Допрос

Второе письмо солдата 22-го ООСПН.

Допрос.
Примерно это было вечером, где-то в районе семи часов. Ко мне в клетку ворвались два надзирателя и начали усердно меня допрашивать. Им нужна была информация: как мы узнаем действия и положение? Как можно знать то, чего нельзя увидеть?

Я постараюсь кратко описать, так как времени у меня мало, да и одного листа может не хватить, если описывать всю картину происходящего.

Ко мне в сырую клетку, где я уже пробыл месяц, каждый божий день врывались растерянные высшие силы и требовали от меня полный расклад, а именно: как мы предотвращаем удары и как видим то, чего скрыто от посторонних глаз.

Я ответил: «Чутьё!» Но они не поверили и наказали меня.

Они показали мне одну вещицу и спросили: «Что это?» На вид это была маленькая прямоугольная коробочка, меньше спичечного коробка, тонкая, чёрная, и на краю был маленький вырез.

Они вскрыли её. В ней лежала тонкая пластина, и на металлической поверхности было обозначение «+».

Они повторно спросили меня: «Что за странная штуковина лежала на сейфе в кабинете?»

Я ответил: «Понятия не имею». Позже мне сделали массаж всего тела. Было жёстко, но терпимо.

Допрос длился недолго, примерно 30 минут, но они казались такими вечными!

Я видал ранее эту вещь, которую они мне показали. И если я поясню им, то моё положение станет для меня лучше, да? И для всех остальных. А если посмотреть им в глаза, то они явно "понимали суть моих слов" и, думаю, проявили ко мне жалость.

Меня повторно «взбодрили». От сырой ямы я слаб и дрожал от холода, но после допроса мне было весело и тепло.

В итоге нужно заканчивать моё письмо, на листе не остаётся чистого места. Я пояснил им об одном: что мы все видим и слышим, но как — только богу известно.

Меня после этих слов поощрили тёплыми объятиями.

Надеюсь, это письмо дойдёт до моих читателей и воспримут мои слова правильно. И поймут, что мне не выбраться из этой ямы в одиночку!

С уважением, Пикассо.