Та, что не смогла уйти. Глава 3 ч. 2

Господин Лю поднял на меня удивлённый взгляд, оторвавшись от своих пробирок и каких-то порошков.

—Что случилось? Ты обычно не удостаиваешь меня своим визитом добровольно. Только в бессознательном состоянии и принудительно, — привычно съязвил он.

—Господин Лю, мне нужна ваша помощь.

Он вопросительно поднял правую бровь. Я, набравшись храбрости, продолжила:

— Мне нужно попасть в лекарский центр мортоэртов. Я должна поговорить с лордом Нам Гилем.

— Ну это не проблема. Я даже не буду спрашивать, о чём ты собираешься с ним поговорить - это очевидно. Но почему ты думаешь, что он захочет тебе помогать, ведь твой дар ещё спит?

— Я думаю, что нам с ним есть ещё о чём поговорить. Во всяком случае, попытка - не пытка, - я постаралась придать своему голосу уверенности.

— Ох, Эллис, как была нахалка, такой и осталась!, - ехидно проговорил господин Лю.

Я поперхнулась воздухом. «Что?! Как он меня узнал? Что же теперь делать?!», - заметались лихорадочные мысли.

— А ты как думала? Я заподозрил, что это ты, ещё в момент нашей первой встречи, но до сегодняшней ночи не был окончательно уверен. Теперь не осталось никаких сомнений. Вот только как ты сумела это провернуть? Насколько я знаю, подобных случаев ещё не было. Сохранить душу и память... Ладно бы ты тогда ушла на воплощение, ещё можно допустить. История с Чан Уком тому подтверждение. Но ты же погибла!, - последнее слово он произнёс по слогам.

Я не знала, что ему ответить и просто пожала плечами.

— Кстати, ты уже вспомнила всё, или остались «белые пятна»? Хотя, судя по тому, что ты никак не отреагировала на имя Чан Ука, вспомнила пока не всё. Ну ничего, раз процесс пошёл, остановить мы его уже не сможем. Надо просто подождать.

— Да, господин Лю. Я надеюсь, что вспомню всё. Для меня пока загадка - почему и как я погибла. Кстати, а кто такой Чан Ук? Судя по имени, он мортоэрт, - полюбопытствовала я.

— Вот вспомнишь и узнаешь. А сейчас - удачи тебе, нахалка!, - подмигнул мне господин Лю и открыл портал прямо в лекарский центр мортоэртов. Я накинула на лицо иллюзию и вступила в светящийся проём портала.

***

Святая святых мортоэртов разительно отличалась от привычных академических лазаретов. Здесь всё было заточено под суровую практику: хирургические инструменты, стерильные операционные и блоки для восстановления после тяжёлых травм. В нашем мире, где любое оружие, кроме холодного, под строжайшим запретом, лекарям приходилось иметь дело либо с колотыми и резаными ранами от стали, либо с куда более коварными последствиями магических атак — ожогами от заклятий, магическим истощением и скверной, оставленной артефактами. Но случались и огнестрельные ранения, полученные мортоэртами во время выполнения некоторых миссий в других мирах, где встречалось такое оружие.

Выйдя из портала, я очутилась в просторном холле, где холодный серый мрамор стен давил своей монументальностью. Вдоль них тянулись ряды мягких кресел и диванов. Здесь ждали своей очереди те, кому не требовалась экстренная помощь, и те, кто, затаив дыхание, надеялся на благополучный исход операций своих друзей и близких.
Я миновала этот зал и свернула в узкий коридор, ведущий к кабинету лорда Нам Гиля. Шагала быстро, почти бежала, боясь, что стоит мне хоть на секунду замедлиться — и решимость испарится, как утренний туман. Остановившись перед массивной дверью, я подняла руку, чтобы постучать, и вдруг замерла. Пальцы предательски дрожали, а сердце колотилось где-то в горле. Страх, липкий и холодный, сковал движения. Сделав глубокий вдох и собрав остатки воли в кулак, я всё же решилась и коротко постучала по дереву.

Ответа не последовало. Секунды тянулись мучительно долго, превращаясь в вечность, наполненную лишь гулким стуком моего собственного сердца. Я уже хотела развернуться и вернуться в холл, решив, что лорда нет на месте, но в этот момент из-за двери донёсся сухой, властный голос: «Войдите».

Толкнув тяжёлую створку, я шагнула внутрь. Кабинет встретил меня запахом антисептиков, сухих трав и едва уловимым металлическим привкусом озона — неизменным спутником магии исцеления. Лорд Нам Гиль сидел за массивным столом из тёмного дерева, заваленным папками и книгами. Он даже не поднял головы, продолжая делать пометки в своём планшете. Его безупречно прямой стан и холодная отстранённость, с которой он относился к миру, внушали трепет и благоговение тем, кто не был с ним хорошо знаком. На «своей территории» Главный лекарь был без традиционного для всех мортоэртов чёрного плаща и его лицо не было скрыто иллюзией тьмы.

— Вы опоздали на три минуты, — произнёс он, не прерывая письма. Вероятно, он принял меня за какого-то нерадивого сотрудника. Его голос, низкий и ровный, должен был пригвоздить на месте, того, кто посмел накосячить в работе, которую лорд считал важнейшим делом любого, кто решил заниматься спасением жизней. — Надеюсь, причина вашего визита стоит того, чтобы отрывать меня от работы.

Я замерла посреди кабинета, чувствуя, как прохладный воздух помещения пробирается под кожаный жилет и тонкую рубашку. Мои пальцы, всё еще подрагивая, сжались в кулаки, которые я спрятала за спиной.

— Приветствую вас, лорд!, - я постаралась придать побольше уверенности своему голосу.

— Ээээл? — он обернулся, и в его голосе отчётливо слышалось изумление. — Вот уж кого-кого, а тебя я сегодня увидеть не рассчитывал. Что заставило тебя нанести мне визит? Впрочем, не стой на пороге, присаживайся.

Он жестом указал на мягкое кресло у журнального столика, а сам, оставив свой массивный рабочий стол, неспешно опустился в кресло напротив. Тон его стал мягче, почти доверительным.

— Прошу прощения за столь внезапное вторжение, лорд Нам Гиль, — произнесла я, стараясь скрыть волнение.

— Брось, я искренне рад, — отозвался он.

Лорд внезапно замолчал, и в кабинете повисла тишина. Он подался вперёд, внимательно изучая моё лицо, словно пытаясь прочесть в нем историю последних лет. Секунда, другая — и его строгое лицо вдруг преобразилось. В узких, чуть раскосых, глазах вспыхнули те самые озорные искорки, которые я помнила, кажется, целую вечность.

— Только вот скажи мне, — с лёгкой усмешкой добавил он, — мне по-прежнему величать тебя «госпожой Элен» или я наконец-то могу обнять свою старую подружку Эллис?

Сердце пропустило удар, а затем забилось в привычном, почти забытом ритме, который я когда-то считала навсегда утраченным. В этом кабинете, пропитанном запахом озона и трав,  едва уловимым ароматом чая, время словно решило сделать петлю, возвращая нас в те дни, когда титулы и условности были лишь досадной помехой для настоящей дружбы.

Я почувствовала, как напряжение, сковывавшее плечи с самого утра, начало медленно отступать. Его взгляд — проницательный, тёплый, лишенный всякой фальши — действовал лучше любого успокоительного. Я позволила себе расслабиться, откинувшись на спинку кресла, и на моих губах сама собой появилась слабая, но искренняя улыбка.

— Эллис, — тихо произнесла я, и это имя, слетевшее с моих губ, прозвучало как пароль, открывающий дверь в прошлое. — Для тебя — всегда Эллис, Нам Гиль. Даже если весь мир вокруг решит, что я обязана носить маску госпожи Элен до конца своих дней. Только не спрашивай как я оказалась в этом теле. Для меня самой это загадка.

Лорд довольно хмыкнул, и в его глазах отразилось неподдельное облегчение. Он подался вперёд, опираясь локтями на колени, и в этой позе, лишённой всякой чопорности, он снова стал тем самым Нам Гилем, с которым мы когда-то делили не только секреты, лекарские хитрости, но и опасности, от которых у любого другого лорда волосы встали бы дыбом.

Тишина, воцарившаяся между нами, больше не была тяжёлой или выжидательной. Она стала уютной, почти осязаемой, наполненной невысказанными вопросами, которые не требовали спешки. Я видела, как он подбирает слова, как его пальцы, привыкшие к тончайшим лекарским манипуляциям, сейчас слегка подрагивают от нетерпения. Он знал, что мой приход не был случайностью, и теперь, когда формальности были отброшены, пришло время для самого главного — для разговора, который мог изменить всё.

— Эл, ты всё вспомнила? — тишину нарушил его спокойный, чуть хрипловатый голос.
Я отрицательно покачала головой, пресекая его попытку заговорить о прошлом.

— Нет, Нам Гиль. И не вздумай мне ничего рассказывать. Я должна пройти через это сама, прочувствовать каждую деталь, иначе это будут не мои воспоминания, а просто чужая история. Понимаешь?

Он понимающе кивнул, хотя в его глазах читалась привычная проницательность. Иногда мне казалось, что в этом мортоэрте скрыто куда больше, чем положено по статусу — словно в его жилах текла капля божественной крови, наделяющая его пугающей интуицией.

— Твой дар всё ещё спит, — констатировал он, плавно меняя тему.

— Откуда такая уверенность? — я удивлённо вскинула брови.

Нам Гиль лишь усмехнулся и выразительно скользнул взглядом по вырезу моей рубашки. Я вспыхнула, осознав свою оплошность. Как я могла забыть? При пробуждении силы Чёрной Луны на коже, прямо над сердцем, проступает метка — чёрный клинок, объятый пламенем.

— Не кори себя, — он мягко рассмеялся, перегнувшись через стол, чтобы накрыть мою ладонь своей. — Всё придёт в своё время. Кстати, я понял, что это ты, еще когда Лю притащил тебя ко мне. И дело было вовсе не в облике. Вы, Богинюшки, так часто меняете внешность, что с ума сойти можно. Но аромат твоей энергии... Тогда он был еле уловимым. Твой запах чайной розы ни с чем не спутать. Сейчас он стал гораздо сильнее, Эл. Активация близко.

— Ты умеешь подбодрить, — я едва не бросилась ему на шею. — А ускорить это нельзя? Мне нужно, ты же знаешь...

— Терпение, — он мягко осадил мой порыв. — Я знаю, о чем ты хочешь спросить.

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, и, едва сдерживая дрожь в голосе, выдохнула:

— Джин Ён... Он жив?

Нам Гиль пересел на подлокотник моего кресла и притянул меня к себе, заглядывая прямо в глаза.

— Жив, конечно. И всё так же одинок. Он едва не сломался после твоей гибели, Эл. Мин Хо тогда с ног сбился, что бы тот ничего не сделал с собой и вытаскивая его из передряг, а я только и успевал латать его раны. Пару раз он был на грани, я уже готовился к худшему, но каждый раз, приходя в себя, он первым делом шептал твоё имя. Однажды, забывшись, он едва не сиганул во временной портал. Спасибо Мин Хо, в последний миг буквально за шкирку его оттуда выдернул.

Слёзы хлынули сами собой. Мин Хо всегда был нашим хранителем, не смотря на то, что, по идее, должен был быть первым, кто заинтересован в гибели Джин Ёна. Я уткнулась лицом в свитер Нам Гиля, вдыхая такой родной и тёплый  запах лаванды и горьких трав - аромат энергии лекаря.

— Тише, малышка, — он по-отечески погладил меня по волосам. — Давай лучше чаю выпьем. У меня как раз припасён твой любимый мармелад.

Я шмыгнула носом, пытаясь взять себя в руки.

— Рассказывай, — попросила я, когда он начал разливать ароматный настой по чашкам.

— Джин Ён сейчас на Джедане. Местный божок взмолился о помощи из-за творящейся там чертовщины, вот Глава и отправил его туда — проветриться и делом заняться, — Нам Гиль говорил буднично, словно обсуждал погоду. — Скоро вернётся. А Мин Хо теперь важная персона, советник Верховного Главы по делам Совета Богов. Постоянно в разъездах, но за Джин Ёном присматривает, не спускает с него глаз. Кстати, он хотел забрать его в наш мир и сделать своим заместителем. Ты же понимаешь - подальше от воспоминаний, но Джин Ён на отрез отказался. Не может он оставить ваш дом. Он до сих пор живёт там, как будто уверен, что ты, в конце концов, вернёшься.

Я наконец смогла глубоко вздохнуть. Тяжесть, давившая на грудь, немного отступила. Мы продолжали пить чай, обмениваясь короткими, почти невесомыми фразами, которые не требовали ответов, но создавали ту редкую атмосферу доверия, доступную лишь тем, кто слишком давно знаком. В кабинете Нам Гиля время словно замирало, теряя свою привычную остроту, и я, впервые за долгое время, почувствовала, как пульсирующая в висках тревога сменяется тихим, почти убаюкивающим спокойствием.

— Знаешь, — нарушил молчание Нам Гиль, задумчиво глядя перед собой, — когда Боги узнают, что это ты, тебе придётся быть осторожнее. Твоя гибель не была запланирована, но принесла немало проблем некоторым членам Совета. И если они узнают, что Чёрная Луна снова начала подавать признаки жизни, они не станут ждать новых неприятностей. Им гораздо удобнее, что бы ты оставалась прежней госпожой Элен Купер, Богиней Высшего Порядка и потенциальной супругой или невесткой одного из них. А если будешь настаивать на том, что ты -  погибшая Эллис СентГлорис, то не удивлюсь, если они инициируют твоё заточение в приюте лекарей душ.

Я вздрогнула, чувствуя, как холод пробежал по спине. Его слова отрезвляли лучше ледяной воды. Я пришла сюда за ответами о прошлом, но Нам Гиль, как всегда, смотрел в будущее, которое пугало меня гораздо больше, чем забытые страницы моей собственной истории.

— Я не боюсь, — ответила я, хотя голос предательски дрогнул. — Если я смогла пережить гибель однажды, значит, во мне есть нечто, что не подвластно их интригам.

— В тебе есть нечто, что может сделать тебя мишенью, — поправил он, и в его глазах на мгновение промелькнула тень искреннего беспокойства. — Но у тебя есть мы. Мин Хо слишком любит тебя и слишком предан Джин Ёну, чтобы позволить кому-то навредить тому, кто был для его друга, да и для него самого, целым миром. Особенно, если это ты.

Я посмотрела на свои руки, лежащие на столе. Тонкие, бледные, они казались чужими, но где-то глубоко внутри, в самой сердцевине моего существа, я чувствовала нарастающий гул — тихий, едва уловимый шёпот силы, которая ждала своего часа. Чайная роза, аромат которой, по словам Нам Гиля, стал сильнее, теперь казался мне предвестником бури.

— Спасибо, Нам Гиль, — тихо сказала я, поднимаясь из кресла. — За чай, за правду и за то, что не даёшь мне окончательно потеряться в этом тумане. Прошу тебя, пока не говори ничего обо мне Ему и Мин Хо. Я должна видеть Его глаза при встрече, а пока я этого не могу. Да и часто бывать здесь, где вы... мы не нуждаемся в иллюзиях, я не могу. Ты же понимаешь, портал кроме господина Лю мне никто не сможет открыть, а он, хоть и в курсе теперь - кто я такая,  но не могу же бесконечно эксплуатировать его доброту. Да и часто открывающийся портал привлечёт ненужное внимание. 

— Не за что, Эл. Хорошо, пока не скажу. И даже не намекну, — он тоже встал, его движения были плавными и уверенными. — Иди. Тебе нужно отдохнуть. А когда метка на груди начнёт проявляться и жечь, как раскалённое железо — не пугайся. Это значит, что память возвращается не только в твой разум, но и в твою кровь. И тогда... тогда ты сама поймёшь, что делать дальше.

Я кивнула, чувствуя, как решимость постепенно вытесняет страх. Выходя из его кабинета в прохладный коридор, я знала одно: возврата к прежней жизни, где я была лишь тенью самой себя, больше нет. Путь к истине был открыт, и, несмотря на всю опасность, я была готова пройти его до конца — в первую очередь, ради Джин Ёна, ну и ради себя и ради той силы, что уже начинала просыпаться в моём сердце.

Только сейчас до меня дошло, что Алекс, наверное, уже начал волноваться из-за моего отсутствия. «Надеюсь, господин Лю не проговорился о том, зачем я отправилась к Нам Гилю. Хотя, он слишком рассудителен, чтобы делиться информацией с этим мальчишкой. С другой стороны, скрывать правду от Алекса теперь бессмысленно... Как только Чёрная Луна активируется, тайна раскроется сама собой. И вряд ли он сможет простить мне, что я молчала», — мысли вихрем пронеслись в моей голове.

Вернувшись в кабинет, я попросила Нам Гиля открыть портал к крыльцу лекарского центра Академии и направилась туда, готовая встретиться с обеспокоенным другом.