Из шамкира в школу комсомольских вожаков

ИЗ ШАМКИРА — В ШКОЛУ КОМСОМОЛЬСКИХ ВОЖАКОВ
Как восьмиклассник стал секретарём школьной комсомольской организации и оказался в лагере «Гвоздика»
Данный рассказ является автобиографическим, основан на воспоминаниях о событиях 1967–1968 годов и приурочен ко дню рождения комсомола. События происходили в городе Шамкир Азербайджана, в Шамкирской городской средней школе № 4.
Необычное доверие
Есть события в жизни, которые с годами не забываются, хотя отдельные подробности постепенно стираются из памяти. Проходят десятилетия, меняются времена, исчезают привычные учреждения, уходят люди, с которыми когда-то встречался каждый день, но некоторые эпизоды юности продолжают жить в сознании. Иногда они вспоминаются особенно отчётливо, когда приближается дата, связанная с тем временем.
Для меня одной из таких страниц стала история моего избрания секретарём первичной комсомольской организации Шамкирской городской средней школы № 4 и последующая поездка в лагерь комсомольских вожаков «Гвоздика», расположенный в горах Губинского района Азербайджанской ССР.
Сегодня, спустя почти шесть десятилетий, я вспоминаю эти события не только как эпизод собственной биографии. Они позволяют заглянуть в атмосферу советской школы конца 1960-х годов, понять, как воспитывались общественные организаторы и каким образом молодому человеку предоставлялась возможность проявить себя.
Всё началось в 1967–1968 учебном году.
Я учился тогда в восьмом классе. Возраст, как теперь принято говорить, совсем юный. Впереди ещё несколько лет школьной жизни, экзамены, выбор профессии, первые серьёзные решения. Но уже тогда мне довелось получить общественное поручение, которое выходило далеко за рамки обычных обязанностей школьника.
На отчётно-выборном собрании первичной комсомольской организации школы меня избрали её секретарём.
Именно всей школьной организации, а не отдельного класса!
Сегодня такое решение, возможно, не показалось бы чем-то из ряда вон выходящим. Но в те годы, насколько я помню, существовала другая практика: руководить школьной комсомольской организацией обычно поручали учителю или другому взрослому работнику, имевшему необходимый опыт. Чтобы секретарём избрали ученика, да ещё восьмиклассника, такое случалось нечасто.
По крайней мере, в моей школьной жизни это было необычным событием.
Попробуем представить ситуацию глазами тогдашнего школьника. Ты ещё сам сидишь за партой, отвечаешь у доски, выполняешь домашние задания, готовишься к урокам, а теперь тебе предстоит организовывать работу комсомольцев всей школы, среди которых есть и старшеклассники. Нужно участвовать в подготовке собраний, заниматься общественными мероприятиями, взаимодействовать с учителями и поддерживать связь с комсомольскими органами.
Иными словами, тебе доверяют не только выполнение поручений, но и организацию работы других людей.
Конечно, я не мог тогда в полной мере осознавать все последствия такого решения. Не рассуждал о кадровой политике, управленческом опыте и подготовке будущих руководителей. Я был школьником, которому оказали большое доверие, и воспринимал своё избрание прежде всего как ответственность и признание.
Но, оглядываясь назад, я вижу в этом событии нечто большее.
Чтобы руководить коллективом, недостаточно самому хорошо учиться или быть дисциплинированным. Необходимо уметь договариваться, убеждать, находить общий язык с людьми, организовывать общее дело и отвечать за результат. Всему этому невозможно научиться только по учебникам. Нужна практика, причём начинать её лучше тогда, когда человек ещё молод и открыт новому опыту.
Возможно, именно поэтому моё избрание стало для меня первым серьёзным уроком общественной деятельности.
Я не могу утверждать, что решение нашей школы было частью официально объявленного всесоюзного эксперимента. Документы, которые позволили бы сделать такой вывод, мне неизвестны. Но сам факт избрания восьмиклассника на должность секретаря всей школьной комсомольской организации был для меня необычным, а дальнейшие события показали, что мою деятельность заметили и за пределами школы.
Путёвка в горы
Летом 1968 года, в июле, меня направили в лагерь комсомольских вожаков «Гвоздика» в Губинском районе.
Это было уже совсем другое дело!
Одно дело — быть секретарём комсомольской организации родной школы, где знаешь учителей, одноклассников, старшеклассников, где каждый день проходит по знакомому расписанию. И совсем другое — отправиться в лагерь, куда съезжались активисты из разных уголков огромной страны.
Для школьника такая поездка была настоящим событием. Впереди ждали незнакомые люди, новые впечатления, обучение, общение и, конечно, возможность проверить себя в непривычной обстановке.
Само название лагеря — «Гвоздика» — до сих пор сохранилось в моей памяти. Красивое, запоминающееся название, которое невольно ассоциировалось с молодостью, энергией и романтикой комсомольской жизни.
В те годы существовали различные формы подготовки комсомольского актива: семинары, сборы, школы молодёжных организаторов. На них участники обменивались опытом, слушали лекции, обсуждали организационные вопросы, учились проводить мероприятия и работать с коллективами.
Именно в таком духе запомнилась мне и «Гвоздика» — как место, где комсомольская работа выходила за пределы привычных школьных собраний и превращалась в целую систему занятий, встреч и практических испытаний.
Кто собрался в «Гвоздике»?
Первое, что поражало, — состав участников.
Лагерь был большим. Насколько я помню, школьники составляли лишь небольшую часть всех собравшихся — примерно десять-пятнадцать процентов. Остальные были комсомольскими активистами разных уровней.
Среди участников находились секретари райкомов, горкомов и даже обкомов комсомола. Были люди, которые уже занимались организационной работой на уровне целых городов и областей.
Представьте себе эту картину: рядом с совсем молодыми ребятами находились люди, для которых комсомольская деятельность была не школьным общественным поручением, а повседневной работой, требовавшей умения организовывать большие коллективы, планировать мероприятия, выступать перед аудиторией и принимать решения.
Я оказался в окружении людей с совершенно разным жизненным опытом.
Особенно запомнился мне секретарь комитета комсомола города Волгограда. Это был человек, представлявший уже городской уровень руководства. Впоследствии мы переписывались, и он присылал мне методические материалы, связанные с комсомольской работой.
Для меня, школьника из азербайджанского города Шамхора, такая переписка имела большое значение. Она позволяла продолжать знакомство с опытом других комсомольских организаций и после окончания лагеря.
В памяти сохранились и представители Казахстана, в том числе секретари областного комитета комсомола.
Нас объединяло то, что каждый приехал со своим опытом, своими представлениями о работе с молодёжью и своими вопросами. При этом уровень подготовки и служебное положение участников существенно различались.
Для меня это было особенно интересно. В школе круг общения был привычным и сравнительно небольшим. Здесь же я увидел, насколько разнообразной могла быть комсомольская деятельность, как много существовало способов организовывать молодёжь и как по-разному решались задачи в разных местах страны.
Само общение становилось уроком.
Не всякий полезный опыт приобретается во время официальной лекции. Иногда достаточно внимательно послушать собеседника, узнать, как он решает ту или иную задачу, сравнить его подход со своим — и уже возвращаешься с новыми мыслями.
В «Гвоздике» я впервые в таком масштабе почувствовал, что школьная общественная работа является частью гораздо более широкой системы.
Лагерь среди леса
Но если участники лагеря и занятия были его содержанием, то природа создавала совершенно особую атмосферу.
Мы жили в армейских палатках, разбитых на живописной лесной поляне. В центре находилось небольшое озерцо, а вокруг него располагались палатки. По моим воспоминаниям, их было примерно тридцать-сорок.
Сегодня, когда я пытаюсь восстановить эту картину, мне кажется, что сама природа словно помогала объединять людей. Лес окружал поляну со всех сторон, а палатки образовывали небольшой лагерь, в котором каждый день начинался и заканчивался вместе с остальными участниками.
Это была не гостиница с удобствами и не санаторий с расписанием процедур. Мы жили в походных условиях, близких к полевой жизни. Палатка становилась нашим временным домом, лес — естественной границей лагеря, а общая программа определяла распорядок дня.
Особенно хорошо помню дорогу к столовой.
От лагеря нужно было пройти примерно сто метров по лесной тропинке. Столовая находилась под открытым небом, среди густого леса. Сам путь к ней уже был частью лагерного впечатления: вокруг деревья, под ногами лесная тропа, впереди место, где собиралась вся наша большая компания.
Сегодня подобная организация питания могла бы показаться непривычной. Но в той обстановке всё выглядело естественно. Мы находились в лесу, жили в палатках, занимались коллективными делами, и общая столовая органично вписывалась в этот своеобразный быт.
В лагере не было привычной школьной обстановки с коридорами, кабинетами и звонками. Здесь всё происходило в тесной связи с природой.
Утреннее построение, занятия, соревнования, прогулки, вечерние встречи — день проходил в общем ритме, а люди, приехавшие из разных республик, постепенно становились участниками одного большого коллектива.
День по расписанию
Каждое утро начиналось с подъёма флага и физической зарядки.
Потом следовали занятия, лекции, специальные практические уроки. Организаторы старались не ограничиваться одним видом работы: после теоретических занятий нас ждали конкурсы, соревнования и другие мероприятия.
Всё было направлено на то, чтобы участники не просто слушали, но и сами проявляли инициативу.
Лекция позволяет узнать что-то новое, но она ещё не показывает, умеешь ли ты применить полученные знания. Для этого нужны практические задания, обсуждения, выступления и соревнования. Именно такое сочетание разных занятий и запомнилось мне в лагере.
Нам предлагали участвовать в конкурсах, где требовалось проявить сообразительность, умение формулировать мысли, творческие способности. Мы учились не только воспринимать информацию, но и выражать собственное мнение, представлять результаты своей работы перед другими людьми.
Сейчас я уже не могу восстановить все названия занятий и точную последовательность лагерной программы. Прошло слишком много времени. Но общее впечатление осталось: нас учили понемногу всему, что могло пригодиться общественному организатору.
Ведь хороший вожак — это не человек, который умеет только проводить собрания или выступать с подготовленной речью. Он должен разбираться в людях, уметь организовать коллектив, заинтересовать участников общим делом, поддержать инициативу и найти занятие, которое объединит разных людей.
В этом смысле «Гвоздика» была для меня не просто летним отдыхом. Она стала школой общения и практического знакомства с организационной работой.
Конкурс, который я запомнил на всю жизнь
Среди многочисленных мероприятий особенно ярко сохранился в памяти конкурс на лучшее короткое сочинение или рассказ.
Я помню, что был прочитан рассказ одной из девушек, признанный лучшим. В нём описывалась обычная детская игра во дворе. Казалось бы, что может быть проще? Дети играют, придумывают себе занятия, бегают, общаются.
Но во время игры они находят медаль Великой Отечественной войны.
И вот обычная дворовая история приобретает совершенно иной смысл.
Находка становится связующим звеном между детским миром и памятью о войне, между сегодняшним днём и подвигом людей, переживших тяжелейшие испытания. Предмет, который мог показаться детям просто необычной вещью, заставляет задуматься о прошлом, о людях, о значении исторической памяти.
Именно этот рассказ запомнился мне своей простотой и одновременно глубиной.
Вокруг подобных работ возникали обсуждения и споры. Участники могли по-разному оценивать достоинства сочинений, рассуждать о том, что делает рассказ интересным, почему одна история трогает читателя сильнее другой.
Я не берусь сегодня воспроизводить те дискуссии дословно. Память не сохранила их точного содержания. Но сам эпизод остался со мной на десятилетия.
Почему?
Наверное, потому, что он показал мне: чтобы написать интересный рассказ, необязательно придумывать невероятные приключения. Иногда достаточно увидеть особый смысл в обыкновенном событии.
Детская игра и найденная во дворе медаль — небольшой эпизод, который при умелом изложении способен рассказать о целом поколении, о войне, о памяти и человеческих чувствах.
Возможно, тогда я ещё не думал о литературе как о серьёзном занятии. Но сегодня, оглядываясь на собственную жизнь, я особенно ценю такие впечатления. Они учат внимательнее смотреть на окружающий мир и замечать в нём то, мимо чего другие могут пройти.
Походы и яблоневые леса
Программа лагеря не ограничивалась палатками и занятиями.
Были и походы по окрестностям. Один из них запомнился мне посещением яблоневых лесов.
Горы и леса Губинского района сами по себе производили сильное впечатление. После занятий особенно приятно было оказаться на природе, пройтись по лесным тропинкам, увидеть новые места, пообщаться с товарищами вдали от привычной обстановки.
Яблоневые леса сохранились в моей памяти как часть этого летнего путешествия. Подробности отдельных походов уже трудно восстановить, но ощущение свободы, свежего воздуха и живописной природы осталось.
В подобных поездках участники лагеря узнавали друг друга с другой стороны. На лекциях человек мог показаться серьёзным и сдержанным, а во время похода раскрывался совершенно иначе. Кто-то шутил, кто-то рассказывал истории, кто-то проявлял инициативу, кто-то помогал товарищам.
В коллективной жизни многое обнаруживается не сразу.
Именно поэтому совместные занятия, соревнования и походы имели особое значение. Они не только разнообразили программу, но и создавали условия для общения людей, которые до приезда в лагерь могли ничего не знать друг о друге.
Каждый день приносил что-то новое. И даже если сегодня отдельные эпизоды уже не складываются в полную картину, общее впечатление от той поездки остаётся цельным: это было время открытий, знакомств и расширения кругозора.
Что давала «Гвоздика» молодому организатору?
Спустя почти шестьдесят лет я могу посмотреть на ту поездку глазами взрослого человека.
В 1968 году мне было важно прежде всего то, что я оказался среди людей, имевших опыт общественной деятельности. Тогда я воспринимал происходящее как интересное и почётное событие, как возможность узнать больше и познакомиться с новыми людьми.
Теперь я понимаю и другое.
Подготовка организатора не сводится к тому, чтобы научить его правильно вести собрание, составлять план или выступать перед аудиторией. Это лишь внешняя сторона дела.
Гораздо важнее развивать самостоятельность, ответственность, умение слушать и понимать людей, работать в коллективе и принимать решения. Не менее важно научиться выражать мысли, находить аргументы, спокойно относиться к чужому мнению и не бояться участвовать в обсуждении сложных вопросов.
Судя по тому, что сохранилось в моей памяти, лагерная программа включала разные формы занятий, которые позволяли участникам проявлять себя в самых разнообразных ситуациях.
Лекции давали знания. Практические занятия позволяли применить их. Конкурсы развивали творческое мышление. Походы и совместная жизнь помогали узнать товарищей. А общение с опытными руководителями открывало возможность познакомиться с тем, как организуется работа на других уровнях.
Всё это было особенно полезно для таких участников, как я, — школьников, которые только начинали свой путь в общественной деятельности.
Я не могу утверждать, что лагерь «Гвоздика» был специально создан как всесоюзная кадровая ступень для будущих руководителей или что каждый его участник рассматривался как кандидат на дальнейшее продвижение. Для подобных выводов нужны архивные документы, которых у меня нет.
Но в личном отношении эта поездка действительно стала для меня одной из первых серьёзных ступеней знакомства с миром организаторской работы.
А то, что я, восьмиклассник из Шамхора, оказался среди секретарей городских и областных комитетов комсомола, само по себе было примечательным событием моей юности.
Из Шамхора — в большую страну
Особую ценность лагерю придавало общение между представителями разных республик.
Советский Союз был огромной страной, и в повседневной жизни школьника возможности познакомиться с людьми из далёких городов были ограничены. В «Гвоздике» эта граница исчезала.
Рядом находились ребята и взрослые активисты из разных мест. У каждого был свой опыт, свои привычки, свои представления об общественной работе. Но всех объединяло участие в комсомольской жизни.
Я познакомился с людьми, с некоторыми из которых продолжил общение и после лагеря. Особенно показательной для меня стала переписка с секретарём комитета комсомола Волгограда, который присылал мне методические материалы.
Это была уже не просто встреча, оставшаяся в памяти. Она получила продолжение в повседневной жизни.
Полученные материалы могли помогать мне в моей работе, давали возможность сравнивать подходы и узнавать, как организуются мероприятия в других комсомольских коллективах.
В те годы не существовало сегодняшних средств мгновенной связи. Переписка требовала времени, а письмо из другого города становилось настоящим событием. Тем ценнее было получать сообщения от людей, с которыми познакомился во время поездки.
Для меня, школьника из Шамхора, такие знакомства расширяли представление о мире. Оказывалось, что за пределами родного города существует огромное пространство, в котором живут люди, занимаются похожими делами, сталкиваются с общими вопросами и могут делиться опытом.
Наверное, именно из таких впечатлений и складывается взросление. Человек начинает понимать, что его собственный мир, каким бы важным он ни казался, является частью чего-то гораздо большего.
Первый шаг на длинном пути
Сегодня я не хочу преувеличивать значение своей школьной должности или приписывать ей то, чего невозможно доказать. Я не был единственным молодым человеком в стране, которому доверили общественную работу, и не могу утверждать, что моё избрание стало началом официальной всесоюзной реформы.
Но я могу уверенно говорить о том, что произошло лично со мной.
В восьмом классе меня избрали секретарём первичной комсомольской организации Шамкирской городской средней школы № 4. В июле 1968 года меня направили в лагерь «Гвоздика» в Губинском районе. Там я оказался среди комсомольских активистов разного уровня, участвовал в занятиях, конкурсах и походах, познакомился с представителями других республик, а с одним из новых знакомых продолжил переписку после возвращения.
Всё это стало частью моего жизненного опыта.
С годами я понял, что раннее доверие способно многое изменить в человеке. Когда тебе поручают ответственное дело, ты начинаешь иначе смотреть на собственные возможности. Появляется необходимость думать не только о себе, но и о коллективе, учитывать интересы других, планировать действия и отвечать за результат.
Не всякий, кому в юности доверили общественную должность, становится руководителем в будущем. Да и не в этом заключается главный смысл подобного опыта.
Важнее то, что человек получает возможность проверить себя, научиться взаимодействовать с людьми и понять, что организаторская работа требует не одного желания руководить, а терпения, знаний и ответственности.
Для меня школа и лагерь стали двумя последовательными этапами такого знакомства с общественной деятельностью. Сначала — ответственность перед коллективом родной школы, затем — возможность увидеть, как работают комсомольские активисты в более широком масштабе.
А дальше началась обычная жизнь со своими трудностями, решениями, работой и новыми задачами. Но тот июль 1968 года остался в памяти как время, когда я впервые оказался в большой среде людей, объединённых общей деятельностью.
Почти шесть десятилетий спустя
Сегодня, в октябре 2026 года, исполняется почти шесть десятилетий с тех событий.
Многое изменилось. Исчезла страна, в которой проходила моя юность. Нет прежней системы комсомольских организаций. Изменились общественные отношения, способы общения и само представление о молодёжном лидерстве.
Но человеческая потребность учиться, развиваться, приобретать опыт и заслуживать доверие других людей осталась.
Когда я вспоминаю Шамкирскую школу № 4, своё избрание секретарём, армейские палатки на лесной поляне, небольшое озерцо, тропинку к столовой, утреннее поднятие флага, занятия, конкурсы и походы в яблоневые леса, всё это постепенно складывается в одну картину.
Это была моя юность.
В ней были и школа, и общественные поручения, и новые знакомства, и первые самостоятельные шаги. Были люди, которые поверили, что школьник способен справиться с ответственным делом. Были встречи, после которых оставались письма и воспоминания. Были события, значение которых начинаешь понимать только спустя много лет.
Не сохранились все подробности. Я уже не могу перечислить каждое занятие, восстановить все фамилии и пересказать все разговоры. Но, возможно, в этом и заключается особенность человеческой памяти: она удерживает не каждую мелочь, а то, что оказалось по-настоящему важным.
Для меня таким событием стало избрание секретарём школьной комсомольской организации и последующая поездка в «Гвоздику».
Я вспоминаю их сегодня не с желанием приукрасить прошлое, а с благодарностью за полученный опыт и за то время, которое оставило в моей жизни заметный след.
В канун очередной годовщины комсомола хочется сохранить эти воспоминания на бумаге — не только для себя, но и для тех, кому интересна история советской школы, молодёжных организаций и жизни обычного школьника в далёком 1968 году.
Пусть мой рассказ останется небольшим свидетельством той эпохи. Возможно, когда-нибудь он поможет кому-то представить, как жили, учились, мечтали и делали первые самостоятельные шаги молодые люди моего поколения.
Алиев Юсиф.
Шамкир. 29 октября 2026 года. http://proza.ru/cgi-bin/login/page.pl