Сколиоз 12

День №8

Нет, вчера был определённо замечательный, просто невозможно классный день! В книжках, это, наверное, называется переломным моментом. Когда всё плохое остаётся за чертой — да нет, даже за дверью, и ту на замок, чтобы больше никогда не открывалась, — а впереди такой чистый, щиплющий ноздри, сладковатый на вкус воздух, который бывает только весной, когда о снеге напоминают лишь не высохшие местами лужи, а трава во всю свою зелёную прыть лезет из-под земли.

Всё, абсолютно всё получалось и складывалось! К.Г. не доверил Женины швы палатному. В процедурной он сам аккуратно, почти не касаясь кожи холодными ножницами и пинцетом, разрезал и выдергивал нитки. Их внушительную кучку Женя с удовольствием рассматривала после процедуры. Мери смазала антисептиком весь шов до самой поясницы и заклеила новой повязкой.

Когда Константин Георгиевич поднял Женю с кушетки, она ощутила такую свободу, как будто сняли не нитки, а тяжёлые обручи, которыми было сковано её тело. Впервые за долгое время она вдохнула полной грудью, физически ощутив, как, расправляясь, наполняется воздухом каждая складочка лёгких. И это сняли только часть! К.Г. вместо обещанных двух-трёх снял каждый третий, а дышать сразу стало легче. Даже голова закружилась.

Мама, ожидавшая у дверей процедурной, расцеловала её в обе щёки, и всю дорогу до палаты повторяла, какое это счастье. На этот раз Женя в целом была с ней согласна.

В телефоне, который оставался в палате, её ожидало сообщение, полученное почти пятнадцать минут назад.

«Привет».

Сердце у Жени подпрыгнуло, на мгновение замерло, а потом забилось с удвоенной скоростью.

«Привет», — ответила она.

Сразу же пришла новая эсэмэска:

«Сняли швы?»

«Да!» — написала Женя.

«Больно было?»

«Почти нет», — набрала она и тут же получила эмодзи «палец вверх».

Потом Эмиль что-то долго печатал. Наконец через пять минут прилетело: «Придёшь вечером?»

Теперь была Женина очередь искать подходящий ответ. Она не могла выбрать, что лучше: «может быть» или «наверное».  В конце концов решилась на короткое «да».

У неё самое настоящее свидание! Сердце колотилось так сильно, что Женя посмотрела на маму — не слышит ли.

Успокоившись, она написала сообщение сестре. Аня сейчас была в университете на лекции, но медлить было нельзя.

«Ты про сухой шампунь слышала?»

Аня прислала в ответ смайлик с поднятой бровью.

«Мне срочно нужно!» — написала Женя и получила рожицу с круглыми от удивления глазами.

«Зачем?», — расшифровала Женя Анино послание и отправила:

«Потому что я не могу ходить с немытой головой, как чучело помойное!»

В ответ пришёл вопящий от ужаса смайлик.

Женя скинула несколько эмодзи, недоумевающе пожимающих плечами.

Анино сообщение с пробиркой, красным крестом и яблоком поставило Женю в тупик. Ей надоело разгадывать эти дурацкие ребусы, и она раздражённо ответила:

«Напиши по-человечески!»

«Там одна химия, — Аня наконец снизошла до слов. — Это плохая альтернатива мытью головы.

Альтернатива?! Женя чуть не задохнулась. Привычка старшей сестры умничать по любому поводу, даже об очевидных вещах, всегда бесила её, но сегодня Аня, кажется, превзошла себя.

«Купишь?» — написала Женя и, подумав, добавила ещё несколько вопросительных знаков, чтобы у сестры не возникло сомнений в её непреклонности.

«Да!» — Аня не осталась в долгу, растянув количество восклицательных знаков на две строки.

Химия, химия! Зато какой получился эффект.

Всё опять складывалось как нельзя лучше. Маме нужно было сходить в аптеку на первый этаж.

— Я быстро. Туда и обратно, — сказала она. — Побудете минут пять без меня?

Женя закатила глаза.

— Мам, мы без тебя уже больше года, — ответила Аня. — Как видишь, живы.

— Мам, ну телефон оставь, а? — пользуясь ситуацией, заканючил Мика. — У меня вчера жизни закончились, и я не доиграл.

— А вдруг вам что-то понадобится, — заколебалась мама, — а я без связи.

— Ну что может понадобиться за пять минут, — сказала Женя, начиная нервничать от нетерпения. — Я сама уже нормально хожу. Аня со мной. Ну и Мика в случае чего позовёт кого-нибудь.

— О, господи, — мама прижала руку к груди. — В каком ещё случае?

— Да ни в каком! — ответила Женя, поняв, что слова нужно подбирать тщательнее. — Это фигура речи такая.

— Ох не знаю… Может, всё-таки тебя в постель уложить? — нерешительно произнесла мама.

— Мам, а ты знаешь, как это называется? — раздражённо бросила Аня. — Повышенная тревожность на фоне гиперопеки! Ничего с нами не случится.

— Ну смотрите у меня! — мама на всякий случай погрозила пальцем.

— Где? — резко спросила Женя, как только за мамой захлопнулась дверь.

Аня с недовольным видом вытащила из своей сумки баллончик с сердечками и протянула его сестре.

— А как им пользоваться? — Женя повертела его в руках.

— Там всё написано, — сухо ответила Аня.

— Здесь не по-нашему, — сказала Женя, начиная злиться. — Надо было спросить.

— Я и спросила, — фыркнула Аня.

— Ну, — Женя нервно обкусывала ноготь.

— Надо волосы распустить.

Женя перебросила косу через плечо и стянула резинку. Потом расплела волосы прядь за прядью.

Аня обошла сестру. Несколько секунд колебалась, с какой части начать, потом взяла гребешок, разделила на затылке волосы на затылке ровным пробором, хорошенько встряхнула баллончик, как научила её продавщица и пшикнула. Женин пробор покрылся белой порошей, а по комнате поплыл приятный синтетический аромат. Аня провела расчёской ещё раз — новый пробор — ещё один пшик. Дело пошло быстрее. Женя «седела» на глазах. Мика даже оторвался от игры и восхищённо прищёлкнул языком.

— Класс! Совсем как настоящая ведьма! — сказал он.

Женя хотела было ответить, но старалась лишний раз не открывать рот и дышать через раз, потому что приятный запах становился всё более едким. Она кашлянула, когда Аня обрабатывала ей макушку. Потом кашель стал сильнее, и всё тело Жени начало сотрясаться от удушливых спазмов. Аня в панике обхватила сестру, боясь, что у той сейчас что-то сместится в позвоночнике.

Мама ворвалась в палату и, не разуваясь, бросилась к девочкам. Она быстро уложила задыхавшуюся Женю на кровать, убрала ей волосы с лица, накрыла одеялом и распахнула окно.

Потом маму слышно было даже с улицы.

— Пять минут! — кричала она. — Каких-то пять минут! Вы понимаете, чем всё это могло кончиться?! Господи, почему у других дети как дети, а у меня сплошное наказание!.. А ты куда смотрел? — накинулась она на Мику. — У этих, — она зло махнула рукой в сторону притихших дочерей, — мозгов нет. А ты? Хоть бы позвонил мне!

— Я не мог, — захлюпал носом Мика. — Телефон же вот… — он дрожащими руками протянул маме её мобильник.

Мама бессильно рухнула на стул.

— Мам, прости, — тихо сказала Аня.

— Аня не виновата, — просипела Женя.

— Мам, ну не плачь. — У Мики тряслась нижняя губа.

— Господи-и-и, — подвывая, всхлипывала мама. — Как я уста-ла.

Аня принесла воды. Мама пила, громко стуча зубами по стакану.

— Я закрою окно, — тихо сказала Аня. — Кажется, уже проветрилось.

Мама кивнула. Потом вздохнула, повернулась к неподвижно лежащей Женьке и вдруг хмыкнула.

— И что это такое? — она указала на её покрытые белым налётом волосы.

— Сухой шампунь, — буркнула Женя.

— М-да, — сказала мама, с трудом сдерживая смех. — А что теперь с этой красотой нужно делать?

— Сказали, что вычесать, — пробормотала Аня.

— Понятно. Ты как, в порядке? — обратилась мама к Жене.

— Ага.

— Ну тогда начнём.

Мама поставила Женю на ноги и стала прядь за прядью, от макушки до самых кончиков прочёсывать ей волосы, пока весь линолеум в радиусе метра вокруг них не покрылся белыми хлопьями сухого шампуня.

Женя перехватила Анин взгляд и, вскинув брови, вопросительно уставилась на сестру.

Аня обиженно дёрнула плечом. Затея с самого начала была дурацкой, но разве же её кто-нибудь послушал. И Женька всегда была такой: заварит кашу, а виновата всё равно Аня.

— Ну, Ань, — не унималась Женя.

— Что? — холодно спросила сестра.

— Как я тебе? — Женя плавно повернула голову и, приподняв прядь волос, проговорила томным голосом: — «Мои волосы никогда не были такими гладкими и шелковистыми. Мой выбор — сухой шампунь с сердечками!»

— Ну уж нет! — прервала её выступление мама. — Больше никаких экспериментов.

— Ладно, — охотно согласилась Женя, поняв, что грозы с молниями больше не будет. — Но так всё-таки лучше?

— Лучше, — кивнула Аня.

***

Маме идея с повторным визитом в двадцатую палату почему-то не показалась такой уж замечательной.

— Женя, у людей свой график. Ты сама видела, в каком состоянии этот мальчик.

— Мам, мы с ним договорились ещё вчера.

— Ну а сегодня, может быть, неудобно, — ответила мама.

— Он сам мне напомнил, — Женя густо покраснела и добавила почти беззвучно: — Сегодня.

— Ох, ну я не знаю, — мама всплеснула руками. — Не нравится мне это.

Женя закусила губу. Мама колебалась.

— На сколько вы договорились? — спросила она.

— Как и вчера, на полседьмого.

— Ладно, только недолго. Я в буфет пойду ужин разогреть, а ты уж сама. Я к ним заходить не буду.

Уголки Жениных губ поползли вверх.

— Мам, а поможешь мне с волосами?

— Опять?! — напряглась мама.

— Да нет, — Женя весело наморщила нос. — Просто сделай мне «фонтанчик».

***

Женя стояла перед дверью двадцатой палаты. Она поправила волосы, собранные на макушке в высокий пышный хвост, и постучала. Тётя Марго открыла не сразу.

— Здравствуйте, — улыбнулась ей Женя. — А я к Эмилю. Можно?

— Ну раз пришла, значит, можно, — тётя Марго пригласила её внутрь.

По телевизору шёл всё тот же сериал, или один из его близнецов.

Эмиль помахал Жене рукой, и она подошла к нему.

— Ты сегодня другая, — сказал он. — Волосы и всё такое.

— Слушай, а ты в школу совсем не ходил? — невпопад спросила Женя только для того, чтобы сменить тему, от которой её щёки снова начинали пылать.

— В самом начале только. Мам, — позвал он. — Я с какого класса школу бросил?

Тетя Марго отвлеклась от телевизора.

— Не мели ерунду, — возмутилась она. — Ничего ты не бросал. Домашнее обучение — это, по-твоему, не учёба?

— Учёба, учёба, — Эмиль примирительно выставил ладони вперёд. — Но всё-таки с какого класса я не хожу в школу?

— С четвёртого, кажется. — Мама Эмиля задумалась. — Да, точно, с четвёртого.

— Везёт, — вздохнула Женя.

Эмиль удивлённо посмотрел на неё.

— Тебе не нравится в школе?

Женя повела плечом.

— А мне нравилось, — сказал Эмиль. — Во всяком случае я так это помню. Потом сначала учителя приходили домой, что-то объясняли. А после все ушли в онлайн, помнишь?
Женя кивнула.

— Ну а я из него, онлайна, так и не вышел. Ходить стало совсем трудно. Зато теперь…

При взгляде на обруч, впившийся винтами в голову Эмиля, на его тело, у которого подвижными были только руки, Женя пошевелила губами, пытаясь найти хоть какие-то слова.

Но Эмиль и так всё прекрасно понял.

— Это же временно. И К.Г. говорит, что у меня хорошие перспективы. Так что цель оправдывает средства.

— Что?  — Женя недовольно нахмурилась. Они, что, сговорились?! Сначала Аня со своими альтернативами, теперь Эмиль с перспективами.

— Ну, это известное высказывание, — Эмиль по-своему истолковал её вопрос. — Эту фразу приписывают Маккиавелли, хотя раньше него…

— А у тебя когда операция? — прервала его Женя.

— Через восемь дней, — ответил Эмиль.

Женя задумчиво посмотрела на него и покачала головой.

— Это если полнолуния не будет, — многозначительно произнесла она.

— А при чём здесь полнолуние? — не понял Эмиль и вполне предсказуемо пошутил: — Я что, превращусь в оборотня?!

Женя закатила глаза.

— Ты про приливы что-нибудь слышал?

— В смысле — про приливы и отливы? — удивился он. — На море, что ли?!

— Ага, — ответила Женя.

— Ну слышал. И что?

— А то! Это же Луна воду притягивает. 

— И что? — не унимался Эмиль.

— Может начаться кровотечение, — зловещим голосом произнесла Женя.

— А почему? — заинтересовался он.

Женя что-то промямлила. Она уже была не рада, что вообще коснулась этой темы. Вот кто, спрашивается, её за язык тянул?! Ведь когда слушала Лауру, всё казалось простым и понятным. И про притяжение, и про проценты. А сейчас она, хоть убей, не могла вспомнить, что именно происходит с Луной в полнолуние...

И в то самое мгновение, когда собственная глупость и самонадеянность должны были похоронить под своими обломками остатки Жениного интеллекта и самолюбия, в дверь постучала мама.

Через полчаса, когда Женя, лёжа в постели после ужина, угрюмо изучала потолок, пришло сообщение от Эмиля:

«Я покопался в интернете. Ты была права», — и следом смайлик с аплодисментами. — «Но в день моей операции полнолуния не будет».

Женя улыбнулась и отправила ему эмодзи «палец вверх».

И вдруг, совершенно неожиданно, в ответ получила «сердечко».