  Вернувшись застал дома Махоча, попивающего с тетушкой чаек с травами.
  - Такой у вас племяша, приезжай, приезжай, а сам умотал. И не извинений тебе, ни  «виноват исправлюсь»….
-   Вот тебе вместо извинения.
Максим приставил к носу Махоча кулак
- Понял…
- Понял…
- Ты не серчай на него, Николай, извелся он совсем, а дорога какая ему предстоит.
- Тетя Поля я бы сам сейчас все бросил и улетел  в штаты

      Максим зашел в другую комнату. Времени оставалось мало, пробки на дорогах могли помешать. "Что ж, "береженного  Бог бережет, лучше подстраховаться," - рассудил Максим и позвонил Берковскому.
    Времени оставалось мало, пробки на дорогах могли помешать вовремя добраться
 "Береженного  Бог бережет!" - рассудил Максим. – лучше подстраховаться и позвонил Берковскому.
    - Добрый день. Мне майора Берковского
    Незнакомый мужской голос вежливо попросил положить трубку и ожидать звонка. Через несколько минут позвонил сам  Берковский.
  - Привет, дружище! Выручай!
  - Что случилось?
  - Могу опоздать к регистрации в Шереметьево
  -  Куда это ты?
  -  В Город ангелов, по заданию редакции…
 -   Я понял, тебе  нужен коридор до Шереметьево. Жди моего звонка.
Берковский перезвонил через полчаса, заставив Максима немного понервничать.

  — Всё в порядке, дружище, коридор обеспечен. Машина будет ждать у подъезда ровно в три: чёрный Mercedes-Benz S;класса, А 777 АА 777, цвет «обсидиан». Мигалка синяя, включать не будут. Поедете по выделенке, в связке с дежурным экипажем ДПС. Смотри не ошибись, а то сядешь к какой-нибудь светской львице и окажешься вместо Шереметьево у бутика на Петровке.
   Максим усмехнулся. Он знал эту манеру Берковского: ни капли воды, зато каждая деталь на своём месте.
     - Раз ты собрался за океан, значит дело государственной важности. Надеюсь поездка будет интересной для нас обоих.
 - Надеюсь.
 -  Счастливого полета, Максим. Звони, если помощь понадобится на месте. У нас там кому обратиться.
 - Спасибо, дружище, я в долгу не останусь.


    По русскому обычаю  все трое сели за стол.
- Может, по этому поводу по сто грамм фронтовых, - предложил Николай.
- Еще чего, - не дал договорить другу Максим.- Пить будем, когда вернусь.
- Ну и племяша у вас, тетя Поля…
- Племяша у меня золотой, каких свет не видывал.
        Наконец раздался звонок.
  - Максим Викторович?
  - Да, я...
  - Машина у подъезда.

    Максим застегнул чемодан. На секунду задержался у двери, прижал ладонь к иконке под рубашкой.  Тётя Поля  стояла в дверях, куталась в шаль. Она не кричала «береги себя», не хватала его за рукав. Просто смотрела, как он уходит, и в этом взгляде было всё: и страх, и гордость, и вера в то, что все будет хорошо. Потом вышла на балкон, чтобы сверху ему помахать.Перед тем, как сесть в машину, Максим поднял голову и помахал ей в ответ.