Шёпот шелковых покоев

Глава 1.



Анириан не раз задавался вопросом: кто же та ослепительная красавица, сумевшая обольстить его при первой встрече?

Её глаза сияли, словно изумруды, притягивая взгляд чарующим блеском. Губы манили и завлекали, пробуждая в нём первобытные чувства, словно возрождая их из пепла, и разжигали неукротимое пламя страсти, воспламеняя его мужскую сущность.

Нет, он знал в лицо каждую из своих наложниц – и в этом не могло быть ни малейшего сомнения. Но эта девушка… Её лицо не пробуждало в его памяти ни единого воспоминания. Кто же она – та загадочная быстроногая лань, что осмелилась возникнуть перед ним подобно призрачному видению и столь же бесследно исчезнуть, ускользнув от его испепеляющего взора? Откуда она появилась и каким образом сумела скрыться в лабиринтах дворцовых покоев?

Охваченный внезапным порывом, он бросился следом, намереваясь настигнуть незнакомку и заключить её в объятия. Но едва он приблизился, как девушка, словно почуяв опасность, испуганно метнулась прочь, подобно хрупкому цветку, подхваченному внезапным порывом ветра, и в одно мгновение скрылась из виду.
Кто же ты, вулканическая красавица, сумевшая искусством своего танца покорить сердце неприступного повелителя?

Жестом, не терпящим ни малейших возражений, Анириан приказал слугам привести в тронный зал смотрителя гарема. Тем временем виночерпий наполнил вином золотую чашу, покоившуюся в руке императора, чьи пальцы украшали массивные перстни с драгоценными камнями.

– В гареме появилась новая девушка, Эйтлан? – как бы между прочим осведомился император у слуги, который с трепетом и благоговением пал ниц перед своим повелителем.

Распорядитель гарема вмиг побледнел. Лицо его исказила гримаса ужаса, а тело охватила мелкая, неконтролируемая дрожь, подобно осеннему листу, трепещущему под порывами холодного ветра.

– Нет, господин, – наконец выдавил из себя евнух, отрицательно покачав головой. – Смею заверить Ваше Императорское Величество, что в последнее время во дворец не поступало ни одной новой девушки.

Император пригубил вино, не сводя глаз с распростёршейся у его ног жалкой фигуры слуги.

– Та девушка, которую я приказал разыскать. Вы нашли её?

– Таинственная незнакомка, которую Ваше Величество повелели отыскать, до сих пор не найдена, – доложил смотритель гарема, не смея поднять головы.

– Любопытно… – протянул Анириан, отхлебнув вина и чуть приподняв брови. – Стало быть, вы обыскали каждый уголок моей империи? Проверили все земли, от дальних рубежей до самой столицы?

– Везде и всюду, – утвердительно кивнул побледневший слуга, не смея поднять глаз на императора.

– Неужели вам до сих пор неизвестно имя той, чьи поиски я вам поручил? – осведомился император, пристально наблюдая за евнухом, который, склонившись в глубоком поклоне, едва сдерживал дрожь.

– Лучшие живописцы нашей державы создали по вашим описаниям несколько портретов незнакомки,– отчитался Эйтлан. – И всё же её до сих пор безуспешно ищут искуснейшие следопыты империи. 

– Вот как? – Анириан насмешливо рассмеялся. – Лучшие живописцы империи, говорите?
– Так точно, о, Владыка, – поспешно пробормотал смотритель гарема.

– Что ж… – В глазах императора сверкнул ледяной блеск. Теперь он напоминал грозного льва, готового в любую минуту растерзать свою добычу. – Полагаю, вам прекрасно известно, какая участь ожидает лжецов и обманщиков в пределах моей державы? – Он выдержал короткую паузу и, пристально глядя на евнуха, добавил: – Неужели вы и впрямь полагаете, что я настолько глуп?

– Никак нет, Ваше Величество! – воскликнул евнух, едва не расшибая лоб о мраморный пол. – Если вы сию же минуту повелите отдать меня на растерзание диким зверям или подвергнуть колесованию, то будете совершенно правы. Но я, как ваш преданный слуга, никогда не осмелился бы усомниться в вашей мудрости и проницательности, мой господин!

– Так-то лучше, – произнес император, по-видимому, вполне удовлетворенный ответом и проявленной преданностью. Теперь он окончательно удостоверился в искренности слов Эйтлана. Черты его лица несколько смягчились.

– Однако прошу вас усвоить одну простую истину, – продолжил он, чеканя каждое слово. Они хлестали по слуху, словно удары кнута. – Если до наступления сегодняшней ночи загадочная гостья не будет доставлена в мою опочивальню… Вам ведь известно, что за этим последует?

– Лучше я приму смерть, нежели обману доверие Вашего Императорского Величества! – продолжал раболепствовать слуга, в ужасе содрогнувшись. Воображение услужливо дорисовало страшную картину, которую император так и не пожелал озвучить.

– Запомните мои слова: с заходом солнца всякое промедление будет расценено как неповиновение. – Допив вино, император протянул чашу виночерпию. Тот церемонно поклонился, благоговейно принимая драгоценный сосуд.

Анириан выпрямился во весь свой исполинский рост и неспешно направился прочь.
– А теперь живо принимайтесь за дело, – произнёс он с ледяным спокойствием, не изменившись в лице. Величественно взмахнув полами одеяния, император направился прочь, сохраняя в каждом движении присущую ему властную грацию.

Смотритель гарема поднялся с колен, почтительно склонился перед императором и поспешил удалиться, намереваясь без промедления исполнить повеление господина. Он более не желал ощущать на себе тяжёлый, испытующий взгляд властителя.

Эйтлан и помыслить не мог, что чары незнакомой девушки способны обрести столь неодолимую власть над человеком, чья воля повергала в трепет окружающих, а могущество внушало страх даже самым отважным воинам.

– Мы найдём её, – произнёс Эйтлан, скорее убеждая самого себя, нежели императора. – Обязательно найдём.