Сказка о справедливом делении и потерянных стимула

В некотором царстве, некотором государстве, где солнце светило ярко, а реки текли молоком и медом, жил-был мудрый, но несколько наивный правитель по имени Владимир Ильич. Однажды, глядя на бескрайние поля и на трудящийся народ, он пришел к мысли, которая показалась ему простой и гениальной, как дважды два. "Если у тех, кто имеет много, всё отобрать и разделить поровну между всеми, - размышлял он, - то тогда, конечно, всем будет хорошо!"
Эта мысль, словно зернышко, упала в плодородную почву и проросла. Позже, в одном из домов, где жил некий Полиграф Полиграфович Шариков, эта же идея была озвучена с пылом и убежденностью. Для него, как и для Владимира Ильича, это была простая арифметическая задача: отнять у тех, кто имеет избыток, и раздать тем, кто испытывает нужду. И тогда, казалось ему, наступит всеобщее счастье.
Он с энтузиазмом поведал эту идею простым людям, которых в стране было большинство. И, конечно, идея им очень понравилась. Ведь кто не мечтал о торжестве справедливости, о том, чтобы нужды остались в прошлом, а каждый получил свою долю?
Владимир Ильич добавил к этому еще одну прекрасную мысль: "Мы будем жить так, что от каждого получим по способностям, а каждый будет получать по потребностям". И эта фраза, звучавшая как песня о светлом будущем, тоже пришлась по душе всем. Ведь каждому хотелось получать ровно столько, сколько он сам пожелает, и при этом быть полезным обществу.
Но, как это часто бывает, реальность оказалась куда сложнее арифметики. Те, кто много и талантливо трудился, кто вкладывал душу и силы в свое дело, вдруг увидели, что их достижения, их заработанное, всё забирают и делят между всеми поровну. Им же доставалось столько же, сколько тем, кто, скажем так, не особо утруждал себя. Обидно было не только потерять плоды своего труда, но и осознать, что твой упорный труд ценится не выше чужого безделья.
И тогда, как это водится, люди стали задумываться: "А зачем надрываться, если результат все равно отнимут и поделят? Зачем вкладывать максимум усилий, если награда будет одинаковой для всех?" И таких людей, кто готов был выкладываться по полной, стало меньше.
Чтобы избежать инфляции, цены на товары сделали фиксированными. Хлеб, например, стоил сущие копейки. Люди, видя такую дешевизну, стали набирать его в огромных количествах, чтобы откармливать свиней в своих личных хозяйствах. А поскольку цены внутри страны сильно отличались от цен за границей, чтобы народ не покупал по дешевке валюту, установили суровое наказание - расстрел за хранение иностранной валюты.
Со временем производство в стране начало падать. Стимулов к развитию не было. Кому охота было выкладываться, если награда все равно одинакова для всех? Последователи Владимира Ильича учили, что главное - это моральные стимулы, а не материальные. "Получил почетную грамоту - и радуйся! Или медаль получи, если очень многого добился, - и этим сыт будь!" - говорили они.
Но при этом сами партийные руководители жили очень хорошо. Их слова о моральных стимулах и всеобщем равенстве резко контрастировали с их собственным бытом, и этот разрыв бросался в глаза каждому.
Короче говоря, вся эта система, построенная на идее "отобрать и поделить", оказалась непрочной. Она развалилась, оставив после себя горький урок: идея о том, что надо у богатых всё отобрать и всё разделить между всеми поровну, оказалась не такой уж и безупречной.
Однако, как это часто бывает, крайности не приводят к добру. И разница между богатыми и бедными в пятнадцать раз – это тоже, согласитесь, не совсем правильно. Во всех развитых странах существует прогрессивный налог на большие доходы. На очень большие доходы там берется очень большой процент, и за счет этого удается сгладить сильную разницу между самыми богатыми и самыми бедными, обеспечивая более справедливое распределение благ. И, возможно, именно в таком, более взвешенном подходе, кроется ключ к истинному всеобщему благополучию.
Именно такой подход, когда государство выступает в роли мудрого регулятора, а не простого перераспределителя, позволяет избежать как крайностей нищеты и чрезмерного богатства, так и потери стимулов к труду и развитию. Ведь когда каждый знает, что его усилия будут вознаграждены, а общество при этом не допускает чудовищного социального расслоения, тогда и появляется та самая почва для процветания, где от каждого можно получить по способностям, а каждый будет получать по потребностям, но уже не в виде утопической мечты, а в реальности, основанной на здравом смысле и справедливости.
Ведь именно в таком балансе, когда талант и труд поощряются, но при этом общество заботится о тех, кто нуждается, и не допускает образования пропасти между классами, и кроется секрет устойчивого развития. Государство, действуя как мудрый арбитр, может направлять ресурсы туда, где они принесут наибольшую пользу, поддерживая при этом тех, кто оказался в затруднительном положении. Такой подход позволяет избежать как стагнации, порожденной отсутствием стимулов, так и социального напряжения, вызванного чрезмерным неравенством. И тогда, возможно, мечта о справедливом обществе, где каждый получает по своим возможностям и потребностям, перестанет быть лишь красивой фразой и станет реальностью, построенной на прочном фундаменте здравого смысла и взаимного уважения.