Серия 15. Феечки-туристки и один наглый план

Феи, как выяснилось, были ужасными снобами. Но снобами крайне жизнерадостными.
Их главный город — Сильваниэль — утопал в зелени и ярких цветах, сверкал стеклянными шпилями и пах так, будто кто-то поливал все эти цветы ароматической эссенцией из леек, а не водичкой. Баст звонко чихнула, и от этого чиха завяли три клумбы и вспыхнул соседний куст.
— Ты можешь не чихать? — тихо спросила Хель.
— Я могу не дышать, — согласилась Баст. — Но тогда я начну говорить. А если я начну говорить, они поймут, что я не фея.
— А они ещё не поняли? — насмешливо выгнула изящную соболиную бровь подруга.
Баст оглядела себя. Крылышки — есть. Платьице — есть. Блёстки — тоже есть. Правда, платьице было алым, а не нежно-салатовым, как у местных модниц, крылышки подозрительно смахивали на языки пламени, а от блёсток ненавязчиво пахло жареным. Но в целом — фея как фея. Если не приглядываться. И не смотреть в глаза — там было много чего написано про этих самых фей, и местами крупным шрифтом. А ещё не обращать внимания на то, что трава под её феечными ножками сворачивалась в трубочку. Ну не воплощалась ни разу Бастет в этих назойливо жизнерадостных магических мух, так что чудо, что форма вообще была похожа.
— Не, точно не поняли, — уверенно сказала она.
Хель вздохнула. Ей-то хорошо: она просто стояла. Ничего не делала. И все вокруг были уверены, что она — фея. Самая настоящая. Просто очень серьёзная. И, возможно, немного мёртвая.
Они вошли в город под видом туристов из дальнего конца Ветки — Баст с крылышками и в алом платье, Хель просто с выражением лица, которое у фей почему-то считалось «загадочным». Феи были мелкие, звонкие и настолько жизнерадостные, что Баст хотелось кого-нибудь укусить или прихлопнуть. Одна особо наглая феечка подлетела к ним и спросила, откуда они. Баст открыла рот, чтобы соврать, но Хель её опередила:
— Издалека.
Фея разулыбалась, кивнула и улетела. Баст только выдохнула.
— А если она нас сейчас сдаст? В Тёмной Ветке же всего одна фейская звезда...
— Скажем, что заблудились, долго скитались и вот наконец вернулись на родину, потому совершенно не в курсе местных правил... Не дрейфь, Мир забавный. А мне смертной прикидываться давно не доводилось. Всё ради тебя.
Баст слегка задумалась. Потом кивнула:
— Логично. Может прокатить.
Они искали местный крупный источник магии — Баст заметила его ещё с Радужного Моста в Асгарде и утянула подружку с собой на поиски приключений. Ну, на самом деле, был у неё свой небольшой план, но пока только в деталях. И для этого плана необходим был колоссальный заряд божественной и стихийной силы.
Главный храм зелени стоял в самом центре города — огромный, из живого дерева, с куполом из переплетённых лиан, цветов на них и каких-то блестящих, точно мишура, лент. Внутри ароматизировало так, что у Алой заслезились глаза. В центре, на постаменте из мха и прозрачных плит, лежал небольшой зелёный кристалл. Он был похож на нераспустившийся цветок — лепестки-грани, сердцевина-яркая искра. Он пульсировал мягким светом, переливаясь, и от него шло такое тепло и благодать, что даже Хель — существо холодное — прищурилась и поёжилась.
— Вот это да... — выдохнула Баст. — Это же сердце фейской долины, я где-то читала о таком. Целые поколения этих жужжалок отдают ему энергию жизни, прежде чем навсегда уйти к праотцам!
— Ага, — хмыкнула Хель. — А то я не знаю, к каким отцам они уходят. Особенно грешные.
Кристалл был размером с мужской кулак. Может, чуть больше. Он был красивый — настолько, что Баст на секунду даже забыла, зачем они сюда пришли. Потом вспомнила, заметив ироничный прищур подруги. Феечки вокруг беззаботно щебетали о своём, не мешаясь и больше не подлетая к странным грубоватым туристкам.
— Хель, — прошептала Баст. — Это же накопитель. Чистый. Древний. И в него можно ещё закачать... какую угодно, если светлую. В нём силы столько, что можно...
— ...пробить дыру в Пологе, — закончила Хель.
Они переглянулись.
— План, — сказала Баст.
— Какой? — спросила Хель.
— Простой. Ты берёшь. Я отвлекаю.
Хель смерила подругу скептическим взглядом. И в нём было всё: и «ты не умеешь отвлекать», и «ты сейчас что-нибудь подожжёшь», и «я знала, что будет весело. А потом ещё веселей».
— Ладно, — сказала она. — Но если ты подожжёшь что-нибудь важное, я скажу, что мы не вместе.
— Договорились.
Баст отвлекала так, что через минуту в храме горели три клумбы, две скамейки и одна особо наглая фея-жрица. Фея-жрица, правда, не горела, а просто очень громко верещала и махала крылышками, но выглядело это убедительно.
— Ой! — кричала Баст, бегая вокруг и размахивая руками. — Ой, простите! Я нечаянно! Ой, а вот тут тоже нечаянно! Ой, а как это потушить?!
Хель в это время спокойно подошла к постаменту, взяла кристалл, спрятала его в складках тёмно зелёного платья и так же спокойно пошла к выходу. Никто не обратил внимания. Феи были заняты тем, что спасали свои клумбы и платьишки от невежественной гостьи.
Баст догнала её уже на улице.
— Ну как? — запыхавшись и отплёвываясь от приторного аромата поджаренных цветочков, спросила она.



— Взяла, — сказала Хель.
— А я как отвлекала? — хихикнула Алая с невинной мордашкой.
— Ты подожгла три клумбы, две скамейки и одну жрицу... Очень качественный отвод глаз.
— Она не горела!
— Она кричала так, будто у неё вместо загара теперь румяная корочка.
Баст захихикала в кулак и отмахнулась.
— Ну, такое не считается. И вообще, говорю как пришлая богиня Плодородия: эти мелкие явно с традициями перегибают.

Они ушли из города до того, как феи успели опомниться. Кристалл в руках Хель пульсировал мягким светом и был тёплым, как живой. Баст то и дело на него косилась.
— Знаешь, что я придумала? — сказала она наконец.
— Что? — спросила Хель, уже привыкшая к тому, что после «я придумала» следует что-нибудь крышесносное и обязательно опасное.
— В одном моём знакомом Мире говорили: если Магомет не идёт к горе... — Баст сделала паузу, — то сделать нужно так, чтобы гора сама пришла полюбопытствовать.
— Это ты сейчас про что?
— Про Птичку, конечно! — Баст всплеснула руками. — Мы не можем пройти к ней, верно? Не можем! Полог не пустит ни Лойса, ни какого-либо другого Тёмного! Так давай сделаем так, чтобы она сама пришла к нам!
Хель остановилась. Кристалл в её руках слегка подмигнул.
— Вот смотри: у нас есть мощный светлый артефакт, способный накапливать колоссальную мощь. Есть дырочка в Пологе. И есть Мир, который не принимает чужого добра и всё, что не по его законам, быстренько устраняет. Я подумала, что не обязательно ломиться лбом в запертые ворота — можно пролезть калиткой для обслуживания...
— Это ты сейчас о чём? — подозрительно прищурилась богиня Смерти.
— О том, что тебя и твоих Жнецов Мир не пытается сожрать, ведь вы часть его энергосистемы. А значит, и некро-дыру — правда, размером с двери шкафа — он за нарушение своих границ не сочтёт.
— О, дорогая... — замялась Хель. — Не выйдет, хоть и звучит хорошо. Для такой дыры нам нужна мощность Старших, а ещё накопитель у тебя светлый. При сочетании энергий будет взрыв, а не пластичность материи, из которой ты собираешься слепить переход...
— А если я свою энергию закачаю? — улыбнулась Баст. — Благодаря матушке мы с братом наполовину светлые, и это уже стабилизированная сила.
— Ты понимаешь, — сказала Хель наконец, — что для этого тебе сперва придётся пройти в Мир Алёны как неучтённый Жнец? Крепкую личину я создать могу, это не вопрос, но одно неловкое движение, одна дырочка на личине — и Мир заметит тебя. Я уже молчу про то, что неучтённый обслуживающий персонал, как ты выразилась, — это для охранки Мира неслабый сбой, и одной уличной шавкой ты там точно уже не отделаешься...
— Понимаю. Зато пространственный переход в Бубастис даст возможность Тёмным следить за Алисой, когда она будет находиться в нём. Издалека, конечно. Нельзя смертным много знать... Но однако же, Князь явно поспокойнее станет. Ведь теперь мы сможем легко и без проблем вытащить Алёну, когда придёт срок её земному воплощению. А для девочки Алисы это будет маленькое чудо, отступление от правил... Дети в её возрасте ещё хотят верить сказкам, а это же самая настоящая сказка! Про Нарнию и волшебство. Антураж я ей обеспечу, вместе с аттракционами, поверь, — улыбнулась Бастет.
Хель вздохнула. У неё было такое лицо, будто она уже пожалела обо всём и резко переставила ролями как минимум четыре своих плана с внутренними оговорками. Но она кивнула.
— Ладно, — сказала Главная Смерть. — Но если тебя загрызёт ещё одна псина, я тебе так мозг в Хельхейме прополощу, как грешникам и не снилось!
— Загрызёт? — Баст фыркнула. — Меня? В личине Жнеца? Да они от меня за километр при встрече гадить будут, не то что подойти и укусить.
Хель посмотрела на неё долгим выразительным взглядом.
— Ты, главное, не чихай, — сказала она.
— А ты не пугай, своими грешниками всё равно же не рискнёшь) Я там твоих демонов такому научу, что потом экзаменовать на профпригодность замучаешься) — хохотнула Алая, нисколько не соврав.

А в мире смертных, в старом доме с ржавыми замками и пыльными «гостевыми» комнатами, Алиса как раз заканчивала уборку. Она не знала, что в её шкафу скоро появится волшебная дверь. Она вообще не знала, что в её жизни скоро появится много всего.
Но об этом — в следующий раз.