Действие сценическое. Метод и... требование...

Метод и методологическое требование причинной теории Кретова

Вступление. От определения предмета к способу его исследования

Причинная теория действия сценического Ю. В. Кретова ставит перед театром вопрос, который не может быть разрешён одним совершенствованием актёрской техники или режиссёрского анализа.

Что именно мы исследуем, когда говорим о действии сценическом?

Действие персонажа в предполагаемом мире?

Намерение актёра?

Его телесное поведение?

Режиссёрскую организацию спектакля?

Или действительное причинное становление собственного способа актёрского существования?

От ответа зависит не только определение предмета, но и выбор метода исследования.

В статье «Действие сценическое. Театр» Кретов указывает на принципиальную проблему: пока театр описывается как действие вообще, специфика действия сценического растворяется либо подменяется методикой.

Следовательно, необходимо различить метод причинной теории и её методологическое требование.

Метод определяет, каким образом исследовать причинное становление действия.

Методологическое требование устанавливает, какие условия должны быть соблюдены, чтобы полученное объяснение действительно относилось к действию сценическому.

Это различие позволяет сформулировать исходный тезис:

Метод причинной теории Кретова направлен на установление причинного становления действия сценического; её основное методологическое требование — не подменять действительное актёрское осуществление объяснением действия персонажа, описанием исполнительской формы или режиссёрским предписанием.

Однако это только начало исследования. Необходимо установить, что именно делает такой метод причинным.

1. Метод не тождествен методике

В театральной практике понятия метода и методики нередко сближаются.

Методика предлагает определённые способы работы.

Как разобрать пьесу.

Как определить задачу.

Как организовать взаимодействие.

Как подготовить актёра к исполнению.

Но метод научного исследования имеет иной предмет.

Он должен устанавливать, каким образом получено знание о явлении и почему это знание можно считать обоснованным.

Например, режиссёр предлагает актёру изменить отношение к партнёру.

Это методическое указание.

Актёр осуществляет новое действие.

Это сценический процесс.

Исследователь утверждает, что изменение отношения стало причиной нового способа действия.

Это уже причинное объяснение, которое требует проверки.

Таким образом, три положения принадлежат разным уровням.

Методика организует условия работы. Метод исследования устанавливает отношения между условиями и действительным осуществлением. Методологическое требование определяет допустимость самого объяснения.

Причинная теория Кретова не должна превращаться в ещё одну систему исполнительских предписаний.

Её самостоятельность заключается в исследовании того, что происходит при осуществлении сценического действия и почему это происходит.

2. Первое требование: определить собственный предмет

В исследовании «Действие сценическое как таковое» Кретов обращает внимание на ситуацию, когда заявляется сценическое действие, но определяется действие вообще.

Это не просто терминологическая неточность.

Это ошибка предмета.

Если исследователь определяет действие как целенаправленное поведение, он ещё не объясняет, чем сценическое действие отличается от несценического.

Человек способен действовать целенаправленно в повседневной жизни.

Способен намеренно воздействовать на другого.

Способен представлять неполученный результат.

Следовательно, наличие цели, намерения и воздействия не является достаточным основанием для признания действия сценическим.

В исследованиях Кретова специфическое различие устанавливается через организацию представления и восприятия.

В действии сценическом доминирует представление, а восприятие регулирует поведение действующего.

Но даже это определение необходимо отличать от объяснения конкретного действия.

Определить, почему действие является сценическим, и объяснить, почему оно осуществляется именно таким образом, — две различные исследовательские задачи.

Метод должен обеспечивать их последовательное решение.

3. Второе требование: различать предполагаемое и действительное

Драматическое действие принадлежит предполагаемому миру персонажей.

Сценическое действие действительно осуществляется актёром.

Это различие составляет необходимое условие причинного исследования.

Персонаж может пережить предательство.

Актёр представляет обстоятельства предательства, не становясь буквально преданным в собственной жизни.

Персонаж может не знать исхода событий.

Актёр может знать всю пьесу.

Персонаж совершает поступок внутри предполагаемого мира.

Актёр осуществляет действие посредством собственной намеренности и телесности.

Следовательно, причинное объяснение действия персонажа нельзя непосредственно переносить на действительное актёрское существование.

Причина поступка персонажа не становится автоматически причиной соответствующего сценического осуществления актёра.

Методологическое требование заключается в сохранении границы между двумя порядками причинности.

Но это не означает их изоляции.

Необходимо исследовать, каким образом представленное драматическое обстоятельство включается в действительную причинную организацию сценического действия.

Именно здесь начинается специфическая работа метода.

4. Третье требование: не принимать содержание намерения за его осуществление

Кретов определяет действие сценическое через намеренность.

Но намеренность не должна отождествляться с одним знанием актёра о цели.

Актёр может сказать:

«Я хочу добиться признания».

Однако само это высказывание ещё не доказывает, что соответствующее сценическое действие осуществляется.

Необходимо установить, каким образом намеренность получает действительное выражение.

Какие условия организуют её направленность?

Как представляется неполученный результат?

Как актёр осуществляет отношение к партнёру?

Почему возникает определённый способ воздействия?

Следовательно, метод должен различать три уровня:

1. Обозначение намерения.
2. Организацию условий его осуществления.
3. Действительное осуществление намеренности.

Первый уровень не доказывает существования третьего.

Второй не гарантирует заранее определённого результата.

Намеренность является принципиальным основанием специфики сценического действия, но её конкретная причинная действенность должна устанавливаться в осуществлении.

5. Четвёртое требование: не объяснять «как» одним лишь «что»

Это различие особенно существенно для режиссёрской практики.

Драматический анализ способен установить, чего добивается персонаж.

Но одна и та же задача допускает различные способы сценического осуществления.

Например, персонаж стремится удержать партнёра.

Актёр может просить.

Убеждать.

Угрожать.

Обещать.

Молчать, сохраняя определённое воздействие.

Общая драматическая направленность ещё не объясняет, почему возникает именно этот способ.

Поэтому метод причинной теории должен переходить от определения драматического «что» к исследованию действительного сценического «как».

Однако здесь возникает дополнительная трудность.

Само описание «как» ещё не является причинным объяснением.

Если исследователь говорит: «Актёр угрожает», он определяет способ воздействия.

Но почему возникла угроза?

Какие условия сделали прежнее осуществление недостаточным?

Почему актёр не продолжил просьбу?

Следовательно, необходимо различать:

Что осуществляется?

Как осуществляется?

Почему именно такое «как» возникает и сохраняется?

Третий вопрос определяет причинную направленность метода.

6. Пятое требование: устанавливать причину, а не последовательность

Предположим, партнёр отказывает актёру.

После отказа актёр изменяет интонацию.

Затем начинает угрожать.

Можно ли утверждать, что отказ вызвал угрозу?

Пока установлена только последовательность.

Для причинного объяснения необходимо выяснить, какие условия участвовали в переходе.

Возможно, отказ приобрёл для актёра значение окончательного препятствия.

Возможно, прежняя направленность сохранилась, но изменилось отношение к партнёру.

Возможно, переход был заранее закреплён как исполнительская форма.

Возможно, возникли иные условия, не учтённые исследователем.

Следовательно, временное предшествование не доказывает причинности.

Метод причинной теории требует устанавливать не только то, после чего возникло действие, но и то, благодаря какой организации условий стало возможным его определённое осуществление.

Это требование защищает исследование от подмены причинности последовательным пересказом сценического процесса.

7. Шестое требование: различать причину, условие и результат

Причинное объяснение становится неопределённым, если всякое обстоятельство объявляется причиной.

Представленное событие может быть условием действия.

Партнёрский ответ — новым обстоятельством.

Намеренность — организацией направленности.

Телесное осуществление — действительным процессом.

Полученное последствие — результатом, который способен стать условием последующего действия.

Но причинные роли этих элементов различаются.

Особенно важно не превращать будущий результат в причину настоящего действия.

Актёр направлен к неполученному результату.

Однако сам результат ещё не существует как полученный.

Причинно действенным может быть его актуальное представление, включённое в организацию намеренности.

Следовательно, метод должен устанавливать причинный статус каждого исследуемого элемента.

Нельзя объяснять действие одним перечислением обстоятельств, не определив, каким образом каждое из них участвует в возникновении определённого «как».

8. Седьмое требование: не подменять причинность морфологией

Сценическое действие имеет наблюдаемую форму.

Актёр говорит.

Двигается.

Молчит.

Изменяет положение тела.

Осуществляет определённые жесты.

Но морфология действия не равна его причинной организации.

Одинаковое движение может принадлежать различным действиям.

Различные движения могут осуществлять одно действие.

Следовательно, наблюдаемое различие форм ещё не доказывает причинного преобразования.

Например, актёр произносит одну и ту же реплику сначала тихо, затем громко.

Это изменение исполнительской формы.

Но стало ли оно изменением сценического действия?

Ответ требует исследования.

Возможно, изменилась причинная организация воздействия.

Возможно, сохранилась прежняя направленность, а изменение громкости оказалось техническим приспособлением.

Возможно, оно вообще не связано с исследуемым отношением.

Методологическое требование состоит в том, чтобы не принимать внешнее различие за установленное причинное различие.

При этом телесность не исключается из причинного анализа.

Напротив, именно в действительном телесном осуществлении необходимо исследовать причинное становление сценического действия.

9. Восьмое требование: не принимать режиссёрское предписание за действительную причину

Режиссёр определяет событие.

Назначает задачу.

Предлагает отношение.

Организует мизансцену.

Но режиссёрское требование и его действительное осуществление не совпадают автоматически.

Предположим, режиссёр говорит:

«Теперь ты перестаёшь ему доверять».

Актёр изменяет поведение.

Можно ли утверждать, что произошло причинное преобразование сценического действия?

Необходимо установить, что именно изменилось.

Возможно, актёр действительно осуществил новое отношение.

Возможно, воспроизвёл назначенную форму.

Возможно, изменение оказалось обусловлено другим обстоятельством.

Следовательно, режиссёрское предписание является одним из условий исследования, но не доказательством его результата.

Причинная теория не должна выводить действительное актёрское осуществление из одного факта существования режиссёрского замысла.

Именно здесь обнаруживается различие между действенным анализом драматического материала и причинным исследованием сценического осуществления.

10. Девятое требование: устанавливать сценическое событие самостоятельно

В причинной теории особенно важен вопрос о событии.

Событие фабулы принадлежит предполагаемому миру персонажей.

Событие сценического действия должно быть установлено в действительном причинном становлении актёрского способа существования.

Следовательно, драматургически определённое событие ещё не доказывает соответствующего сценического преобразования.

Но и изменение сценической формы не является достаточным доказательством события.

Необходимо установить, произошло ли причинно значимое изменение способа осуществления.

Здесь можно предложить исследовательскую гипотезу:

Сценическое событие устанавливается через причинное преобразование условий, благодаря которым возникает, сохраняется или прекращается определённый способ актёрского действия.

Однако это положение требует уточнения.

Не всякое изменение условий является событием.

Не всякое событие прекращает прежнее действие.

Не всякое изменение действия предполагает возникновение нового.

Следовательно, метод должен обладать критериями различения события, вариации и прекращения действия.

Без таких критериев событийный анализ рискует остаться описанием драматургической последовательности.

11. Десятое требование: не определять причину через собственное следствие

Это одно из наиболее строгих требований причинного объяснения.

Предположим, исследователь утверждает:

«Актёр изменил действие, потому что изменилось его отношение».

Но откуда известно, что отношение изменилось?

Если ответ заключается только в том, что актёр изменил действие, объяснение становится круговым.

Изменение действия доказывается изменением отношения.

Изменение отношения доказывается изменением действия.

Причинная связь при этом не установлена.

Та же проблема возникает с понятиями события, основания и инварианта.

Если событие определяется как изменение действия, а изменение действия объясняется произошедшим событием, исследователь не выходит за пределы описания.

Поэтому необходимо требовать самостоятельных критериев для причины и следствия.

Причинное объяснение должно содержать различие, которое нельзя получить исключительно из того результата, который этим различием предполагается объяснить.

Это требование может стать одним из основных принципов экспериментальной проверки теории.

12. Метод причинного различения

Из предыдущих положений можно вывести предварительную исследовательскую процедуру.

Сначала устанавливается предмет: какое именно сценическое осуществление исследуется?

Затем определяется его драматическая обусловленность.

После этого описываются действительные условия актёрского осуществления.

Выдвигается гипотеза о причинной роли определённого условия.

Далее исследуется, что происходит при его сохранении, изменении или исключении.

Наконец, сопоставляются результаты и проверяются альтернативные объяснения.

Например, актёр стремится получить согласие партнёра.

Исследователь предполагает, что определённое отношение к партнёру является условием возникновения конкретного способа убеждения.

Тогда необходимо установить, сохраняется ли этот способ при изменении отношения и какие иные условия способны объяснить наблюдаемое различие.

Но здесь нельзя рассчитывать на полное повторение актёрского процесса.

Каждое новое исполнение уже содержит опыт предыдущего.

Поэтому экспериментальное различение не даёт автоматического доказательства единственной причины.

Оно позволяет уточнять область применимости гипотезы.

Предлагаемый метод причинного различения состоит в проверке зависимости конкретного сценического осуществления от определённых условий при сохранении открытости альтернативным объяснениям.

Это возможное методологическое развитие причинной теории Кретова, а не утверждение о наличии уже завершённого авторского экспериментального протокола.

13. Метод причинной генеалогии

Но экспериментальное сопоставление не исчерпывает исследования.

Необходимо также установить происхождение конкретного действия.

Как возникло первоначальное отношение?

Каким образом представленное обстоятельство приобрело значение?

Что изменилось после партнёрского ответа?

Почему прежнее осуществление сохранилось или прекратилось?

Как возникло новое «как»?

Такое исследование можно предварительно назвать методом причинной генеалогии сценического действия.

Его предметом является не биография персонажа и не история подготовки спектакля сама по себе.

Он исследует становление конкретной причинной организации актёрского осуществления.

Но здесь возникает важное ограничение.

Последовательный рассказ актёра о собственных решениях не является готовой причинной генеалогией.

Ретроспективное объяснение может содержать ошибки, пропуски и последующие переосмысления.

Поэтому причинная генеалогия должна сопоставляться с наблюдением, экспериментальными различиями и альтернативными гипотезами.

Объяснить происхождение действия — не значит составить правдоподобный рассказ о нём. Необходимо установить причинную состоятельность предполагаемых переходов.

14. Методологическое требование к инварианту

Причинная теория действия сценического неизбежно сталкивается с вопросом тождества.

Когда актёр изменяет способ осуществления, сохраняется ли прежнее действие?

Или возникает другое?

Сохранение цели ещё не доказывает тождества.

Сохранение внешней формы тоже недостаточно.

Даже причинная преемственность не означает, что одно действие осталось тем же самым: одно действие может породить другое.

Следовательно, необходим критерий инварианта.

Но инвариант нельзя определять как «то, что сохраняется», не установив, что именно должно сохраняться и почему это обеспечивает тождество.

Иначе любое выбранное постоянство можно объявить инвариантом.

Методологическое требование заключается в независимом установлении условий тождества действия до того, как его преобразования будут объясняться сохранением инварианта.

Это положение относится к дальнейшей исследовательской разработке теории.

Оно не должно представляться уже доказанным решением проблемы тождества.

15. Причинное сопряжение трёх действий

В предыдущем исследовании были выделены три мерности театра:

Действие драматическое.

Действие сценическое.

Действие театральное.

Каждая обладает собственной предметной определённостью.

Драматическое действие организует причинные отношения предполагаемого мира персонажей.

Сценическое действие осуществляется актёром действительно.

Театральное действие организует адресацию смысла и возможность его усмотрения зрителем.

Метод причинной теории должен учитывать их сопряжение.

Но нельзя объяснять одну мерность только через другую.

Драматическое событие не доказывает сценического.

Сценическое осуществление не гарантирует определённого зрительского понимания.

Зрительское понимание не раскрывает автоматически причинного становления актёрского «как».

Следовательно, требуется методологическое правило:

Переход между различными мерностями действия должен исследоваться как самостоятельное причинное отношение, а не предполагаться установленным в силу их принадлежности одному спектаклю.

Это позволяет сохранить целостность театра без уничтожения различий между составляющими его действиями.

16. Экспериментальное партнёрство как форма реализации метода

Высказывание Г. А. Товстоногова «Нам на помощь должна прийти наука» и ответ Кретова «Наука должна вернуть действие театру в качестве экспериментального партнёрства» позволяют определить практическую перспективу причинной теории.

Наука не должна подменять художественное осуществление актёра.

Не должна объявлять режиссёрскую методику доказанной причинной закономерностью.

Не должна сводить действие к измеряемой форме.

Но и театр не должен считать профессиональную убедительность достаточным научным доказательством.

Экспериментальное партнёрство предполагает совместное исследование причинного становления действия.

Актёр осуществляет и варьирует способы.

Режиссёр организует условия.

Исследователь формулирует гипотезы и проверяет объяснения.

При этом никто из участников не обладает исключительным правом объявить причинность установленной.

Причинное объяснение должно выдерживать проверку, а не получать истинность из авторитета актёра, режиссёра или исследователя.

Именно здесь метод приобретает возможность экспериментального осуществления.

17. Главное методологическое требование: не объяснять неустановленное

В причинном исследовании существует опасность чрезмерного объяснения.

Исследователь видит изменение.

Находит подходящее понятие.

Называет предполагаемую причину.

И объявляет процесс объяснённым.

Но между названием причины и установлением её действенности существует принципиальное различие.

Если неизвестно, каким образом актёрское отношение преобразовало действие, нельзя утверждать, что отношение является установленной причиной.

Если известно только событие фабулы, нельзя объявлять доказанным сценическое событие.

Если наблюдается изменение формы, нельзя без дополнительного исследования утверждать изменение причинного основания.

Если актёр сообщает о сохранении намеренности, нельзя автоматически считать доказанным тождество действия.

Следовательно, методологическая строгость требует различать:

Установленное.

Предполагаемое.

Неустановленное.

И особенно важно не превращать последнее в первое посредством убедительного теоретического языка.

Методологическое требование причинной теории — устанавливать границу собственного объяснения столь же строго, как и само объяснение.

18. Метод и методологическое требование: принципиальное различие

Теперь можно дать два предварительных определения.

Метод причинной теории действия сценического

Метод — исследование действительного становления определённого способа сценического осуществления посредством разграничения предметных уровней, выявления причинно значимых условий, установления их действенности и проверки объяснений возникающих преобразований.

Метод отвечает на вопрос:

Как исследовать причинность сценического действия?

Методологическое требование причинной теории действия сценического

Методологическое требование — не признавать объяснением действия сценического такое утверждение, которое не устанавливает причинной связи с действительным актёрским осуществлением и подменяет его фабульной обусловленностью, психологической характеристикой, внешней формой либо режиссёрским предписанием.

Методологическое требование отвечает на другой вопрос:

При каких условиях исследование действительно объясняет действие сценическое, а не нечто иное?

Таким образом, метод задаёт исследовательское движение.

Методологическое требование определяет его предметную и доказательную допустимость.

Но эти определения следует рассматривать как аналитическую реконструкцию и развитие положений Кретова, а не как дословно сформулированный им завершённый научный метод.

19. Возможна ли одна главная формула?

Если необходимо выразить различие предельно кратко, можно предложить две формулы.

Метод:

От действительного сценического осуществления — к установлению причин его определённого «как».

Методологическое требование:

Не подменять причину сценического «как» описанием драматического «что».

Однако вторая формула не исчерпывает всех требований.

Она не запрещает подмену причинности морфологией, психологическим состоянием или ретроспективным объяснением.

Поэтому более строгая формула должна быть шире:

Объяснение действия сценического допустимо лишь в той мере, в какой оно устанавливает причинную организацию действительного актёрского осуществления и не выдаёт описание, интерпретацию или предписание за доказанную причину.

Эта формула соединяет предметное и доказательное требования.

Она не утверждает, что любое сценическое действие уже может быть полностью объяснено.

Напротив, допускает возможность неустановленной причинности.

И именно поэтому может служить основанием научного исследования.

Заключение. От знания о действии к объяснению его становления

Причинная теория действия сценического Кретова отличается от методики работы над ролью прежде всего своим предметным требованием.

Необходимо исследовать действие сценическое как таковое.

Не растворять его в действии вообще.

Не отождествлять с поступком персонажа.

Не подменять актёрскую намеренность словесно назначенной задачей.

Не считать исполнительскую форму достаточным объяснением действительного осуществления.

Но установление предмета ещё не завершает теорию.

Оно только открывает возможность причинного исследования.

Поэтому метод должен выявлять, каким образом определённые условия приобретают причинную действенность в становлении актёрского «как».

А методологическое требование должно препятствовать ложному объяснению.

Отсюда следует основной вывод:

Метод причинной теории Кретова — установление причинного становления собственного способа сценического существования актёра. Методологическое требование — доказательно сохранять различие между действительным актёрским осуществлением и всеми формами его описания, предписания и драматической обусловленности.

Но здесь возникает вопрос, который имеет значение для дальнейшей разработки теории.

Если собственный способ существования актёра определяется через намеренность и представление, то достаточно ли этих признаков для установления специфики сценического действия?

Или необходимо обнаружить определённое причинное отношение, без которого намеренность и представление ещё не становятся действием сценическим?

Этот вопрос открывает возможность более строгой формулировки метода.

Возможно, его конечная задача заключается не только в исследовании причин конкретного актёрского «как», но и в установлении причинного условия самой сценичности действия.

Тогда необходимо различать два предмета:

Причинность сценического действия как такового — почему определённое осуществление существует именно как сценическое.

Причинность конкретного сценического осуществления — почему оно возникает и преобразуется именно таким способом.

Первый предмет относится к специфике.

Второй — к процессуальному становлению.

Их нельзя подменять друг другом.

Определение сценичности не является объяснением каждого конкретного «как», а объяснение конкретного «как» ещё не устанавливает сценичности действия.

Возможно, именно сохранение этого различия и станет главным методологическим условием перехода от причинной теории Кретова к развёрнутой экспериментальной науке о действии сценическом.

Теоретическое примечание. Исходными авторскими основаниями являются положения Ю. В. Кретова о намеренности сценического действия, доминировании представления при регулирующей роли восприятия, различении драматического, сценического и театрального действия, а также критика определения сценического действия через действие вообще. Сформулированные в статье определения метода, методологического требования, причинного различения и причинной генеалогии представляют собой аналитическое развитие этих оснований. Их статус — исследовательские предложения, требующие дальнейшего уточнения и экспериментальной проверки.


Примечание.
Текст подготовлен Ю.В. Кретовым; структурирование и редакторская компоновка выполнены с использованием языковой модели (LLM) по авторским материалам. Смысловые положения, определения и примеры принадлежат автору.

Благодарю актрису театра и кино Марину Ларину за помощь в сборе и подготовке материала статьи и журналиста Светлану Канаеву за подготовку материала к публикации