Глава 4. Танго, охотник и победа над смертью

Возвращение нашей семьи с дачи после трёх месяцев разлуки всегда становилось для Чёрного настоящим праздником. Он встречал нас так же восторженно, как и любимую бабушку, но для меня у него был приготовлен особый ритуал. Чёрный с порога мчался ко мне, неся в зубах свой любимый мячик — это был наш знак начала весёлых игр. А потом у нас начиналось самое настоящее танго! Я брала его за передние лапы, как настоящего кавалера, и мы кружились по комнате. Самое поразительное, что Чёрный обладал удивительным чувством ритма — он абсолютно осознанно и уморительно подпрыгивал в такт музыке, идеальный и преданный партнёр.
Но его бдительность и ум ценились в нашей семье не меньше, чем его артистизм. Чёрный был прирождённым, первоклассным охотником. С крысами во дворе он расправлялся так, что просто «мама миа»! Однако и здесь проявлялся его уникальный, гордый характер. Поймав вредителя, он брал его зубами за хвост, немного играл, раскачивая туда-сюда, а потом бросал. И после этого Чёрный проявлял невероятную аристократичную чистоплотность: если ему в этот момент предлагали еду, он наотрез отказывался есть. Пёс буквально требовал: «Очистите пространство!». Он ждал, пока папа послушно придёт с совочком, уберёт крысу и тщательно подметёт двор. Только в идеальной чистоте наш гордый охотник соглашался приступить к трапезе.
Этот феноменальный ум и брезгливость к чужой еде дважды спасли Чёрному жизнь. В нашем окружении были злые, завистливые люди, которые откровенно недолюбливали нашего верного стража. Два раза папа, подметая двор, находил за забором сосиски и колбасу, щедро начинённые смертельным крысиным ядом. Папа, который всегда сам делал все покупки, на всякий пожарный случай заходил в дом и строго спрашивал: «У нас сегодня была дома колбаса?» Понимая, что угощение подбросили чужаки, мы замирали от страха. Но Чёрный был умнее своих врагов. Его железное правило — никогда не брать еду, брошенную тайком через забор, — уберегло его от гибели. Он перехитрил людскую подлость и остался невредим, продолжая преданно беречь наш дом.