Дура-девка

   Жила-была одна девка. Дура дурой, но румяная и пригожая. Вся деревня любила её за чистоту сарафана и рук, которыми она доила свою козу Машку. Молоко у Машки было густое, даже, кажется, немного бродило, потому как брал его на опохмел даже кузнец Микула. Да и младенцы, которые не промах, тоже не гнушались и питались этим молоком будь здоров, так что уровень бодрости у деревенских жителей в отличие от пентературы за околицей никогда не скатывался к позорному нулю. Но не суть.
   Однажды наша девка дюже затосковала. То ли годы подоспели горячие, то ли родители у ей все перепомерли – неизвестно. Да только порешила девка не сидеть больше в девках, а податься куда подальше из настоедреневшей ей деревни куда-нибудь поближе к стольному граду в поисках богатого, или как получится, муженька: прынца, а может и бери выше – колдуна-программиста.
   Набила девка торбу всяким необходимым в дороге скарбом, взяла половину каравая (вторую половину она оставила мышам, а третью – козе Машке), обмотала своё молодое, тугое тело  праздничным убранством, заплелась косой, насадила потуже кокошник, задула свечку в красном углу и – отправилась.
   Бродила наша девка по лесам и долам долго, не коротко. И помотало её по белу свету так, что кокошник в бескозырку обратился, а торба опустела и осталась лежать мёртвой тряпкой где-то в отрогах гор или вообще утопла на болоте. Но запёрло таки однажды нашу девку в такую местность дремучую, что пришлось ей впервые за три года остановиться и дух перевести. Прислонилась она к дереву, перевела дух и стоит-думает: залезть ей на берёзу и там удавиться, или, может, всё-таки ободрать с ног улит и пиявок и их поужинать?
   И тут чувствует она, что вроде как её кто-то обнимает. И даже за шиворот лезет. Отпрянула девка от дерева – да не отпрянулось! Руки из дерева крепко девку держат и даже подол заворачивать начинают. Ох ё! Закричала тут девка матным благом и как даст пяткой дереву пониже сучка! И тут – диво дивное! Скрючилось дерево, застонало и превратилось в прекрасного вьюношу. Покорчился вьюноша, как футболист, для приличия, попрыгал на пяточках и назвался заколдованным прынцем из соседнего аула. Девка наша так обомлела, что у неё даже пиявки с улитками заранее отвалились, чтобы не мешать возможной любви. А прынц-вьюноша кааак поцелует свою спасительницу во все губы! Вот поцеловал он ея во всё что было, а она возьми и превратись в дерево. Стоит, свесила грустно ветки вдоль ствола, а на верхушке бескозырка полощется…
   Поковырялся тогда прынц в трещинке дерева-девки задумчиво, затем плюнул в землю-мачеху и подался. То ли с половцами проклятыми рататься, то ли на стройку узбеком работать.

30.10.2026