Данилина 98

      
       




Проснувшись в обед, они, будто сговорившись, искупались в бассейне, чтобы стряхнуть с себя сон и утреннюю усталость.
- Мужики, у меня для вас хорошая новость есть, - загадочно сообщил им Стас.
Они сразу же все сгрудились возле него.
- Рассказывай.
- Сегодня глубокой ночью прилетит военный вертолёт с большим грузом. Нам надо будет помочь забрать груз в дом, чтобы не привлекать внимание деревенских жителей. Это надо будет сделать в считанные минуты.
- Сделаем, - уверенно пообещал Борис. - Нас вон сколько человек. А во сколько он прилетит?
- В три часа ночи, когда самый глубокий сон, - ответил Стас. - Груз большой, поэтому он сядет прямо у дома. Я заранее открою ворота.
День прошёл по старому расписанию: сбор сена, привоз сена, уборка его в сарай.
Степаныч радовался за ужином, что, наконец-то, сарай забит полностью. Он закрыл его на замок.
- Если мы эту неделю так хорошо поработаем, то полностью заготовим сено на зиму, - сообщил он всем. - О! Какие люди к нам пришли!
Все посмотрели в сторону калитки и увидели бабу Нюру. Вид у неё был неважный. Никогда она не выглядела столь помятой и неухоженной. Лицо было отёкшее настолько, что разгладились все морщины. Степаныч внимательно смотрел на неё, понимая, что всё это из-за пьянки. Вид у женщины был виноватый.
- Ты почему такая отёкшая? - строго спросил он её. 
- Перепила, - честно ответила она. - Мне так было плохо, что я чуть не подохла.
- Что ты пила? - спросил он снова.
- Розка за яйца дала мне бутылку водки, а она оказалась палёной. Меня рвало несколько дней. Я ни есть, ни пить не могла. Еле оклемалась. Мне так плохо, что пришла к вам. Налейте мне, пожалуйста, джина. Я выпью и уйду.
- Нельзя, - громко произнесла Данилина. - Папа, если ей станет плохо, то виноват окажешься ты. Экспертиза покажет последнее, что она пила.
Все согласились с ней.
- Тебе в больницу надо, а ты хочешь добить себя? - возмущённо промолвил Степаныч. - Сынок, давай отвезём её в город.
Кирилл кивнул и встал.
- Я никуда не поеду, - испуганно закричала женщина.
- Баба Нюра, не надо бояться, - спокойно сказала Данилина. - Вам поставят капельницу с физраствором.
- Зачем?
- Физраствор устранит обезвоживание в вашем организме, уберёт отёки, разбавит кровь, восстановит объём циркулирующей крови и нормализует давление. Баба Нюра, не бойтесь! Физраствор поможет нормализовать вязкость крови и облегчит работу сердца. Это совсем не больно, но вам будет сразу легче. Вы всего лишь ночь полежите, а утром вас отпустят домой.
- Коли так, тогда поеду, - согласилась она.
Баба Нюра переоделась, взяв с собой деньги и бумажку с номером телефона старшего сына. Она села в машину, и Кирилл с отцом повезли её в городскую больницу. Вернулись они, когда на улице стемнело.




Данилина с мужем сидели на балконе и смотрели на небо, где начали появляться первые, робкие звёзды. Они мерцали, словно алмазная пыль, рассыпанная по тёмному бархату.
- Саша, смотри, уже появились первые звёзды, - воскликнула она, показывая ему на них пальцем.
- Скоро их станет больше, и они зажгут свой холодный, серебристый свет, освещая вокруг ночной пейзаж. Я всегда любила наблюдать вот эту переходную пору сумерек в ночь. Сумерки всегда обладают особой магией. Это время, когда дневные заботы уходят на второй план, а душа находит покой. Она дарит возможность остановиться, вдохнуть полной грудью и почувствовать гармонию окружающего мира.
Александр слушал её, не перебивая. Он любил такие моменты, когда жена ему что-нибудь рассказывала. К ним пришли Борис с Анютой и Стас с Машей.
- О чём интересном говорите? - спросил Борис, усаживаясь с женой рядом.
- О сумерках, - ответил Александр. - Я никогда раньше об этом даже не задумывался.
- Интересная тема, - подал голос Стас. - Я тоже.
- Хотите, я вам расскажу красивую легенду про сумерки? - с загадочной улыбкой спросила Данилина.
- Хотим, - хором ответили все, с любопытством ожидая чего-то интересного и необычного.
- Тогда слушайте:
В далёкие времена, когда мир  ещё был юн, а небо и земля только учились жить в согласии, существовали два могущественных духа - Аэлир, хранитель дня, и Ниара -  хранительница ночи.
Аэлир был воплощением солнечного света: его волосы сияли, как золотые лучи рассвета, а шаги дарили тепло и жизнь. Ниара же обладала кожей цвета глубокого ночного неба, усыпанного звёздами, а её голос напоминал шёпот луны.
Духи никогда не встречались - их пути не пересекались: когда Аэлир поднимался на небосвод, Ниара скрывалась в дальних уголках мира, и наоборот. Но однажды им стало любопытно: каково это - увидеть друг друга?
Они договорились встретиться на границе дня и ночи. В тот миг, когда последний луч солнца коснулся горизонта, а первые звёзды робко замерцали в вышине, Аэлир и Ниара встретились.
Их взгляды пересеклись - и произошло чудо. Вместо того чтобы поглотить друг друга, свет и тьма переплелись, создав нечто новое и прекрасное: нежные оттенки розового, пурпурного и голубого окрасили небо, а воздух наполнился тихой, волшебной атмосферой.
Это мгновение длилось дольше обычного - так появились сумерки.
Поражённые красотой своего творения, духи решили, что будут встречаться дважды в день: 
- на закате, когда Аэлир передаёт небо Ниаре, и мир погружается в тёплые, золотистые тона;   
- на рассвете, когда Ниара возвращает небо Аэлиру, и всё вокруг окутывается прохладной синевой с проблесками алого.
С тех пор сумерки стали временем магии:   
- в это время границы между мирами становятся тоньше; 
- духи и феи могут свободно гулять среди людей;
- мечты, загаданные в сумерках, имеют особую силу;
- влюблённые, встретившиеся в этот час, обретают вечную связь.
Говорят, если в сумерках прислушаться очень внимательно, можно услышать тихий шёпот Аэлира и Ниары - они переговариваются, готовя мир к смене дня и ночи, и улыбаются, видя, как люди любуются их творением.




Все слушали, не отрывая внимательного взгляда от Данилины. Она уже закончила рассказывать, а они продолжали смотреть в ожидании продолжения. Данилина смотрела на них, не зная, что делать дальше.
- Вы хотите, чтобы я ещё что-нибудь рассказала про сумерки? - удивлённо спросила она.
Все быстро закивали головами.
- Тогда я расскажу вам свою любимую историю от имени Лины. Хорошо?
Они радостно крикнули:
- Хорошо!
Данилина улыбнулась и посмотрела на мужа. Он в ответ смотрел на неё влюблёнными глазами. Она сразу же потупилась и начала свой рассказ: 
- В одном маленьком городке, спрятанном среди холмов и лесов, сумерки были особенным временем. Местные жители говорили, что в эти часы граница между миром людей и миром чудес становится тоньше - и порой можно увидеть то, что обычно скрыто от глаз. Каждый вечер, как только солнце начинало клониться к горизонту, маленькая Лина выбегала во двор своего дома. Она знала: если успеть до сумерек забраться на старый дуб у забора, можно поймать момент, когда мир преображается. Однажды Лина, устроившись на любимой ветке, заметила, что воздух вокруг начал мерцать. Лёгкие серебристые искры кружились в лучах заходящего солнца, словно крошечные светлячки, но гораздо ярче. Девочка затаила дыхание - она никогда не видела ничего подобного.




Постепенно из мерцания проступили очертания: перед ней возникла изящная фигура феи с прозрачными крыльями, отливающими перламутром. Фея улыбнулась Лине и сказала:
- Ты единственная, кто видит меня сегодня. Сумерки - моё любимое время: тогда я могу ненадолго покинуть волшебный лес и полюбоваться закатом вместе с кем;то из людей.
Лина улыбнулась в ответ и спросила:- А почему именно я?
- Потому что ты веришь в чудеса, - ответила фея. - Только чистое сердце может разглядеть волшебство в сумерках.
Фея взмахнула рукой, и вокруг них закружились десятки искр, складываясь в причудливые узоры - то в очертания далёких звёзд, то в силуэты волшебных зверей. Лина протянула руку, и одна искра села ей на палец, мягко согревая его.
- Это подарок, - прошептала фея. - Пока он с тобой, ты всегда будешь находить красоту там, где другие видят лишь тень.
С этими словами фея стала растворяться в сгущающихся сумерках, а искры - гаснуть одна за другой. Лина спустилась с дерева, чувствуя, как в груди разливается тепло.
С тех пор каждый вечер она ждала сумерек - не ради чуда, а чтобы вновь ощутить ту особую тишину, когда мир замирает между днём и ночью. И хотя фея больше не появлялась, Лина знала: волшебство никуда не исчезло. Оно живёт в каждом закате, в каждом мерцании звёзд и в сердце того, кто готов его увидеть.
Она замолчала, продолжая с улыбкой смотреть вдаль, будто вспоминая свою встречу с феей.
- Лин, откуда ты столько интересного знаешь? - спросил Борис. - Тебя слушать можно всю ночь, как Шахерезаду.
- Это правда, - включился в разговор Стас. - Согласитесь, что знающих людей вокруг много, а вот уметь рассказать так, чтобы удержать внимание слушателей на длительное время - единицы. Как здорово, что в нашей компании есть такой интересный рассказчик! Спасибо тебе, дорогая подруга и сестрёнка, что ты есть!
- Друзья, сумерки давно перешли в ночь, а нам скоро вставать, - напомнил Борис. - У нас в запасе осталось три часа.





Все встали и пошли по своим комнатам. Александр подхватил жену на руки и закружил по комнате.
- Ты что делаешь? - со смехом спросила она, крепко обняв его за шею.
- Я слушал тебя и гордился своей любимой. Данилка, в тебе столько талантов, что они льются из тебя как из рога изобилия. Ироничное высказывание "не оскудеет земля талантами - уж слишком их много зарыто в землю" - это точно про тебя. Пусть все твои таланты передадутся нашим детям. Пусть они будут похожи на тебя.
Данилина рассмеялась и поцеловала его. Александр мгновенно отреагировал на её поцелуй. Он обнял её крепче, позволяя себе полностью раствориться в моменте, в этом хрупком, но таком реальном счастье. Её губы были мягкими, слегка прохладными, но приносили тепло, которого так жаждала  его душа. Казалось, время остановилось. Все тревоги, все сомнения, всё отступило, уступая место нарастающему чувству эйфории. Он чувствовал биение её сердца, её дыхание, вторящее его собственному. Это было прикосновение, которое говорило больше, чем тысячи слов, прикосновение, которое обещало и утверждало. Она прижалась к нему ещё ближе, и Александр почувствовал, как тепло её тела проникает сквозь одежду, согревая его до самых костей. В этот момент не существовало ничего, кроме них двоих, кроме этого нежного, но страстного слияния. Её руки ещё крепче обвились вокруг его шеи, пальцы зарылись в его волосы, словно желая удержать его навсегда. Продолжая целовать её, Александр почувствовал, как его захлестывает волна нежности. Он ласково провёл рукой по её щеке, ощущая гладкость её кожи. В её глазах, когда они на секунду отстранились друг от друга, он увидел отражение своих собственных чувств - смесь трепета, радости и глубокой, искренней привязанности. Этот поцелуй был не просто физическим контактом, это было обещание, данное молча. Волна желания накрыла их полностью, и они забыли обо всём, сосредоточившись только на своих чувствах...
Александр посмотрел на часы.
- Любимая, сейчас должны привезти большой заказ. Нам пора выходить встречать его. Ты поспи, пока меня не будет. Хорошо? 
- Хорошо, - сонно ответила Данилина, погружаясь в бездонную пучину сна.







            Продолжение следует