Пролог. действие первое

ДВАДЦАТЬ ПЕРВОЕ. НОЧЬ…  МАРСОВО ПОЛЕ …
Драма в четырёх действиях по киносценарию «Анаграмма», в которой представлены реально жившие персонажи и их почти невыдуманные истории.


ГЛАВНЫЕ ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА, чьи истории представлены Зрителю и их возможный «представитель».


Старушенции, всем за 80 лет, все в прошлом красавицы:
 ЛИЛЯ – Светленькая, бледненькая, худенькая, курносенькая, на вид явно карело-финско-шведской крови старушка, движения робкие, неувереные. Придерживается советов целителя Геннадия Малахова.
КЛАВА –  Явно женщина с юга, с многолетним загаром на морщинистом лице и крашенными рыжими волосами. Деловая,  решительная. В прошлом учительница. Придерживается советов теледоктора Елены Малышевой.
ЛИДА – Родом из бывшей купеческой семьи, разбитная, творческая, всего повидавшая, активно курит «Беломор»
ЛЯЛЯ – Самая старенькая из своих подруг, стройная, ухоженная, гордая, элегантная не глядя на возраст, по виду одновременно  грузинская княжна, француженка и  корсар в юбке. Красиво курит дорогие сигареты.

БОРИС –  Сценарист, драматург, писатель уже лет десять. До сочинительства, кем только не был, 50 лет. Пока  только хочет что-то написать про героинь спектакля.
ИНЫЕ ЛИЦА появляющиеся в первом действии, в истории Ляли.

ЛЯЛЯ – которой пока 22 года, из семьи потомственных военных, изучает архитектуру, языки.
АЛЕКСЕЙ  БАРСУКОВ – мужчина среднего роста, на начало войны 33 года, темные зачесанные назад волосы, серые с коричневой крапинкой глаза, красиво очерченный рот, волевой подбородок.
ПАЦАН НА САМОКАТЕ – Мальчик 9-11 лет на самокате в начале 2000-х годов и на самодельном самокате в 1941 году.
ПРОДАВЕЦ – Девушка в сувенирном киоске в 2000-х годах и мороженщица в 1941 году.
ВАСИЛИЙ – Брат Алексея, 30 лет.
НОРКИН – Заводской водитель.
ЕДОВИН – Представитель разведки
ГЕРАСИМОВ – Представитель военкомата.
ФАШИСТСКИЙ ОФИЦЕР ГАНС
БОЕЦ
ТИМУР – Сосед Ляли, татарин, продавец мясного отдела
ФРАНЦУЗСКАЯ ДАМА, похожая на Коко Шанель, ФАШИСТСКИЙ ОФИЦЕР, ШВЕЙЦАР


ИНЫЕ ЛИЦА, появляющиеся во втором действии, в истории Лиды.
ЛИДА – Выпускница десятого класса в 1941 году.  Будущая работница табачной фабрики
АГА САИД – Боец Красной Армии, 20 лет.
ПЕРЕПЁЛКИНА НАТАША – Одноклассница Лиды
ВОЛОДЕНКОВА НИНА – Одноклассница Лиды
КУДРЯВЦЕВ – Одноклассник Лиды
ЧУБРАЕВ - Одноклассник Лиды
КРЫЛОВ – Одноклассник Лиды
ПРЕДВОДИТЕЛЬ ШПАНЫ
ПЕРВЫЙ ШПАНЁНОК
ВТОРОЙ ШПАНЁНОК
МУЖИК С ТОПОРОМ

ИНЫЕ ЛИЦА, появляющиеся в третьем действии, в истории Лили.
ЛИЛЯ – 18 лет, медсестра в поликлинике, играет в самодеятельном оркестре на гитаре, будущая копировщица в НИИ.
ВОЛОДЯ – Музыкант, 25 лет.
ФЕЛИКС – Бывший артист балета. Сосед Лили по квартире в начале двухтысячных годов, за 80 лет.
ВАРЮХА – Довоенная соседка Лили, средних лет.
МАРГОША – Старшая сестра Лили
МАМА ЛИЛИ
МАЙОР – Представитель комиссариата
КАПИТАН – Представитель Особого отдела

ИНЫЕ ЛИЦА, появляющиеся в четвёртом действии, в истории Клавы.

КЛАВА –  К 1941 году 18 лет. Будущая учительница в школе.
МИХАИЛ – Офицер, летчик.
СОСЕДКА – Соседка старушки Клавы по дому в Петербурге
ПАВЕЛ – Старший брат Клавы
НЕИЗВЕСТНЫЙ
ДИКТОР
ВИКТОР МЕЛЕЦКОВ – Однополчанин Михаила
АННА ТРОФИМОВНА – Мама Клавы
ЕВДОКИМ ПАНТЕЛЕЕВИЧ – Отец Клавы
ПОЛИЦАЙ
ДАНИЛКО
НИКАНОРОВНА


ПРОЛОГ

Авансцена. В левом её углу луч света освещает рабочее место сценариста Бориса, который вальяжно расположился в удобном кресле у стола. Периодически Борис  печатает текст на клавиатуре громоздкого компьютера, после чего снова занимает удобную позу в кресле. Читает напечатанный текст  вслух.

БОРИС
- Начнем, пожалуй,. Итак название… «Берега нашей жизни»?... Нет, лучше «Всё могло быть иначе». Или…  А ладно, придумаю позже. Зато есть хороший эпиграф и, пожалуй, начало.

«Двадцать первое. Ночь. Понедельник.
Очертанья столицы во мгле.
Сочинил же какой-то бездельник,
Что бывает любовь на земле»
Анна Ахматова


- Санкт-Петербург, Петроград, Ленинград, и снова Санкт-Петербург; город-Герой, город трех революций, город, где мятежная Нева в любой момент может выйти из берегов, трамвайная столица, культурная столица, самый читающий город страны! Как только не называли и не называют исполненное величия создание Петра, стоящее на древних болотах и костях своих строителей. Наверно,  поэтому, это еще и город легенд, - легенд и сказок от самых первых, страшных, про нечистую силу Марсова поля, про Древний Атакан, до относительно современных, о гуляющем по Литейному мосту призраке Ленина.
А еще говорят, что в июне, в белые ночи на улицах Петербурга появляется …

Раздается телефонный звонок.


БОРИС.
- Да, слушаю.
  …
 - Привет Марик! Э-э, Марк Наумович!
 …
- Марк Наумович! Раз обещал, значит, выдам в срок.
 …
- Да, «Дютюктив». Джексон, то есть, следователь окажется женщиной, вот только пока название не придумал. «Московская борзая»,  «Ищейка», «Овчарка» уже есть. Думаю назвать сей опус  «Сколопендра с Лиговки», всё-таки почти ужастик.   
…
- Да, нет! Треплюсь конечно. Будет, как Вы хотели…

- Ой! Что это!?

Борис прерывает разговор и прислушивается к звукам за окном, расположенным со стороны  зрительного зала.  Слышны шумы  приближающегося трамвая: подвывание электромотора, постукивание колес, звонки. Вот трамвай совсем близко, а вот удаляется. За окном всё стихает.

БОРИС.

- Слушайте Марк Наумович! Я совсем заработался.  Только что  услышал, причем отчетливо, во всех звуковых  подробностях,  как по нашей улице проехал трамвай.
…
- А то, что уже лет пять, как с неё сняли трамвайные пути. Я даже сумел булыжники с них для своей бани на дачу натаскать.
…
- Да, продолжим. Будет всё, как Вы хотели, по-современному. Дело на западе, следователь трансвестит, в семье проблемы из-за отказа от смены пола у сына следователя. … Да, немного наркотиков секса и иностранной разведки. … Всё, всё, - услышал.  До свидания.

Отключает телефон.

БОРИС.
- Маразм крепчал. Пора пойти «пройтица, проветрица» на улицу.

Уходит со сцены. Луч, освещающий стол сценариста гаснет.


ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Сцена 1.

Начало двухтысячных годов. На фоне здания бывшего Народного дома аллея в Александровском парке в Санкт-Петербурге. Будка по продаже сувениров. Мимо будки изредка проходят гуляющие по парку люди и покупают сувениры, шарики, игрушки и др. В месте, где аллея делает изгиб и слегка расширяется, расположены под углом друг к другу две парковые скамейки, на которых расположились попарно четыре старушенции Лиля, Клава и Лида с Лялей.
Идет фонограмма летнего дня в парке: тихая музыка из киоска, шум листвы, ветерок, звуки машущих крыльев и воркованья голубей. Ляля, иногда бросая осуждающий взгляд на Лиду, как же, та курит на улице, о чем- то задумалась. Лида, прислушиваясь и присматриваясь ко всему, постреливая глазками по сторонам, дымит своим «Беломором». На другой скамейке, сидящая на самом её краешке Лиля изредка достаёт из тряпочного зелёного мешка и бросает в сторону авансцены зерно голубям. Слышно хлопанье крыльев, птичья свара из-за корма.   Лиля и Клава ведут диалог. Тема интересна им  обеим, но на слова друг друга внимания они мало обращают.



       ЛИЛЯ
— Главное для здоровья — это держать под контролем обмен веществ. Переваривание, усваивание, выведение.

КЛАВА
— Все пупки разные. Существует шесть видов пупков, а в них сидят 67 видов бактерий и грибов…

ЛИЛЯ
— Не надо быть рабом на кухне. Салатик, кашка! Водичку надо пить. Она все промывает, все лишнее выходит…

КЛАВА
— Там темно, влажно, тепло. Ухаживать надо, а то может быть воспаление.

ЛИЛЯ
— Яблочный сок, сок крапивы, морковь…
Мимо скамейки проходит Борис. Звонит телефон. Всё внимание бабушек обращается на Бориса. Он останавливается, смотрит на трубку, чертыхается, отвечает на вызов.
            
           БОРИС
          — Слушаю!
          …
— Ты скажи, сколько можно тебе долдонить, когда хочешь добиться финансового успеха не бывает, чтобы все главные герои — друзья были сплошь положительные. Нужно, чтобы один, скажем, предал другого, чтобы героиня, спасая от полевого суда своего парня, отдалась гэбэшнику! Кофликт должен быть. Любовный треугольник должен быть, по крайней мере! А у тебя сплошной сироп,  все дружат, все патриоты, все верны присяге, друг друга спасают. А ля песня о друге  «Третий должен уйти».
         
          …

БОРИС
— Не можешь так про друзей писать! Когда я начинал, меня в таких случаях,  с такими сюжетами посылали  прямо, к Мединскому и учили, что сейчас зрителя интересует только секс, бабки, наркотики, кровавое прошлое КГБ. Я, может, тоже хочу написать что-нибудь этакое, со всех сторон положительное, что называется, для души. Только мне в отличие от тебя, у которого жена директор завода, зарабатывать надо. У меня алименты, еще одни алименты и жена молодая. Исправляй, на как сказано!

(Отключает собеседника.)

— Вот, паразит! Обеспечил мне бессонную ночь! Ой! Ё…

(Мимо Бориса, чуть не по его ногам, на самокате проезжает пацан, лет десяти. Борис приседает на скамейку рядом с Лидой и Лялей. Слышен шум крыльев вспугнутых птиц. Пацан подъезжает к киоску, показывает на предполагаемую покупку и тут же крутит ручку на усилителе звука.  Из киоска громыхают слова Лепса: - …Самый лучший день, приходил вчера…. Пацан со смехом уезжает. Киоскёр выключает звук. Лида пускает струю дыма от своего «Беломора» в сторону Бориса. Он закашливается, встает и тут обращает внимание на Лялю.

БОРИС
- Ни хрена себе, какие здесь персонажи колоритные встречаются! Вах! Грузинская княжна!  Их сиятельство! Голубая кровь! И ничего время с красотой поделать не может.

Ляля бросает взгляд на Бориса, вздыхает, смотрит на часы. Борис, неоднократно оборачиваясь, чтоб взглянуть на Лялю, уходит. Лида наслаждается ситуацией.

ЛЯЛЯ
— Вайме! 
(Собирается.)

ЛИДА
— Ты куда, Лялечка, засобиралась?

ЛЯЛЯ
— Совсем забыла, именины у меня сегодня, гости придут, подготовиться надо.
ЛИДА
— Погоди, погоди! Сегодня ведь именины у Ксении, а ты Ляля.

ЛЯЛЯ
— Я Ксения и есть, Ксения Ивановна. А Ляля… мне просто нравится, чтобы меня так называли.  Так что, девочки, счастливо оставаться, пошла я. Пока трамваем доберусь, пока на стол накрою, уже и вечер.

ЛИДА
- Какой трамвай! Тут до метро три минуты. Тебе же на Заставскую в Московский район. Сама рассказывала, что от работы сталинскую двушку получила.

ЛЯЛЯ
- В той квартире я племянницу с детьми из «Сухума» разместила. У них там, в Абхазии какая-то заварушка. Пришлось им  быстро отрываться. А я теперь в своей фамильной коммуналке, на Декабристов. Соседи приличные, еще с «дореволюции» при нашем доме обитают. Прадед их, татарин, дворником  был, а после уплотнения к нам в квартиру подселили. Нынешний их глава семейства  теперь, кроме моей комнаты, всю нашу квартиру занимает, в магазине работает, в мясном отделе. Иногда хорошего мясца подкидывает, по старому знакомству.

Ляля прощается с подругами и уходит. Немая сцена. Гаснет освещение. На переднем плане сцены возникает интерьер  современного трамвайного вагона. На одном из сиденьев расположилась Ляля. Она дремлет. За окном трамвая и за всей его декорацией на экране идет световая проекция проезда трамвая по Троицкому мосту, по Суворовской площади, мимо Марсового поля, мимо Летнего сада. Слышен звуки проезда трамвая и тихая музыка, напоминающая мелодию песни «Самый лучший день, приходил вчера». Гаснет освещение сцены.

Сцена 2.
 21 июня 1941 года.     То же самое место, что и в сцене 1.   На фоне здания Народного дома аллея в Александровском парке в Санкт-Петербурге.  Только вместо киска с сувенирами располагается  передвижной лоток для продажи мороженного. Та же скучающая продавщица. Солнечно, но день прохладный.  Ближе к авансцене стоит рекламная тумба. На ней, среди прочих, выделяются реклама  футбольного матча  на стадионе им. Ленина между командами «Зенит» Ленинград и «Спартак» Харьков и  вторая, реклама представления оперы «Чародейка» в Кировском театре. Оба события, согласно афишам, состоятся 22 июня 1941 года. По парку изредка проходят гуляющие люди одетые по моде начала сороковых годов. . В месте, где аллея делает изгиб и слегка расширяется, расположены под углом друг к другу две парковые скамейки.  На одной, освещенной солнцем сидит девушка ослепительной красоты. Девушка прикрыла глаза, греется на солнышке. Это Ляля. Появляется Алексей. Проходит мимо скамеек. Обращает внимание на  Лялю. На минуту  столбенеет. Очнувшись, подходит к скамейке.


АЛЕКСЕЙ
— Bonjour belle inconnue!

Ляля открывает глаза, с любопытством смотрит на Алексея

ЛЯЛЯ
— Bonjour monsieur!

АЛЕКСЕЙ
— Я угадал. Вы так похожи… только не пойму на кого больше, то ли на француженку, то ли на грузинскую княжну, да, так похожи, что точно должны знать французский язык.

ЛЯЛЯ
(нарочито грозно смотрит на Алексея)
— Насчет грузинки Вы угадали. Фамилия у меня Купченко, зовут Ляля, правда, родилась действительно в Грузии и знаю французский и грузинский языки. А Вы не боитесь, что я пойду в милицию и скажу, что по парку бродит французский шпион?


АЛЕКСЕЙ
- Ох! Не смотрите на меня так!

«… Меня слепит твой взгляд упорный,
Твои сомкнутые уста,
Я задыхаюсь в муке черной
И побеждает красота.

Я пал… И молнией победной
Сверкнул и в тело впился нож.
Тебе восторг – мой стон последний,
Моя прерывистая дрожь…»

Сражен, убит в секунду Вашей красотой.

ЛЯЛЯ
Я смотрю, Вы хорошо знакомы с творчеством пролетарского поэта Демьяна Бедного.

АЛЕКСЕЙ
(Внимательно смотрит на Лялю. Ляля улыбается).
 - О, ля, ля! Разрешите представиться. Алексей Барсуков, из дворян. Дед надворный советник, но где надо, всё про меня знают и не возражают, потому что в свое время у нас в доме в Тифлисе не только сам Шаляпин выступал, но и прятали местных большевиков. С недавнего времени начальник самого большого цеха на большом заводе. Был женат, разведен, а с этого момента рискую быть профнепригодным, так как без ума от прекрасной девушки Ляли и готов провести  с Вами всю оставшуюся жизнь, и пусть сегодняшний день станет первым из неё.
Алексей присаживается рядом с Лялей. В этот момент появляется на самодельном самокате пацан (копия пацана из первой сцены). Он с грохотом прокатывается, чуть не по ногам Алексея, подкатывает к лотку, покупает мороженное, садится на соседнюю свободную скамейку  и таращится на Лялю.

АЛЕКСЕЙ
- Кажется, у меня появился соперник. Напомните мне, маркиза! У нас, как и во Франции, дуэли запрещены?

ЛЯЛЯ
- Конечно, сударь!

АЛЕКСЕЙ
- Тогда у меня предложение. Пойдемте, прокатимся на американских горках. Там попадаются такие элементы трассы, такие романтические, Вам понравятся.

Уходят со сцены. Пацан съедает первую порцию мороженного, покупает еще одну, опять садится на скамейку и продолжает есть. В это время идет фонограмма катания на американских горках ( грохот тележек, смех, вскрики катающихся). На сцене появляются Ляля и Алексей.

АЛЕКСЕЙ
- Как тебе понравились горки? Правда, самое интересное и замечательное в этом катании это проезд через темные, страшные, но такие короткие туннели. Не успеваешь даже по-братски, за знакомство даже в щечку чмокнуть, и получить оплеуху, как уже опять на виду у всего мира.

ЛЯЛЯ
- Тогда может, прокатимся еще разок, тем более, что твой соперник еще никуда не укатил на своем драндулете.

Ляля и Алексей уходят. Опускается проекционный экран, отсекающий часть сцены с декорациями, кроме рекламной тумбы. Звучит фонограмма катания  на американских горках, которая постепенно стихает. Тихая мелодия. Угадывается одна музыкальная фраза «…самый лучший день приходил вчера..». На экран проектируются виды набережных Невы, стрелки В.О. Вечереет.  На авансцене появляются Ляля и Алексей. На плечах Ляли пиджак Алексея. Идут молча. Алексей обнимает Лялю за плечи и хочет поцеловать. Ляля отстраняет Алексея.

ЛЯЛЯ
- Не спеши, Алёша.

 АЛЕКСЕЙ
Как не спешить! Один бог ведает, что завтра будет.

ЛЯЛЯ
Может ты и прав, а может, ты, как тот герой из сонета твоего любимого Гумилёва, помнишь, что он говорит про себя?

Моя мечта надменна и проста:
Схватить весло, поставить ногу в стремя
И обмануть медлительное время,
Всегда лобзая новые уста;
А в старости принять завет Христа,-
Потупить взор, Посыпать пеплом темя
И взять на грудь спасающее бремя
Тяжелого железного креста…..

АЛЕКСЕЙ
- Спокойно! Там еще есть такие слова:

«Я вспоминаю, что ненужный атом,
Я не имел от женщины детей
И никогда не звал мужчину братом».

А у меня и брат есть, и друзья, и сын от первой жены. Так что этот стих не про меня.

ЛЯЛЯ
- Ты сказал, жены?

АЛЕКСЕЙ
- Мы с ней вчера развелись. Ну, правда!
         Алексей и Ляля целуются. Внезапно Алексей замечает  рекламную тумбу.

АЛЕКСЕЙ
- Совсем забыл. Иди ка сюда.
         Подводит Лядю к тумбе.

           АЛЕКСЕЙ
          - Видишь. Завтра футбольный матч на Ленина. А у меня билеты на него куплены. Пойдём Лялюшка!
          
 ЛЯЛЯ
- А на оперу нет билетов?

АЛЕКСЕЙ
На оперу нет. Знал бы, что повстречаюсь с тобой, то были бы на оперу. А может футболисты ради такого случая не играть, а петь будут? Пойдем, проверим.

ЛЯЛЯ
- Пойдём.

АЛЕКСЕЙ
— Слушай, я как раз тут рядом живу на Большой Пушкарской в большом красивом доме номер 69, в квартире с балконом номер 14. Правда, стадион с него не виден, но он совсем неподалеку. Может, чтоб по городу не мотаться, у меня… до завтра?..

ЛЯЛЯ
— Только поедим сначала. Уж больно шашлычка хочется.

АЛЕКСЕЙ
— Ты знаешь, мне тоже. Вон плавучий ресторан, побежали.

Сцена 3.
Квартира Алексея. На сцене большая коммунальная кухня, в которую выходят три двери., одна с черного хода в квартиру, вторая, в комнату Алексея, третья в общий коридор. В конце коридора в торце дверь с парадного входа, вдоль стены несколько дверей в жилые комнаты квартиры. Темно, Слабый свет через окно кухни. Открывается дверь черного хода, и входят Алексей с Лялей. Алексей включает свет на кухне.

ЛЯЛЯ
— Ничего себе квартирка! Как вас не раскулачили!

АЛЕКСЕЙ
— Раскулачили. До революции это была тетина квартира. А когда начались подселения, она всю нашу семью из Тифлиса позвала к себе в Ленинград, чтобы только свои в этих хоромах оказались. Так что теперь здесь куча родственников, включая мою бывшую с сыном.

ЛЯЛЯ
— Так куда?..

АЛЕКСЕЙ
— Не волнуйся! Не зря же  мы с черного хода зашли, сразу в кухню. А при ней кухаркина комната, где теперь я и обитаю. Никто тебя не увидит, если ты не захочешь проявиться.
Алексей гасит свет в кухне и они с Лялей уходят в кухаркину комнату. Через минуту открывается одна из коридорных дверей и в коридор в трусах и майке выходит брат Алексея Василий. Он тихонько стучит в дверь к Алексею. Появляется Алексей.

ВАСИЛИЙ
Лёшка, билеты на футбол достал?

АЛЕКСЕЙ
Достал. Но, братец, пойду не с тобой.

ВАСИЛИЙ
Не хороший ты человек, Алексей Фёдорович.

АЛЕКСЕЙ
Так есть «магнит попритягательней», Василий Фёдорович.

Все расходятся по комнатам. Тишина. В одной из комнат часы бьют три раза. Постепенно становится слышна фонограмма.  Слышны звуки ночной улицы: смех выпускников, редкие гудки машин, гул пролетевших самолетов. Говор и смех выпускников стихают. Появляются звуки комнаты телефонисток. Гвалт. Слышатся отдельные фразы:
— Секретаря райкома…
— Срочно прибыть в горком партии…
— Да, к Кузнецову...
— Машину выслали…
— Это квартира директора завода «Севкабель»…

В одной из комнат квартиры Алексея опять слышен бой часов. Они бьют четыре раза. Над дверью парадного входа раздаётся звонок, через паузу еще раз. Заспанный Алексей выходит из комнаты и идет открывать дверь. В коридор высовывается голова Василия.

АЛЕКСЕЙ
- Это ко мне.
 Василий кивает и исчезает. Алексей открывает входную дверь. На пороге заводской водитель Норкин.

          НОРКИН
— Алексей Федорович! Извините. Вас срочно на завод вызывают, на партхозактив.

АЛЕКСЕЙ
— Сейчас оденусь.

Через некоторое время появляется одетым и с Лялей.

АЛЕКСЕЙ
— Завезем девушку на Декабристов?

НОРКИН
— Как два… ой! Запросто. Мне еще за Паршиным на Третьего июля улицу надо заехать.

Опускается проекционный экран. Перед ним условный салон автомобиля. Кресла обращены к зрительному залу. Перед  левым креслом (см. со стороны сцены) автомобильный руль  и педали. На задних сиденьях расположились Алексей и Ляля, за рулём Норкин. На проекционном экране. раннее утро, пустынный город,  На протяжении диалогов сцены на экране видны удаляющиеся виды при проезде авто по Большой Пушкарской улице, Кировского проспекта, Кировского моста, площади Суворова, Марсового поля и Летнего сада. Идет проезд автомобиля по улицам города, по мосту. В конце спуска с Кировского моста Алексей, глядя в сторону зала, командует водителю:

АЛЕКСЕЙ
- Ну, ка Норкин, притормози! Ляля, смотри! При входе на Марсово поле шпана выпускников лупит.

ЛЯЛЯ
- Причем семь человек троих, и при этом одна из них девушка!

АЛЕКСЕЙ
- Норкин, останови машину, надо разобраться!

НОРКИН
— Не положено. Нам нельзя отвлекаться, да и сейчас без вас с ними разберутся. Вон, смотрите, туда  уже какой-то красноармеец бежит!

Машина опять ускоряет ход. Неожиданно  слышится мелодичный девичий смех. Алексей недоуменно смотрит на Лялю, та на него.

АЛЕКСЕЙ
— Ты слышала?

ЛЯЛЯ
— Да, но я не смеялась.

АЛЕКСЕЙ
(водителю)
— Ты чревовещанием не занимаешься?

ВОДИТЕЛЬ
— А что такое?

АЛЕКСЕЙ
— Да мы с Лялей смех женский только что слышали.

ВОДИТЕЛЬ
- Вы оба слышали?

АЛЕКСЕЙ
- Да.

ВОДИТЕЛЬ
- Хреново.

ЛЯЛЯ
- А что такое?

ВОДИТЕЛЬ
- Говорят, что если он и она около этого места Марсового поля услышат девичий смех, то они скоро расстанутся. Но думаю, мракобесие все это. Лично я ничего не слышал.

Алексей и Ляля тяжело вздыхают и смотрят в разные стороны. Машина едет по улице Третьего июля. Занавес.
На авансцене в левом и правом углу стоят два письменных стола. На каждом телефонный аппарат и настольная лампа. Напротив столов по стулу для посетителей. За столом слева сидит представитель разведки тов. Едовин М. Е., справа за столом располагается представитель военкомата тов. Герасимов А.П.
Из за занавеса, по середине сцены выходят Алексей и Ляля одетые в военную форму (обр. 41 года). Оба в звании капитанов Советской Армии. Ляля проходит влево, Алексей вправо.

ЕДОВИН
— Ну что, Ксения Ивановна!
(Пауза.)
— Ляля! Вот и настал момент заканчивать Ваши занятия архитектурой. Теперь нам нужны Ваш безупречный французский, знание этикета и… красота. Месяц на шлифовку Ваших знаний и умений, а потом…  Потом получите задание.

Левый край сцены затемняется, высвечивается правый её край.

ГЕРАСИМОВ
- Мы рассмотрели вашу настоятельную  просьбу вступить в ряды  Народного Ополчения. Администрация и партком завода дали добро, хотя я бы специалистам вашего уровня отказал.  Даём вам месяц на ускоренную офицерскую подготовку, а дальше…как начальство решит!
Алексей и Ляля встают со стульев, отдают честь, и уходят, каждый в свою кулису.

Сцена 4.

1941 ГОД
           Вечерние огни Парижа. Тихо, тихо слышен французский шансон  На заднике виден силуэт Эйфеоевой башни.  Вандомская площадь.  Отель «Риц». У двери отеля швейцар. Слыщно, как подъехала легковая машина, хлопают дверцы на сцене появляются два высокопоставленных немецко - фашистских офицера в форме и две дамы одетые в вечерние платья. Одна из дам похожа на Коко Шанель, другая Ляля.
\
ФАШИСТСКИЙ ОФИЦЕР ГАНС.
         — Meine Herren! Das ist wunderbar! Heute ist Piaf hier! (Господа! Это чудесно! Сегодня здесь поет Пиаф)

ЛЯЛЯ
- In letzter Zeit hat mich ihr Gesang beunruhigt. (Последнее время её пение на меня тоску наводит.)



ФАШИСТСКИЙ ОФИЦЕР ГАНС
   - Madame, das ist misstrauisch. Entweder sind Sie verliebt oder Sie hatten Russisch als Familie. Es ist nur, dass sie es lieben, Lieder zu h;ren und vor einem Glas Wodka auf dem Tisch zu sitzen. Was sagen Sie dazu? (Мадам, это вызывает подозрение. Либо Вы влюблены, либо у Вас в роду были русские. Это же только они любят тосковать, слушая песни и сидя перед рюмкой водки на столе. Что скажите?

ЛЯЛЯ
 - Und wenn beides? (А если и то, и другое?)

ФАШИСТСКИЙ ОФИЦЕР ГАНС
- Ha, ha, ha! Ich w;rde mich erschie;en, wenn ich w;sste, dass in Ihnen ein Tropfen slawisches Blut steckt. Juden und Slawen, wie sie Russisch sagen, f;hle ich mich f;r eine Meile. (Ха, ха, ха! Я бы застрелился, если бы узнал, что в Вас  есть хоть капля славянской крови. Уж  евреев и славян, как говорят у русских, я за версту чувствую.)
          Швейцар открывает дверь перед гостями. Из отеля слышится музыка, окончание песни и аплодисменты. Все проходят в отель. Медленно гаснет освещение сцены. Слышна мелодия песни Пиаф. Музыка постепенно стихает, и становятся слышны звуки полета мин и разрывов.


Сцена 5.
 Утро. Поле между передовой и леском.  Поле перепахано разрывами мин.  Одинокое дерево, около которого валяется убитая лошадь. Слышны звуки минного  обстрела и радиоразговор капитана Ганина и полковника Смирнова:

ГАНИН
— Первый, я третий, капитан Ганин у аппарата.

СМИРНОВ
— Здорово, Ганин. Как там у тебя?

ГАНИН
— Да пока более-менее спокойно, мины кладут потихоньку, а так ничего. Товарищ полковник, разрешите обратиться.

ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ
— Давай обращайся.

ГАНИН
— Горяченького бы чего-нибудь, а то сутки на сухарях держимся.

ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ
— И спирту пришлю, а то вон осип совсем, но только к вечеру, а теперь слушай приказ…

Слышен свист подряд двух мин и два близких разрыва, связь прерывается. Еще один близкий прилёт мины.
 По полю от укрытия к укрытию, припадая к земле при звуках разрыва,  перемещается Алексей. В руках термос с супом для бойцов, фляга спирта и планшет с приказом. Он движется, где бегом, где ползком. Делает передышку около убитой лошади, оглядывается, замечает приметы на местности, надламывает ветку у дерева, чтобы на обратном пути найти это место. Уходит со сцены. Вечереет. Обстрел прекратился. Опять появляется Алексей и с ним раненый боец.

АЛЕКСЕЙ
- Вот тут ты передохни, а я пока дело сделаю.
Боец садится на землю, а Алексей достает из вещмешка нож, тряпку и заходит за  убитую лошадь, чтобы отрезать от ноги кусок мяса.

БОЕЦ
Что-то Вы, товарищ капитан, у нас совсем мало пробыли!
 
АЛЕКСЕЙ
Так отзывают меня с ополчения обратно на завод. И двух суток не прошло, как прибыл на фронт, зря только месяц воевать учили. Пришлось напроситься у полковника к вам «посланцем», чтобы хоть раз на передовой побывать.

БОЕЦ
- Понятно. А мы уже к Вам привыкать начали, думали, вместо погибшего Ганина командовать у нас будете.

АЛЕКСЕЙ
- Нет, нет! На завод и срочно. Сегодня же приказано быть в Ленинграде. Говорят, там голод начинается. Сейчас отрежу кусок мяса и своим отвезу, Игорьку, супруге бывшей, родне. Полная квартира народа.

Алексей заворачивает мясо в тряпку, кладет в вещмешок.

- Отдохнул? Пошли потихоньку.

Уходят. Затемнение.
 Слышны звуки салюта, крики:  «Ура, Победа»!  Через паузу по радиотрансляции  звучит объявление

 МУЖСКОЙ ГОЛОС
- Передаем сигналы точного времени. Начало шестого сигнала соответствует 15 часам московского времени.

Звучат сигналы

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС
-  Говорит Ленинградская трансляционная сеть. Передаём песни Советских композиторов.

 Начинают звучать песни, написанные до 1952 года. На сцене проекционный экран, на котором знакомые виды города, те же, что и во время довоенной прогулки Ляли и Алексея, рекламная тумба с объявлением о начале финального футбольного матча «Турнира на приз Всесоюзного комитета физкультуры и спорта» 13 июня 1952 года на стадионе им. С.М. Кирова между командами Зенит (Ленинград) и Динамо ( Ленинград). В углу авансцены стоит старинная дверь парадного входа в квартиру Алексея. На двери виден номер  квартиры 14.
На сцене Ляля. Она в форме подполковника Советской Армии, с орденом Красной звезды и Отечественной войны на гимнастерке. Её командировка закончилась. Ляля прогуливается по знакомым местам, вспоминает, задерживается у рекламной тумбы, подходит к квартире Алексея, нажимает на кнопку рядом с дверью.  В тишине слышен звонок. Дверь открывается. На пороге Василий.

ВАСИЛИЙ
- Вам кого?

ЛЯЛЯ
— Здравствуйте! Алексея можно позвать?

ВАСИЛИЙ
—  Он здесь больше не живет.

ЛЯЛЯ
- А Вы не подскажете, где его найти?

ВАСИЛИЙ
— На «Красной Баварии».

ЛЯЛЯ
— Он же, вроде на «Севкабеле» работал.

ВАСИЛИЙ
— Там и работает, а на квартире при заводе « Красная Бавария» живет вместе с новой женой и сыном.

Сцена 6.
Двухтысячные годы. Коммунальная квартира Ляли: кухня, коридор, комната. На освещенном солнцем окне кухни стоит кактус в виде золотистого шара, рядом стакан с водой. В кухне видна дверь входа в квартиру с «чёрной» лестницы. На кухне сосед Ляли Тимур, что-то варит на плите. С «чёрного» входа в кухне появляется Ляля.

ЛЯЛЯ
- Здравствуй, Тимурчик!

ТИМУР
- Здравствуйте Ксения Ивановна! (Замечает, что Ляля хочет полить кактус из стакана с водой).
- А я уже Вашего колючего Алексея поливал.

ЛЯЛЯ
- Ничего, Тимурчик! Здесь на солнечной стороне ему хорошо, тепло, можно еще полить. Не то, что на окне в моей комнате. Целый день в тени бы стоял.

ТИМУР
- Ксения Ивановна, у нас завтра поставка мяса ожидается, Вам оставить.

ЛЯЛЯ
- Ой, спасибо большое. Оставь. А то сегодняшние гости запасы подъедят.

ТИМУР
- Так у Вас сегодня гости! Тогда плиту срочно освобождаю. И много народу соберётся?

ЛЯЛЯ
- Одна семейная пара с бывшей работы, да «племянник» с женой и дочкой… сын Алексея.
 Пойду я пока к себе, отдохну немного, а то, что-то сегодня притомилась.

Ляля проходит в свою комнату. Достаёт из сумочки пачку сигарет «БТ», садится в кресло, достаёт сигарету, берёт со столика спички, но не прикуривает, задумывается, отдыхает. Постепенно её глаза закрываются. Звучит музыка к песне Эдит Пиаф «Гимн любви».  Лялин голос читает слова песни,  (перевод Григория Вайнера)

ЛЯЛИН ГОЛОС
-  Пусть разверзнется небо над нами,

Пусть исчезнет земля под ногами –

Ничего. Ведь когда меня любят,

Мне весь мир безразличен будет.

Мне любовь весь мой день освещает,

Я в объятьях твоих замираю,

Все проблемы и беды терпимы,

Пока ты меня любишь, любимый…


Сигарета выпадает из Лялиной руки


ЛЯЛЯ

- Ох, дэдико! (Ой, мамочка! )

Затемнение, Конец первого действия.