Хрупкая жизнь. Глава 13

Василиса любила музыку и свою работу, и свой инструмент, но сейчас, этой осенью, что-то в ней надломилось: она не могла наслаждаться любимым делом, как раньше. Ушёл Юрка-художник, сославшись, на то, что их отношения надо поставить на паузу. Это выбило Асю (так её звали близкие) из колеи.
Юра ушёл неожиданно, не объяснившись толком. Написал в мессенджер, что разочаровался в своих творческих исканиях, в себе, и теперь уезжает на Алтай в археологическую экспедицию в качестве подсобного рабочего и фотографа. Просил продать картины из арт-галереи по минимальной цене, если, конечно, кто-то заинтересуется и купит (последний раз пару картин удалось продать полтора года назад). Если интереса не будет, то картины можно будет забрать в конце ноября или их просто выкинут. Написал, что картинами с выставки (и теми, что остались в мастерской) она теперь может распоряжаться, как угодно.

Всё это обидело Василису. Отречение от собственного творчества после почти 20 лет занятий живописью – ладно, допустим…  А как же она? Значит она не имеет в его жизни никакого значения?
Опять тоска. Посидеть бы с подружками, выпить винца… Но все заняты.
Поиграть что-нибудь для себя? Ася взглянула на свою домашнюю арфу, закрытую кашемировым платком. Может любимую токкату и фугу ре-минор Баха?.. Сдернула платок, задумалась…
Василиса вспомнила тот случай, когда после репетиции в театре ей показалось, что она может общаться со своей концертной арфой. Улыбнулась, а вслух сказала: «Ну а ты может тоже хочешь со мной поговорить?..»
Арфа жалобно звякнула. Это я, висевший под самым потолком полногабаритной квартиры, решил, что пора проявить себя - бросился вниз и прошёл через струны.
Ася похолодела от страха. Рот наполнился слюной, закружилась голова. Её трясло. К инструменту она не прикоснулась. «Опять началось! Бежать! Бежать из квартиры…»
Она созвонилась с подругой Ритой и прибежала к ней домой – Рита жила близко, в двух кварталах. Я следовал за ней, хотелось узнать, что они будут делать и о чём говорить.

«Можно я сегодня у тебя заночую?» - с порога выпалила Василиса.
«Можно. Что случилось?..»
«Сейчас расскажу. Дай воды…»
Ася (она же Василиса) рассказала о случившемся полчаса назад. Рита задумалась.
«А давай сейчас к тебе пойдём? Если это призрак, то попробуем установить контакт! Я его не боюсь…
Ночевать сюда вернёмся, если что. Муж всё равно в командировке, а сына свекровка забрала».

Рита оделась, они вернулись в квартиру Василисы. Я следовал за ними, меня не покидало предчувствие удачи.
Подруги сели за стол, не сводя напряжённых глаз с арфы. Я был по другую сторону инструмента, вверху под самым потолком.
-Ну, арфа, отзовись! Поговори с нами, - с шутливым пафосом заявила Рита.
Я с готовностью спланировал вниз и прошёлся по всем струнам от нижнего до верхнего регистра. Негромкий плотный звук завис в воздухе, постепенно угасая…
Теперь и у Риты от страха расширились глаза. Подруги молча посмотрели друг на друга, потом на арфу. Это было с минуту, но Василисе она показалась вечностью.
-Что теперь делать-то? – зашептала она.
-Что ты зашептала, ты же у себя дома! – сказала быстро пришедшая в себя Рита. - Сейчас что-нибудь придумаем…
Я, наблюдая за девушками, всеми силами пытался передать им какую-нибудь свою мысль, но в голове был хаос от напряжённого желания общаться.
Рита подошла к инструменту, села на стул, прислонив к себе арфу и задумчиво стала перебирать струны.
-Давайте сделаем так! Я задаю вопрос – вы, дух арфы или кто-то там ещё, будете отвечать нам да или нет. Если вы отвечаете «да», вы касаетесь вот этих струн нижнего регистра, если «нет» - вы производите звук отсюда, - Рита коснулась струн высокого регистра. Сможете?..
Я тут же прошёлся по толстым басовым струнам. Арфа слабо, но достаточно отчётливо запела.
Ася и Рита переглянулись…

За дело решительно взялась Рита. Вот как это было.
«Вы арфа?.. Точнее спрошу, вы - дух арфы?» «Нет!» - ответил я. «Вы человек?» «Да», - ответил я. «Вы женщина?» «Нет». «Вы мужчина?» «Да!»
Разговор шёл в таком духе больше часа. Рита оказалось умной и решительной женщиной. С помощью «да» и «нет» можно узнать немногое, но всё же я сообщил им, что вижу их, что в театре с Василисой общался именно я, что не желаю им зла (не знаю, поверили?) и у меня есть к ним вопросы. Ещё Рита спросила, имею ли я к кому-нибудь из них родственное отношение. Сказал – «нет», но задумался: а вдруг имею?

Рита написала на листочках бумаги алфавит от «А до Я» и рассказала мне как мы будем общаться. Она показывала букву, я говорил «да» или «нет», и мы составляли слова. Дело пошло куда быстрее.
«Меня зовут Владимир. Я – самоубийца. Я не причиню вам зла. Если нужно чтобы я исчез, я исчезну. Прошу вас не бояться меня» - мне удалось донести это за час метаний по струнам арфы. Затем девушки задавали вопросы мне. Их обеспокоило то, что я могу проходить сквозь стены, я же со своей стороны пообещал, что не буду нарушать границы их личного пространства.
Прошло ещё два часа. За это время девушки узнали, что я не помню причин и места своей смерти; это меня очень тяготит. Сообщил, что хотел бы найти свою дочь, которую тоже зовут Василиса, и каким-то образом вступить с ней в вербальный контакт, не напугав её. Я также сообщил, что в театре есть ещё один призрак мужчины, который возможно захочет с ними пообщаться.
Мы договорились встретиться в следующий раз в театре и не тревожить друг друга без крайней необходимости. Вызовом на разговор будет моё прохождение через струны с нижнего регистра на верх.  Мы также решили, что о наших контактах никто не должен знать. После этого я попрощался и покинул квартиру.

Подруги вернулись в квартиру Риты, Ася всё-таки не рискнула остаться одна. Обе были перевозбуждены и долго не могли уснуть. Улеглись в одной комнате на большом угловом диване.
-Что ты об этом всём думаешь? - спросила Ася. -Мне всё ещё не верится в реальность происходящего. Я бы с ума сошла одна. Хорошо, ты у меня есть.
-Аналогично. Хочется себя ущипнуть и проснуться.
-И как теперь с эти жить?
-Как?.. А также, как и раньше. Нужно успокоиться. Мужу я ничего не скажу, да и вообще никому – как мы с тобой и обещали. Мы будем также работать на репетициях, участвовать в концертах и спектаклях. Знаешь, я даже рада что всё это не имеет отношения к инструменту, значит арфы наши будут звучать по-прежнему. Представь себе, если бы это был сам инструмент!..
-Думаешь призрак человека лучше? Помнишь, что вытворял Эрик из «Призрака Оперы» Гастона Леру?
-Но ты забыла - там был не настоящий призрак, а человек. Ничего общего с нашей ситуацией. …Надо будет спросить, можем ли мы его, призрака, где-нибудь увидеть. И, вообще, видел ли его кто-нибудь когда-нибудь?
-Да, это интересно. …Жаль, что я тогда не взяла у тебя котёнка. Бывают же случаи, когда кошки видят что-то, что мы не видим? Помнишь, ты сама рассказывала, как кот часами смотрел на батарею…
-Но тогда за батареей спряталась летучая мышь, влетевшая в окно… Ладно, всё, давай спать. Завтра спектакль.

Этой же ночью я всё рассказал Дэну. Дэн обрадовался, даже как-то приободрился:
«Ну наконец-то мы сдвинулись с мёртвой точки. Надо обязательно за ними понаблюдать. Я тоже хочу поговорить с ними!»
«Да, конечно! Я предупредил девушек, что есть ещё человек, который возможно захочет выйти на контакт. Только… я обещал им не вторгаться в их личное пространство»
«Да подглядывать за ними в душе я и не собирался – кому они нужны? Хотя, конечно, мы можем наблюдать за кем угодно и где угодно - нас не почувствуют».
«Давай сосредоточимся на театре. Ведь они будут на репетициях – это самое удобное время установить с ними контакт. Ну после репетиции или перед ней. Можно также установить определённое время связи в те дни, когда они работают».

Это оказалось не так просто. Василиса во вторник задержалась после репетиции, но я никак не мог с ней договориться – в тот день у Риты был выходной, а карточек с буквами у Аси с собой не было. Она стала рисовать буквы фломастерами на оборотной стороне старых нотных листов, но её всё время отвлекали люди, заходившие в оркестровую яму. Тогда Василиса попросила меня появиться вечером у неё и договорить в спокойной обстановке.

Когда я появился в её квартире подруги уже пили чай. Это было кстати: Ася догадалась позвать Риту и вдвоём дело шло значительно быстрее. Вопросов ко мне тоже было не мало. Я решил сначала ответить им.
Они спросили меня, мог бы я стать для них видимым. Я ответил, что нет. Потом добавил, что не знаю, как это сделать, но моего товарища по несчастью однажды видела Валентина Сергеевна из швейного цеха. Девушки переглянулись, Валентину они знали, так как делали ей заказы на концертные платья.
Потом мы договорились, что завтра об этом они поговорят с Дэном. Назначили время - после вечерней репетиции. После вечерних репетиций музыканты обычно быстро разбегались по домам, это было бы удобно для нас.
Девушки спросили, как я собираюсь искать свою дочь. Сказал, что не знаю, ведь определённого плана у меня не было: «Я не помню её в лицо, но надеюсь сразу же узнать, если она появится в театре».
«А почему она должна появиться именно в театре?»
«Она любит этот театр, особенно его архитектуру. Вася не раз приходила сюда рисовать вместе со своей художественной школой. Школу она уже закончила, но говорила, что будет возвращаться сюда снова и снова, чтобы делать наброски. Шансы встретить её есть».
«А почему не застать её дома, ведь где-то же вы жили вместе?»
«Я не могу найти дорогу в дом, где мы жили одной семьёй. Как будто мне специально стёрли память... Возможно, кто-то специально не пускает меня к ней. Вот только зачем?»
«Какие вопросы хотел задать нам Дэн?»
«Нет смысла пересказывать. Завтра сами всё узнаете».

Я был рад что Ася и Рита уже не боялись меня и не выглядели такими напряжёнными, как в первую встречу. Теперь вопросы стал задавать я.
«Можете ли вы подать мне сигнал, если увидите девушку, по описаниям подходящим под мою дочь?»
«Но как, если вы сами не помните её лицо?»
«Кое-что помню. На вид лет 18-20, худенькая, среднего роста. Волосы тёмные, глаза большие. Любит чёрный цвет. Мне кажется, у неё был какой-то пункт, что в театр надо обязательно приходить в вечернем платье, хотя её ровесницы приходили в чём угодно. Может прийти с блокнотом или планшетом, чтобы делать наброски».
«Ну это действительно кое-что, да Василис?» - сказала Рита.
«Да. Осталось нам договориться, какой знак вам подать…»
Я предложил им подавать звуковые сигналы, с усилием проводя по всем струнам сверху вниз, потом снизу вверх. И даже показал, как это делал бы я.
Девушки согласились. Вполне довольный собой я вернулся в театр, чтобы найти Дэна.

Дэн тоже не скучал. Он рассказал мне, что бывший бомж Тимофей видел его в венткамере и от страха потерял сознание, да так не удачно, что набил себе на лбу огромную шишку.
Теперь Тимофей срочно просил переселить его в новую комнату возле душевой, хотя там ещё не всё прибрали после ремонта и пахло краской. Он рассказал о встрече с призраком Олегу Ивановичу и Василию Степановичу, и возможно ещё половине обслуживающего персонала…
Никто ему не поверил, посмеялись только.
Никто кроме Василия и Олега. Новоиспечённый главный инженер крепко задумался: что делать дальше? Надо ли об этом ставить в известность руководство?
Но всё это было уже после возвращения друзей с дачи.