Пастух, которого никто не нанимал
*Из цикла «Звери, люди и прочие сложные существа»*
В одном загородном доме сложилась весьма своеобразная кадровая ситуация. Четыре дипломированных пастуха находились на заслуженном отдыхе, а руководить ими взялся человек, совершенно не имевший отношения к пастушьему делу. Вернее, не человек, а китайская хохлатая собака по имени Фродо. Но это обстоятельство самого Фродо ничуть не смущало. В конце концов, история знает немало руководителей, чьё образование не имело никакого отношения к занимаемой должности.
В доме проживали бриар Женя, два бородатых колли, Шарик и Джой, и корги Филя. Все четверо принадлежали к уважаемым пастушьим породам. За их плечами стояли столетия селекции, славные традиции управления овцами и крупным рогатым скотом, безупречные родословные. Правда, ни один из них за всю свою жизнь настоящей овцы, возможно, так и не встретил. Но разве это когда-нибудь мешало человеку гордиться дипломом о высшем образовании?
Фродо диплома не имел. У него были большие уши, четыре лапы, весьма скромные габариты и непоколебимая убеждённость, что без его непосредственного участия мир немедленно погрузится в хаос.
Первым под его руководство попал Филя. Корги был стар, вреден, обладал отвратительным характером и твёрдыми политическими убеждениями. В частности, он считал, что свобода передвижения является неотъемлемым правом каждой собаки независимо от возраста и состояния позвоночника. Фродо придерживался противоположной точки зрения. Особенно когда Филя направлялся на кухню.
Кухня вообще представляла собой стратегически важный объект, требующий постоянного контроля. По мнению Фродо, всякая пожилая собака, проникшая туда без сопровождения, немедленно совершит хищение продовольствия. Поэтому Филю полагалось перехватить на подступах, развернуть и вытолкнуть обратно. Желательно до того, как тот успеет сообразить, что произошло.
Филя соображал медленно, но возмущался быстро. Иногда он огрызался. В такие минуты Фродо получал возможность познакомиться с историческим опытом сопротивления авторитарным режимам, однако никаких выводов из этого не делал.
Шарик оказался существом куда более дипломатичным. При появлении начальства он немедленно поджимал ноги, принимал выражение глубочайшего раскаяния и сообщал всем своим видом, что уже уходит, давно собирался и вообще оказался здесь совершенно случайно. Если бы собаки умели писать объяснительные, Шарик ежедневно составлял бы их в трёх экземплярах.
Женя выбрал тактику скоростного преодоления опасной территории. Увидев Фродо, он начинал двигаться настолько быстро, насколько позволяли возраст, размеры и остатки собственного достоинства. Это напоминало поведение солидного профессора, который внезапно обнаружил, что опаздывает на электричку. Главное было проскочить. Обсуждать распоряжения начальства Женя не собирался.
Джой же по каким-то совершенно непостижимым причинам получил освобождение от пастушьего надзора. Возможно, Фродо считал его сотрудником другого ведомства. Возможно, между ними существовала негласная договорённость о невмешательстве. В любом случае Джой пользовался редкой привилегией ходить туда, куда считал нужным, не подвергаясь принудительной транспортировке.
Остальным везло меньше.
Хозяйка неоднократно пыталась отправить Фродо в отпуск. Ему объясняли, что все овцы пересчитаны, пастбища закрыты, рабочий день закончился и пенсионеры имеют законное право самостоятельно добраться до миски или ближайшей двери. Фродо выслушивал эти предложения с выражением крайнего недоумения. Отпуск? Когда Филя опять направляется на кухню? Когда Шарик подозрительно переставляет заднюю лапу? Когда Женя собирается совершить несанкционированный проход через коридор?
Нет, извините. Государство может рухнуть.
Особенно Фродо раздражало отсутствие профессионального энтузиазма у подчинённых. Четыре пастушьи собаки, четыре носителя благородных генетических традиций, и ни одна не желает пасти даже соседскую табуретку! Приходится всё делать самому. Контролировать, направлять, подталкивать, иногда слегка покусывать за ноги. И это в возрасте, когда приличная молодая собака должна наслаждаться беззаботным детством.
Справедливости ради следует заметить, что сами подчинённые не просили ни руководства, ни организационных реформ, ни повышения эффективности передвижения по дому. Их вполне устраивала прежняя система, при которой каждый шёл туда, куда хотел, и возвращался тогда, когда считал нужным. Но история человечества убедительно показывает, что подобные настроения никогда не останавливали настоящего реформатора.
Хозяйка смотрела на происходящее и иногда задавалась вопросом, каким образом все пастушьи способности четырёх собак оказались сосредоточены в одном китайском хохлатом существе. Наука пока не располагала удовлетворительным объяснением. Зато практические результаты были очевидны: Филя возмущался, Шарик капитулировал, Женя устанавливал рекорды скорости, а Фродо ежедневно возвращался с работы с чувством исполненного долга.
И только Джой спокойно занимался своими делами, словно давно понял нечто такое, до чего остальным ещё предстояло дожить.
Впрочем, в этой истории оставался один нерешённый вопрос. Если Фродо так любит пасти собак, кто-нибудь когда-нибудь должен будет объяснить ему, что пасти его самого никто не собирается.
Хотя, возможно, именно поэтому он и выбрал профессию руководителя.
Уж очень удобно, когда все вокруг овцы, а ты единственный, кто знает, куда им следует идти.
Свидетельство о публикации №226103101593