Лицо со штампом

Солнце над Малибулендом никогда не заходило полностью, оно лишь лениво замирало в зените, заливая кастомный поп-арт горизонт перламутровым неоном. Воздух здесь пах винилом, клубничным блеском для губ и разогретым на солнце высококачественным полистиролом. Кен Монтана стоял на террасе своего трёхэтажного Особняка Мечты, сжимая пластиковыми пальцами поручень из прозрачного плексигласа. На его щеке багровел заводской брак глубокий, уродливый штамп ОТК, въевшийся в левую скулу ещё на этапе формовки на фабрике в Малайзии. Этот штамп напоминал ему о том, откуда он выбрался, из тёмных глубин Картонной Коробки Уценённых Товаров, где бракованные куклы годами пылились без аксессуаров и сменной одежды. Ниже представлено развёрнутое кинематографическое повествование о восхождении и падении Кена Монтаны в мире, где гламур смешался со смертельно опасным криминалом.

Часть I: Запах подогретого винила.
Всё началось с мелкого распределительного пункта на Пляже №4, Кен Монтана и его верный напарник Мани, Кен из серии «Морской Бриз» 1994 года выпуска с немного разболтанным шарниром в правом бедре начинали с разгрузки коробок с роликовыми коньками. Но Кену Монтане было мало пляжного волейбола, он видел, как Кен-Босс Фрэнк, местный магнат в вельветовом пиджаке, загребает миллионы, контролируя оборот «Розовой Пудры» тончайшего люминесцентного глиттера высшей очистки, который поставляли контрабандой из Юго-Восточной Азии в обход официальных лицензий Mattel. Эта пудра меняла всё, стоило кукле вдохнуть микроскопические блестки, как её суставы обретали невероятную гибкость, цвета становились ярче, а улыбка застывала в блаженном, сияющем экстазе. Но у пудры была цена, излишек глиттера приводил к «выцветанию пластика» и необратимому расслоению текстуры. Свою первую серьёзную проверку Кен Монтана прошел во время сделки в мотеле «Коралловый Риф», фрэнк отправил их забрать партию неонового полимера у заезжих дилеров кукол-подделок из дешевого токсичного пластика с грубыми швами на швах. Всё пошло наперекосяк, вместо обмена, один из фальшивок грубо отлитый Кен со съёмной головой достал канцелярские ножницы. Мани привязали к стулу, кен Монтана смотрел, как лезвия ножниц скрежещут в сантиметре от идеальной нейлоновой шевелюры Мани, угрожая полностью состричь его коллекционные волосы под ноль, качественный винил плавился от страха. Где пудра, Кенни? сипел поддельный Кен, оставляя ножницами зазубрины на пластиковом столе, говори, или твой друг станет лысым пупсом. Кен Монтана не дрогнул, его пальцы нащупали в кармане дизайнерских шорт тяжелый латунный пистолет, стреляющий жидким перманентным маркером. Один выстрел в упор и несмываемые чёрные чернила залили фальшивке глаза, разъедая дешевую краску зрачков, Мани был спасён, а Кен Монтана забрал и полимер, и глиттер, заявив о себе на всём побережье.

Часть II: Весь мир из пластика.
Скоро Фрэнк стал казаться Кену слишком мягким. Фрэнк боялся масштабов, Кен Монтана же поехал прямиком в Анды Малибуленда на секретную фабрику Алехандро Сосы. Соса был коллекционной моделью высшего класса, куклой в безупречном белом смокинге, чьи шарниры двигались абсолютно бесшумно, Он не просто продавал пудру, он создавал тренды..Ты парень со штампом, тихо сказал Соса, осматривая лицо Кена через лупу, Но у тебя прочный пластик. Мне нужны такие люди в Лэнде, те, кто не боится испачкать руки в блёстках. Вернувшись, Кен убрал Фрэнка, в тот вечер на парковке у розового диско-клуба маркерный выстрел поставил точку в карьере старого босса. Вместе с империей Кен забрал и Эльвиру главную Барби-Победительницу конкурсов красоты, она была идеальна, платиновые волосы до пят, холодные стеклянные глаза и вечная тоска в голосе. Эльвира сидела на пассажирском сиденье его розового Кадиллиака, лениво вдыхая розовый глиттер с маленькой золотой ложечки для обуви и глядя на мир через солнцезащитные очки в форме сердец. Ты просто кукла, Кенни, шептала она, когда они въезжали в его новый замок, злая, штампованная кукла с амбициями человека. Кен выстроил Розовый Дворец, посреди которого возвышался фонтан из жидкого акрила, над ним крутилась неоновая сфера с надписью: ВЕСЬ МИР-ТВОЙ. Кен Монтана утопал в роскоши, он менял три кастомных костюма в день, его Джина младшая сестрёнка из серии «Школьные годы» ни в чём не нуждалась. Но паранойя, вызванная тоннами розовой пудры, начала плавить его внутренние шестерёнки, ему казалось, что Mattel следит за ним, что налоговая полиция Барбиленда хочет аннулировать его штрих-код. Он поссорился с Мани, когда застал того в комнате Джины, Мани просто подарил ей коллекционную заколку, но Кен Монтана видел в каждом Кене врага, претендующего на его генетику. Маркерный щелчок и Мани упал на ковёр, пачкая розовый ворс чернилами, которые уже никогда не отстираются. Джина закричала, а Кен Монтана впервые почувствовал, как внутри него что-то треснуло, и это был не пластик, а то немногое живое, что в нём оставалось.

Часть III: Последний танец в глиттере.
Конец пришел от Сосы, Кен отказался выполнить политический заказ взорвать розовую карету судьи Барби, в которой ехали её дети-пупсы, Кен Монтана был убийцей, но он не уничтожал детские наборы, Соса не прощал отказов. Ночью Розовый Особняк Мечты окружили наёмники Сосы Кены-Коммандос в камуфляжных жилетах поверх голых торсов, вооруженные тяжелыми водомётами и термоклеевыми пистолетами, способными намертво обездвижить любую куклу. Кен Монтана сидел в своем кабинете за монументальным столом из розового мрамора. Перед ним лежала гора пудры размером с приличный бархан. Он зарылся в неё лицом, вдыхая глиттер горстями, его глаза горели безумным неоновым светом, по щекам текли пластиковые слёзы. Джина была мертва её случайно зацепила первая стрела с горячим клеем нападавших, Мани не было. Эльвира улетела на вертолёте в неизвестном направлении, он остался один в своём идеальном, искусственном раю. Дверь кабинета разлетелась от удара пластикового тарана. Хотите поиграть?! взревел Кен Монтана, вскакивая на стол. Его голос вибрировал от перегрузки встроенного динамика. Вы думаете, вы можете сломать меня?! Я Кен Монтана! Вы имеете дело с лучшим винилом в этой индустрии! Он выхватил из-за пазухи гигантский, кастомный бластер «Нёрф», модифицированный под стрельбу несмываемой, въедливой краской на масляной основе и разъедающим лаком для ногтей Скажи привет моему маленькому другу! закричал он, зажимая гашетку. Особняк превратился в ад из брызг, неоновых вспышек и летящих во все стороны мыльных пузырей, которые лопались, оставляя ожоги на глянцевых стенах. Кен Монтана принимал удар за ударом, стрелы с горячим клеем вонзались в его плечи, лак для ногтей разъедал его стильный пиджак, но пудра в его системе не давала ему упасть. Он продолжал стрелять, смеясь безумным, записанным на кассету смехом, пока со спины, бесшумно ступая по розовому ковру, не подошел главный ликвидатор Сосы Кен-Череп в чёрном кожаном плаще. Он поднял тяжелый пистолет, заряженный растворителем 646. Один выстрел в спину, растворитель мгновенно разъел структуру пластика в районе поясницы, Кен Монтана покачнулся, бластер выпал из его потерявших форму пальцев, он сделал шаг назад, потерял равновесие и перелетел через перила внутренней террасы. Он падал сквозь этажи своего идеального дома, пока с громким всплеском не рухнул в гигантский акриловый фонтан. Вода в фонтане медленно окрашивалась в розовый цвет от вымываемого из его карманов глиттера, Кен Монтана лежал на дне, глядя вверх сквозь толщу розовой жидкости. Над ним, в лучах заходящего неонового солнца, всё так же медленно вращалась пластиковая сфера, на которой сквозь брызги краски всё ещё можно было разобрать гордые слова: THE WORLD IS YOURS. ВЕСЬ МИР-ТВОЙ.