Человек-паук Хэллоуинская зарисовка с натуры

Вечер пятницы тридцать первого октября возле престижного универа выдался дождливым и промозглым, но по-питерски многообещающим и зловещим. Под вывеской «Нас никогда не заменит ИИ!» то и дело пробегали студенты в костюмах клыкастых вампиров, покинутых невест и вечных комсомольцев. Из городской общественной бани, качаясь, вышел дворник-азиат, резко шатнулся, но не упал, обхватил руками водосточную трубу и сполз на мокрый асфальт.
Казалось, он вежливо кланяется гостям культурной столицы. Бедолагу неукротимо тошнило прямо под ноги шумной стайке китайских туристов. При этом спонтанном жесте гостеприимства зелёный войлочный колпак с надписью «Нас не догонят» с мокрой головы дворника скатился на проезжую часть. По банному аксессуару тут же промчался случайный лиловый курьер-неудачник, летевший по встречке на тарахтящем свиноподобном питбайке.
У крыльца взатяжку курили две похожие друг на друга первокурсницы. Их лица для контрастности восприятия были одинаково выбелены пудрой, губы подкрашены дегтярно-черной помадой, а от уголков глаз струились ржавые девичьи слёзы. Подруги никого вокруг не замечали — они были страстно увлечены чудовищной хэллоуинской драмой.
— Пошла я в торговый центр, ... — эмоционально рубила пухлой ладошкой воздух первая, одновременно стряхивая пепел на пальто подруги. — Захожу, а там — Паук, ...! Человек-паук, ...! Хэллоуин же, он там со всеми фоткается! А я к нему сразу и подхожу, ... — он от меня убегает, ...! Со всеми встал, а со мной не стал, ...!
Вторая затянулась и нахмурилась:
— Кто?
— Паук! Паук, ...! Паук!
— Слушай, — вторая задумчиво посмотрела на прохожего парня в красном женском чулке на голове. — Паук же мерзкий, отвратительный гад, но он точно мужского рода. Он не может быть «...». Если он настоящий мужик, то он бледун. Бле-дун! — Она произнесла это слово по слогам, вытягивая губы и раздувая жабры, словно выброшенная на берег плотва. — Он точно-точно не... Я не поняла. Кто тогда «...»?
Первая замерла с открытым ртом. Задача казалась нерешаемой. Наконец, подруга победно отрезала:
— А кто, ...? Догадайся!
Огонёк сигареты напоминал внезапно открывшийся на подбородке третий глаз. Две облезлые вороны, наклонив головы, молча любовались финалом праздничного лингвистического пиршества одухотворённых существ.
По проспекту на четвереньках стремительно промчался алый Человек-паук. Одинокие прохожие с ужасом шарахались от окровавленного представителя типа членистоногих. Осенний воздух источал запах прелой листвы, бензина, мышиной мочи и безысходности.
Холодной хэллоуинской питерской ночью даже паучье чутье бессильно


18+