Т х Sea Mother. Кейптаун в декабре 1994

Продолжение. Начало - http://proza.ru/2026/10/30/694

Когда-то и нам на «Sea Mother» должно было повезти, и ведь повезло! Весь переход из Португалии в ЮАР в Атлантике стояла свежая морская погода, но без сильных штормов. Главный двигатель работал безупречно, и даже электротехника в отсутствие электромеханика, так напугавшая нас на отходе, вела себя в море вполне достойна, дожидаясь нового своего «хозяина».

Судно неторопливо, но уверенно приближалось к порту выгрузки. В Кейптауне никто из нас не бывал, за исключением капитана, хотя о политике апартеида мы, конечно, все слышали. Но как раз весной 1994 года к власти впервые пришёл чернокожий  политик - борец за права цветного большинства, Нельсон Мандела.  Закрытая для иностранцев страна настежь распахнула двери, и в них хлынули туристы.

Многое рассказал нам о Южной Африке капитан Афанасий, с которым мы делили стол в кают-компании. Помню, он употреблял термин «апартхейд» и я спросил его, как перевести это слово.

«Апартхейд», механик, означает «разделение», разделение населения на четыре группы по расовому принципу. Но в этом году нам выпал шанс увидеть совершенно другой Кейптаун. Я слышал, что первым делам в мусор пошли многочисленные таблички «Только для белых». Полгода свободы должны полностью изменить страну. Мы это скоро увидим сами. Кстати сказать, в Кейптауне сейчас самое начало лета, и не холодно и не жарко еще.

- Сколько мы там простоим, Мастер, как вы думаете? На берег можно будет выйти?
- Простоим недолго, порт хорошо механизирован, но я обещаю всем желающим дать возможность побывать на берегу. Власти этому сейчас не препятствуют  и я уже заказал  через агента топливо, питьевую воду и валюту.

Через несколько дней на подходе к порту нас встретил лоцманский катер и два буксира, швартовка длилась недолго. Вечером, после ухода "властей" капитан предложил сойти на берег, пожинать.

- Поздно уже, Афанасий! Принять душ, и в койку. Завтра вечером - с удовольствием.

Утром агент привёз электромеханика. К тому времени я знал уже, что прилетает Алик Контаренко, с которым мы были прекрасно знакомы и даже еще со времен рыбопромыслового флота. Иван тоже его знал по совместной работе в первом контракте, поэтому передавать ему ничего не пришлось, Алику наша электротехника была хорошо знакома.

Контаренко расположился в Витиной каюте, переоделся в комбинезон и приступил к обходу своего заведования. Я был счастлив, за электрочасть теперь можно было не волноваться, а а присутствие друга на борту, вообще, подарок судьбы.

Кейптаун, честно говоря, помнится сейчас слабо, только самые общие впечатления. Вспоминается работающий на полную мощь порт, нежаркая летняя погода, океанский ветерок, залитая солнцем набережная и, буквально нависающая над портом, «Table Mountine» - Столовая гора с совершенно плоской вершиной.
 
Множество людей на улицах, как белых, так и черных – разной степени черноты, множество иностранных туристов, выделявшихся на черно-цветном фоне.

Нас с Аликом, впервые ступивших на южно-африканскую землю, ничего особенно не поразило, мы ведь не видели, что там было раньше, а вот Афанасий своим глазам не верил и все говорил, что добром это не кончится.

– Раньше здесь строгий порядок был,  а сейчас...
- Не нравится, мастер?
- Не то слово, механик. Просто боюсь, что на этом местные негры не остановятся.   Власть, знаешь ли, опьяняет!