Две минуты прогресса

Господа, я человек не гордый. Мне много не надо. Мне бы семь часов. Ну, шесть. Ну, пять с половиной, если по-божески. Но мне, понимаете, говорят. То ли врач, то ли журнал какой-то: «Вам, гражданин, положено нано»

Я спрашиваю: «Нано чего?»

Мне говорят: «Нано-сон. Две минуты. Высокие технологии. Вы не спите — вы перезагружаетесь».

Я говорю: «А когда я, извините, сплю?»

Мне говорят: «Спать — это прошлый век. Сейчас все нано».

Ладно. Сел я в автобус. Сорок седьмой. Тот самый, который идёт до конечной, а потом разворачивается и делает вид, что он уже другой автобус. Сел. Прикрыл глаза. Думаю: сейчас я нано-перезагружусь. Две минуты. По науке.

И просыпаюсь.

Конечная. Водитель смотрит на меня с тем особым выражением, с каким смотрят на чемодан, который забыли в камере хранения в восемьдесят третьем году.

— Ваша остановка? — спрашивает.

— Моя, — говорю. — Где-то.

— Где-то, — говорит, — уже проехали. Восемь остановок назад.

И я понимаю: нано-сон состоялся. Две минуты. Но какие это были две минуты, господа! Я за эти две минуты не был. Меня не было. Я отсутствовал. Я, можно сказать, эмигрировал из собственного тела. А тело, значит, ехало. Само. По маршруту.

Прихожу домой. Десять вечера. Жена сидит при свете, говорит:

— Ты где был?

— В нано-сне, — говорю.

— А когда, — говорит, — нормальный?

— Нормальный, — говорю, — отменили. Сказали: нано — это и есть нормальный. Нормальный сон — это пережиток. Это, говорят, для тех, кто не в тренде.

Она говорит:
— А ужин тебе нано-разогреть?

— Разогрей, — говорю. — Но не нано. А нормально. Двадцать минут. В духовке.

Она говорит:
— Это не по технологии.

— Плевал я, — говорю, — на технологию. Я нано-не выспался. Я нано-голодный. И я, между прочим, нано-прошёл пешком восемь остановок. В темноте. Потому что нано-проспал.

Она молчит. Ставит ужин. Не нано. Нормальный. Котлеты. Картошку.

И я ем. И думаю: вот котлеты — они не нано. Они просто котлеты. И сон должен быть просто сон. Восемь часов. В темноте. С подушкой. Без всякой, извините за выражение, перезагрузки.

А то просыпаешься — и не понимаешь: ты уже жил сегодня или ещё только собираешься.

Водитель, правда, сказал на прощание: «Завтра тоже нано-сон планируете?»

Я ему сказал: «Завтра, — говорю, — я буду нано-бодрствовать. Стоя. С открытыми глазами. Держась за поручень».

Он кивнул. С уважением. Как на человека, который наконец-то освоил технологию.

А я-то просто боюсь снова сесть. Потому что сесть — это, господа, уже не нано. Сесть — это сразу на конечную. А до конечной мне, извините, не надо.

Мне до «Улица Строителей».

Восемь остановок назад.

Всегда восемь остановок назад.