И в каждом. Свет. Изнутри

В КАЖДОМ — СВЕТ ИЗНУТРИ

Из исследовательских записок к «Книге цифр»

«Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?»
Евангелие от Матфея, 6:23.

Три дня и три ночи.

Знакомые слова. Мы помним их по истории Ионы:

«И был Иона во чреве этого кита три дня и три ночи» (Ион. 2:1).

Христос Сам обращается к этому рассказу:

«Ибо как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи» (Мф. 12:40).

Но когда мы начали читать шумерские произведения, эти слова встретились нам снова — в «Нисхождении Инанны в нижний мир».

Богиня спускается во владения своей сестры Эрешкигаль — царицы мира мёртвых. Проходит семь ворот, у каждых лишаясь части убранства. После суда семи судей Эрешкигаль обращает на неё смертоносный взгляд. Инанна становится мёртвым телом, которое подвешивают на крюк.

И дальше звучит та самая формула:

«После того как прошли три дня и три ночи, её служительница Ниншубур приступила к исполнению поручений своей госпожи».

Это наш рабочий перевод с английского перевода Электронного корпуса шумерской литературы Оксфордского университета — ETCSL. Учёные составляют текст произведения, сопоставляя сохранившиеся клинописные рукописи.

Ниншубур ищет помощь. Энлиль отказывает. Нанна отказывает. Энки откликается: создаёт двух посланников и снабжает их растением жизни и водой жизни. После их действий Инанна встаёт.

Три дня и три ночи здесь проходят до начала поисков помощи. Оживление происходит позднее, а для выхода из нижнего мира требуется заместитель.

И всё же знакомые слова уже прозвучали.

В одном рассказе после них начинают спасать оставшуюся среди мёртвых богиню. В другом человек молится внутри огромной рыбы. В Евангелии они становятся знаком предстоящего воскресения.

У этих историй разные обстоятельства и исходы. Но повторяющийся срок заставляет задержаться у одной границы: находящийся внутри становится недоступен обычному человеческому взгляду.

Снаружи его больше не видно.

А рассказ продолжается.

На нашей картине стоят три вместилища.

Живое — кит.
Деревянное — ковчег.
Каменное — гробница.

В каждом — свет изнутри.

Иона молится из глубины, которую называет «чревом преисподней». Он ещё жив, но обычного выхода отсюда нет. Рыба, поглотившая его, сохраняет его среди вод. Затем Бог повелевает ей — и Иона оказывается на суше.

У ковчега своя история и свои сроки.

«И затворил Господь за ним» (Быт. 7:16).

Снаружи — Потоп. Внутри — люди и животные, которым предстоит продолжить жизнь. Дверь закрыта ради будущего выхода.

Первое послание Петра особо называет число спасённых — восемь душ — и связывает спасение через воду с крещением и воскресением Иисуса Христа (1 Пет. 3:20–21).

А к каменной гробнице приходят женщины. Камень отвален. Тела Христа нет. Перед ними предстают «два мужа в одеждах блистающих» (Лк. 24:4), возвещающие воскресение.

Так у света на картине появляются три значения.

В ките — услышанная молитва.
В ковчеге — сохранённая жизнь.
У гробницы — весть о воскресении.

То, что снаружи кажется окончательным заточением, раскрывается через дальнейший исход.

Именно поэтому нам стали интересны числа этих рассказов.

Семь ворот Инанны. Три дня и три ночи. Три обращения Ниншубур за помощью — после двух отказов приходит ответ. Восемь человек в ковчеге.

Числа участвуют в самом действии: через ворота проходят, срок выдерживают, помощь ищут, спасённых называют по счёту. Мы нырнули в месопотамские мифы, гимны и молитвы, чтобы внимательнее рассмотреть этот язык и сопоставить его с библейским.

Над Инанной на рисунке сияет восьмилучевая звезда. Это известный символ Инанны — богини, которой в аккадской традиции соответствует Иштар. Поэтому на картине она подписана как звезда Иштар.

Рядом — ковчег с восемью спасёнными. Две восьмёрки продолжают нашу числовую нить.

В «Книге цифр» мы исследуем и последовательность 8 — 12 — 18. Таковы места букв хет, ламед и цади в еврейском алфавите; ими записывается корень «халац», связанный с избавлением. Отношение соседних чисел одинаково:

12/8 = 18/12 = 1,5.

А слово «хай» — «живой» — при сложении традиционных числовых значений букв даёт 18: 8 + 10.

Здесь считаются разные вещи — места букв и их числовые значения. Но слова, к которым ведёт наш поиск, возвращают к картине: избавление и жизнь.

Перед всем этим стоит человек.

Он мал перед огромной рыбой, ковчегом и каменной гробницей. Вокруг него тоже теплится свечение. Светящийся кокон напоминает образ из книг Карлоса Кастанеды, а в нашей картине получает свой смысл: надежда, которую человек несёт внутри.

Ведь человеку тоже случается оказаться за закрытой дверью.

Беда длится. Ответа нет. Всё, что раньше поддерживало, кажется далёким. Постепенно он перестаёт ждать перемены — и тьма снаружи поселяется в нём самом.

Поэтому древние истории могут быть обращены и к наблюдателю.

Иона ещё в глубине — но его молитва звучит.
Ковчег ещё закрыт — но жизнь внутри продолжается.
У гробницы ещё лежит камень — но читатель знает, что этим рассказ не закончится.

А человек своей следующей страницы пока не знает.

Ему приходится жить до ответа. Просыпаться утром, заботиться о ком-то, просить помощи, принимать её. Иногда надежда сохраняется именно в этих небольших действиях, когда уверенности уже нет.

Возможно, так и следует смотреть на тихое свечение вокруг наблюдателя. Он ещё ждёт. Ещё способен откликнуться на жизнь.

У Иезекииля Бог обещает:

«И возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное» (Иез. 36:26).

После долгой боли сердце тоже может словно окаменеть. И тогда надежда на внутреннюю перемену становится не менее важной, чем ожидание внешнего избавления.

Здесь для нас отзывается и тревожный вопрос эпиграфа: если померкло даже то, что освещало человека изнутри, насколько темно ему становится?

Картина не требует от него немедленно засиять. Маленькая фигура перед тремя огромными вместилищами напоминает, как трудно бывает ждать, когда выхода ещё не видно.

Но вокруг неё сохраняется свет.

Человек смотрит на истории, в которых за глубиной оказался берег, за закрытой дверью — земля, а за погребением — воскресение.

И, может быть, впервые за долгое время допускает:

его история тоже ещё продолжается.

Источники: Библия, Синодальный перевод; «Нисхождение Инанны в нижний мир», Электронный корпус шумерской литературы Оксфордского университета, произведение 1.4.1; справочник ORACC об Инанне — Иштар. Цитата из шумерского произведения — наш рабочий перевод с английского перевода ETCSL. Образ светящегося кокона — по книгам Карлоса Кастанеды.

P.S. ZIPLOCK - Roddy Lima
https://www.youtube.com/watch?v=WU7OG6cdsGk