Озёрыч. пр. 17

     Ах,Озёрыч! Не могу и описать,что за
  чистое счастье и радость, когда нечто
  совершенно для тебя непонятное,прежде
  далекое вдруг проясняется и присваива-
  ется тебе неотъемлимо!
     А Феде и во сне,наверно,не снилось,
  что тут такое происходит,в окошке вы-
  дачи...
     Но Озёрыч как-то грустно вопросил:
     -Ну почему же вы так с ним и не за-
  говорили?Неужели даже не пытались?
      В голосе его слышалась досада.
      -Не заговорила,конечно.Федя был
  для меня ослепляющим солнцем.Едва он
  подходил,какой-то свет вспыхивал во
  мне так ярко,что я теряла дар речи и
  не могла поднять глаз.Я знала,что де-
  ржусь холодно и остраненно,что внешне
  ничем не выдаю своего потрясающего со-
  стояния.
     Да и какое ему было дело до меня?
  Он всегда был погружен в себя или бол-
  тал вполголоса со своими однокурсника-
  ми и друзьями.
     Так проходили годы!
      продолжение 18