Какой есть

Бесконечный остров посреди океана. Он бесконечен тем, что новые части возникают по мере моего продвижения по его территории.

Здесь много декоративных построек — причудливых, роскошных, необычных — среди зелёных, аккуратно стриженных кустов и ухоженных деревьев. Мраморные ступени, тропинки, выложенные плоским камнем, высокие и низкие ажурные ограждения… Весь остров похож на огромный парк для путешествий и отдыха.

С одной из его возвышенностей я увидел океан, к которому тянуло неудержимо. Добравшись до невысокой стены на краю острова, я взобрался на неё… Остров, как оказалось, находился очень высоко над уровнем океана. По сути, это была столовая гора посреди бескрайних вод.

Я спрыгнул и тяжело понёсся вниз, точно сброшенный камень, к далёкому океану. Замедлиться и выровнять полёт удалось лишь ближе к поверхности, которая спружинила в момент моего приводнения, наподобие батута, и подбросила на десяток метров вверх.

Когда я снова опустился, я понял, что океан состоит не из воды. Это мягкая на ощупь, бархатистая ткань серовато-фиолетового цвета. Ткань пружинила подо мной, словно океан отвечал на каждый шаг, придавая моему движению лёгкую подпрыгивающую походку.

Я направился назад к острову. Он находился на расстоянии полукилометра и был окружён исполинской гладкой белокаменной стеной, в которой виднелся проём с лестницей. Величественные ступени вели к тронному залу владычицы этих островов.

К этому моменту стало очевидно, что это не один остров, а целый архипелаг, раскроенный каналами и соединённый мостами.

Чем выше я поднимался, тем шире и роскошнее становилась лестница. Потолки уносились ввысь, будто само пространство раздвигалось с каждой ступенькой и окружающее всё больше походило на чертог богини.

Что происходило у её трона, выветрилось из головы напрочь. Помню лишь, что мы о чём-то говорили. Кажется, что она вложила в меня своё доброе напутствие…

Скорее всего, память о встрече оставляют там, на выходе — выносить её с собой не полагается.

Не помню, как я очутился на улице. Я стоял у калитки, за которой открывался большой пустой двор. В этом доме, на окраине одного из островов, жила женщина, разводившая породистых собак. Супруга захотела взять себе щенка и без устали тыкала пальцем в звонок. Но никто не выходил на порог.

Зато нас тут же окружила, привлечённая звуком, стая разношёрстных четвероногих: от маленьких округлых и забавных до больших и грозных псов. Все они каким-то образом оказались снаружи, перед калиткой. Я немного напрягся. Внутри беспокойно шевельнулся спящий страх… но не проснулся, повернулся на другой бок и затих.

Ко мне подбежала маленькая чёрная собачка, как раз по размеру моей встревоженности. Погладив её, я расслабился. Она была мордатая, с отвисшими щеками — такая милая и очень дружелюбная. Ей нравилось, что её почёсывают и поглаживают; она крутилась и тёрлась об меня, будто кошка. От тревоги не осталось и следа.

Хозяйки не было дома. Мы не знали, когда она вернётся, и, решив не терять время попусту, отправились посмотреть на канал в другой части этого острова. Поднялись на мостик и стали глядеть вниз на тихую воду. Мне захотелось окунуться, и я, не раздумывая, как был в одежде, прыгнул в канал. Вода была не холодная — напротив, приятная и освежающая.

— Прыгай, поплаваем! — позвал я жену, махнув ей рукой.

Она отказалась прыгать, а рассудительно пошла в обход, туда, где был плавный спуск к реке.

Вокруг меня медленно плавали большие рыбы, создавая своими хвостами и плавниками слабые волны. Я взобрался на спину одной такой рыбины — это было так естественно, будто здесь их для этого и держат, вместо верблюдов.

Стоя на её спине, как на доске для серфинга, и держась за какой-то едва различимый канат, прикреплённый к рыбьему носу, я катался на ней, лихо рассекая серо-охристую воду. Скорость, брызги и восторг… Пока не вспомнил, что супруга так и не пришла! Тогда я отпустил рыбу, вылез из воды и отправился на её поиски.

Мне слышался её голос: она с кем-то разговаривала. Неразборчивое бормотание то появлялось, то затихало. Я шёл на звук, но каждый раз, придя на то место, никого не находил. Повстречался одинокий прохожий — им оказался смотритель парка островов. Я спросил его, не видел ли он мою жену.

Он ответил, что видел:

— Всего минуту назад.

И вызвался помочь мне в поисках. Смотритель завёл меня в ту часть острова, где я ещё ни разу не был, и сказал:

— Ты дурак, что не пришёл сюда раньше, ведь здесь для тебя припрятано кое-что… принадлежащее тебе.

Возможно, он был прав, а может быть, и нет. В тот момент мне это показалось неважным. Я просто пошёл за ним таким, какой есть.

Смотритель принялся расчищать шов кирпичной кладки, затем расшатал и вынул кирпич, открывая проход во внутреннее помещение. Одного извлечённого из стены кирпича было достаточно, чтобы скользнуть вниманием внутрь и перетянуть туда себя целиком.

Я вглядывался в сумерки скрытой комнаты… пока не проснулся.
Проснулся без сонливости, успев осознаться ещё во сне, в самый последний момент.

И первое, что пришло в голову:

«Скорее всего, он прав. Ведь так и бывает, что за самым ценным приходят в самый последний момент…»


05.08.2026