Сварщик вместо электромеханика? ЧП на отходе

Продолжение. Начало - http://proza.ru/2026/10/29/189

Дней за пять  до  отхода из Алжира утвердили нам  план следующего рейса: погрузка в португальском Порту на Кейптаун. Какой груз, не помню сейчас– не по моей части. Меня больше беспокоило другое, выдержит ли длительный переход главный двигатель и его турбонагнетатель. Но вскоре вырисовалась и другая проблемя.
Сразу же после получения этого расклада капитан вызвал электромеханика  для разговора.
- Виктор, судно уходит в длинный рейс. В ЮАР экипаж менять не будем. У тебя последний месяц контракта идёт, так что готовься ехать домой, замена тебе приедет в Португалию.
Электромеханик уезжать не хотел категорически. Полдня хвостом ходил за Афанасием и упросил-таки его продлить его контракт. Сказал, что дома денег нет, дочка болеет, а он, Виктор, выдержит, не подведет. Просил Афанасия поручиться за него перед судовладельцем. Афанасий и поручился, о чём вскоре пожалел.
По приходу в Порту произошла  с Виктором другая история. В первый же, кажется, вечер на пароход пробралась какая-то местная шлюха и стала предлагать свои услуги. Начала с правого борта офицерского коридора. Постучалась к третьему механику. Тот, как её увидел, сразу дверь захлопнул. Четвертый механик дверь не открыл. Третьим оказался Виктор, который  не умел никому отказывать, особенно женщине после длительного воздержания.
Спустя какое-то время дама  попросила кофе. Витя засуетился, принес в каюту и кофе,  и бутерброды. Подкрепившись, парочка снова предалась страсти, а уже под утро мадам захотела позавтракать.
Вернувшись через четверть часа с полной тарелкой,  Зверобой не обнаружил ни гостьи его, ни  сбережений своих, не слишком, к счастью, значительных. Но больше всего не кража  Виктора удручила, а коварство ночной бабочки:
- Ну почему она по-человечески денег не попросила? Разве я бы ей отказал? – Вера Виктора в человечество оказалось серьёзно пошатнувшейся.
В восемь утра меня вызвал на мостик Афанасий и объявил, что наш электромеханик изменил решение продлевать контракт, и он его отпускает домой.
- Как это домой? А замена ему?
- Поздно уже замену вызывать. Не успеет приехать. Ничего, сам справишься.
- Как это я справлюсь? Я в электричестве, чтобы вы знали,  полный ноль, даже мегомметром пользоваться не умею. И вообще, так дела не делаются, капитан. До Кейптауна дорога длинная и случиться может всё, что угодно. И электромеханик – фигура на судне ключевая во многих вопросах, а у нас даже электрика простого нет!
Все было напрасно. Афанасий уже принял решение.
-   Мне самоубийцы на судне не нужны., а у этого психика нарушенная. В машине тебе Иван поможет. Он умный, и с электричеством знаком.
Иван Новиков – начальник рации – в электричестве, конечно,  разбирался лучше меня. И толковый был, с этим не поспоришь. Но… Господи, да это же совсем другая специальность, другой профиль! Так и уехал электромеханик с полностью выплаченной зарплатой наличными. Через полгода я его в больнице моряков разыскал, куда он попал с травмой головы после драки в какой-то одесской забегаловке. Сомневаюсь, чтобы он после этого в море ходил.
А в Порту, как бы на замену Виктору, прибыл долгожданный сварщик, Саша Вакульчук. Не электро механик, конечно, зато отличный электросварщик, здорово укрепивший наши ремонтные возможности.
Предстоящий двухнедельный переход в Кейптаун беспокоил меня, чем дальше, тем больше.
Уже на следующий день после бегства нашего электромеханика начались у нас проблемы. Неожиданно забарахлила автоматика горения вспомогательного котла, до тех пор работавшая безукоризненно. Иван, начальник радиостанции, согласившийся по просьбе капитана подменить временно Виктора, целый день добросовестно разбирался в схемах, ковырялся в электрощите котла, но настроить автоматику так и не смог.  Как чувствовал я, что хлебнём мы горя без электромеханика!
Наконец, я сжалился над старым другом.
 - Ладно, Ваня, шабаш на сегодня. Поработает пока котёл в ручном режиме, не беда.  А выйдем в море, и вовсе его остановим, в рейсе утилизационный котёл работает, выхлопными газами обогревается.
Вечером португальцы закончили погрузку судна, матросы закрыли крышки грузовых трюмов, агент оформил отход судна и вызвал лоцмана. Пока мы готовили машину к отходу, подошли два буксира. Матросы подняли парадный трап. Объявили аврал. Экипаж занял места по швартовому расписанию - кто на баке, кто на корме, кто на мостике. Моё место было в машине у пульта управления главным двигателем, второй и третий механики были поблизости. Начальник рации и моторист находились в верхней части машинного отделения возле дизель-генераторов и коридора в румпельную, в которой размещалась рулевая машина.
Только мы проверили главный двигатель и доложили о готовности к манёврам на мостик, как прибежал Иван:
-  Миша, в румпельной сильный запах, как будто проводка горит. И электродвигатели горячие.
Тут же зазвонил телефон:
-  Механик, рулевая машина не работает. Посмотри, в чём дело. Отшвартовку приостанавливаем.

Я оставил возле главного двигателя третьего механика и побежал в румпельную. Запах чувствовался уже даже в машинном отделении. Я прикоснулся к электродвигателю левого борта. Градусов восемьдесят. Перешел на правый борт - то же самое. Невероятно, но факт: оба электродвигателя рулевой машины сгорели одновременно без какой-либо видимой причины. Иван открыл лючки главных контактов, проверил цепи тестером и подтвердил очевидное.
 
Я позвонил на мостик  по парной связи из румпельной и доложил  Афанасию обстановку..
- Оба двигателя рулёвки сгорели. Швартовные концы ещё не отдали?
- На двух концах остались. Сейчас будем швартоваться заново. Стойте на реверсах.

Около полуночи агент привёз берегового специалиста. Ознакомившись с характеристиками двигателей, он пообещал перемотать их за три дня и запросил полторы тысячи долларов. Мастер, опытный переговорщик, знающий все языки Средиземноморья, за полчаса скостил цену в полтора раза, пообещав наличные, это всегда предпочтительнее. Сроки тоже в процессе переговоров, сократили. Тем не менее, появился лишний день стоянки, что меня порадовало. С утра Иван с четвёртым снова принялись за котёл, у механиков работа тоже нашлась.
Кстати сказать, перед обедом в тот день в гости к нам заглянул старпом с пришвартовавшегося по соседству судна. Оказалось, что в океане накануне бушевал шторм, и если бы мы лишились рулевой машины на час позднее, пришлось бы нам в Атлантике худо.
Ну, а так, вечер выдался полностью свободным, и я решил снова выйти в город. Иван за день устал и компанию мне составить не захотел, зато вызвался пойти со мной Саша, новый сварщик. Мы с ним ещё толком и не познакомились. Вышли за проходную, и попали сразу же в центр. В Западной Европе так часто бывает, поэтому я и люблю там бывать. Начинало темнеть, и достопримечательности поздно было рассматривать. Сам я выходил в город уже дважды и немного ориентировался.

Порту стоял на берегу реки Доуру,  историческая часть города  находилась в нескольких километрах от океана, а на побережье располагалась более современная . Туда можно было добраться и на такси, и автобусом, и на старинном узкоколейном трамвае, который, конечно, предпочитали все туристы. Рыбные рестораны были в изобилии и на побережье, и в центре города, недалеко от порта. Мы с Сашей не торопились, и с наслаждением , не спеша, любовались площадями, скверами и памятниками старины.
Со сварщиком на судне поговорить по душам возможности еще не было, поэтому знакомиться начали по дороге в город.
-  Саша, расскажи о себе немного. Ты ведь впервые на флоте? Где раньше работал, где тебя Миша нашёл?
-  Мишу я давно знаю, мы живём рядом в Одессе. А я после армии почти двадцать лет электросварщиком на заводе Январского восстания, знаете?
-  Немного. Завод тяжёлого машиностроения, так? Сейчас, по-моему, по-другому называется? Это ведь на Ближних Мельницах?
-  Ну да. Любые краны выпускали. Даже стотонные. Продукция шла на весь Союз. А сейчас завод практически стоит, краны только ремонтируем, заказов нет, и зарплаты нет. Народ начал разбегаться,  кто куда, у каждого ведь семья. Перспектив не видно, поэтому и решил на море поработать. Взяли без проблем, сварщики нужны. И Миша помог, так что сразу на пароход попал.
-  Ну и как первые впечатления? Первый раз пароход увидел?
-  Почти. В Турцию на «пассажире» ходил однажды. Нас только четверо украинцев, да?
-  Скоро пятеро будет. Электромеханика должны прислать в Кейптаун. Смотри вон, впереди кафедральный собор. Давай поближе подойдём.
Погуляв немного по центру, мы попали на целую улицу рыбных ресторанов и ресторанчиков. На торговых судах хорошая рыба на столе - редкость, поэтому при первой возможности я заказываю на берегу рыбу, кальмары или креветки. Мы выбрали небольшой ресторан, где дежурные блюда с ценами анонсировались у входа, там же было упоминание о том, что в ресторане принимают американские доллары.

Саша ещё на судне сказал мне, что десять долларов привёз из дома, у меня было около двадцати пяти. Посмотрели меню с картинками, всё было наглядно и без текста. К тому же португальский язык напоминал знакомый мне испанский. Говорить я по-португальски не мог, но написанные слова понимал почти все.  От испанского португальский отличался тем, что звук С менялся на Ш. а гласная О - на У. В Португалии и испанский почти все знали, не то, что в Бразилии.

Сделал я заказ долларов на двадцать пять, так, чтобы денег наверняка хватило. Но когда начали приносить закуски, заметил, что некоторые из них не заказывал. Входили ли они в стоимость заказанных блюд, спросить я не мог, знания языка не хватало. Белое вино было превосходно, официант, который не отходил от нашего столика, постоянно пополнял наши бокалы. Закуски были вкусны и разнообразны, играла приятная музыка, а я смотрел на заставленный блюдами стол, и было мне... тревожно. Как-то не верилось, что всё это стоит меньше тридцати долларов.
Наконец, я не выдержал и поднялся с места:
 «Да какого чёрта я себе последний вечер порчу»?
-  Саня, ты посиди, музыку послушай. Я скоро вернусь.
Через полчаса, одолжив денег у капитана, я уже возвращался в ресторан.
-  Гарсон, открой ещё бутылку вина и подавай «горячее».
И стоило так терзаться? Настроение у меня резко поднялось.
- Оставь, парень, бутылку и отдохни. Дальше мы сами справимся. 
Банкет продолжался.