Сказки о Небытнанге. Сказка двенадцатая

Сказка двенадцатая

Первый раз Светочка проснулась от пронзительного крика соседского петуха. Тот проорал своё «Кукуреку», как будто прямо в Светочкино ухо. Девочка вытащила руку из-под одеяла, проворчала: «Ууууу, паразит!» — и показала кулак куда-то в предполагаемом направлении пернатого будильника. И снова заснула.

Второй раз она проснулась, когда солнце было уже высоко, а в доме было очень тихо. Светочка натянула любимое жёлтое платье и кое-как стянула русые кудряшки в лохматый хвост, спустилась на первый этаж, немножко позвала дедушку и, поняв, что в доме действительно никого нет, отправилась на кухню. На столе её ждала кружка молока и тарелка, полная пирожков с яблоками. Быстренько позавтракав, Светочка вышла во двор и немного посидела на крылечке, но скоро заскучала и пошла искать деда или приключения, что первым попадётся на пути.

Чуть-чуть попинала камешки на дорожке, ведущей к калитке, поговорила с котом, сидевшим на соседнем заборе, и завернула за дом.

А там обнаружилась какая-то цветочная выставка. Такого количества разных цветов Светочка не видела нигде, даже когда ходила с мамой в ботанический сад. Цветы были в клумбах и в горшках, висели на стене дома и обвивали забор, стояли в ряд по обе стороны дорожек, разбегавшихся в разные стороны. И Светочка, потеряв голову от этой красоты, бегала от одного цветка к другому, пока не обнаружила странную штуку, гордо торчавшую из земли. Выглядела эта штука… Да неописуемо она выглядела, потому что ничего подобного Светочка никогда не видела. Девочка подобралась к ней поближе, потрогала одним пальцем, потом потрясла штуку руками, а потом и пнула ногой. И вот тогда-то штука обиделась и повалилась на бок, и неиссякаемым фонтаном из неё и вокруг неё стала бить вода.

Облитая с ног до головы, Светка пыталась поднять штуку на ноги и вставить обратно в землю, но та упиралась, выскальзывала из рук, шипела, вертелась и подпрыгивала, поливая всё вокруг водой. Вода потекла по ровным дорожкам, и Светочка испугалась, что она сейчас зальёт дом до крыши, а потом выплеснется через забор и, смывая всё на своём пути, помчится к реке, а потом к морю, а потом к океану. И громко завизжала от ужаса, представляя, что по этому поводу ей выскажет дед.

А дед тут как тут: примчался откуда-то на её визг. Сначала он тоже бросился бороться со штукой, но, поняв, что это бесполезно, побежал куда-то к дому и стал крутить там какой-то вентиль. Вода перестала литься, и Светочка вздохнула облегчённо, а потом увидела, с каким свирепым выражением лица к ней идёт абсолютно мокрый дед, и побежала куда глаза глядят. Далеко убежать ей не удалось, потому что по дороге она врезалась в бабушку Грушу и, увидев её встревоженное лицо, принялась плакать и заламывать руки.

— Бабушка Груша, прости меня, пожалуйста! — выла Светка. — Я не нарочно. Мне так стыдно!

И Светка бросилась к бабушке и обняла её за талию, спрятав красное лицо ей в живот.

Бабушка, оторопев, молча поглаживала её по голове, а вот дед молчать не собирался.

— Мам, а ну-ка, отпусти эту катастрофу, я ей сейчас устрою, — сказал он строго.

Бабушка Груша оторвала Светку от своего живота и спрятала её за себя.

— Не надо, Петенька, ничего ей устраивать, она же правда не нарочно.

— Это ты просто ещё плохо её знаешь, мама, — сказал дед, но видно было, что он уже успокоился и ничего устраивать Светке уже не будет.

— Сходите лучше на речку, — примирительно сказала бабушка Груша и вытащила Светку из-за спины.

— Да мы и так уже все накупались, — ответил дед и расхохотался.

Но на речку они всё же пошли.

Позже, когда они сидели с дедом на покрывале и грелись, а Светка дрожала и икала от холода и нечаянно выпитой в речке воды в процессе ныряния, дед сказал:

— Ну что ты за человек такой?

— Ну вот такой я человек, — тяжело вздохнула Светочка.

— Это мы уже заметили, — сказал дед и потрепал её по мокрой макушке. — Причём давно.

Бабушка Груша, которая всё это время собирала вещи, оказавшиеся разбросанными по покрывалу, посмотрела на них обоих и покачала головой.

— Петенька, я бы на твоём месте не слишком укоряла вот такого вот человека, потому что сам-то ты был человеком таким же. Ты бы лучше полотенце ей подал. Видишь, ребёнок совсем замёрз.

— Мам, она не замёрзла, она просто сейчас начнёт икать так, что рыба из реки разбежится.

— Ну и что? Рыбе тоже полезно иногда размяться, — совершенно серьёзно ответила бабушка.

Светочка прыснула, но тут же снова заикала и поспешно завернулась в полотенце.

— Бабушка Груша, а каким таким человеком был дед, когда был маленький? Если он, конечно, когда-то был маленький, а не вырос сразу вот таким?

— А я попозже тебе расскажу, — хохотнула бабушка, и дед посмотрел на неё с укором.

— А я расскажу, расскажу, — подтвердила бабушка Груша и погрозила сыну пальцем.

Потом они отправились домой. Бабушка Груша шла впереди, дед нёс покрывало и корзинку, а Светочка прыгала по дорожке, стараясь попасть ногами в каждую попадавшуюся ей тень. По дороге она успела рассказать бабушке о том, как именно сломала штуку с водой, почему сначала решила, что это какое-то растение, а потом заподозрила в ней водяного зверя. Дед несколько раз пытался вставить свои замечания, но бабушка слушала Светочку с таким вниманием, словно та рассказывала о чрезвычайно важных государственных событиях.

— А ты знаешь, бабушка Груша, я вообще-то хотела цветы посмотреть, — закончила Светочка.

— Это хорошее занятие, крошечка. Цветы смотреть всегда полезно.

— А штука сама на меня напала.

— Конечно, сама, — согласилась бабушка. — Они у нас тут все такие. Только отвернёшься, уже что-нибудь натворят.

Дед посмотрел на мать, потом на Светочку, но ничего не сказал.

Дома бабушка отправила обоих переодеваться, а сама принялась хлопотать на кухне. Через некоторое время там уже пахло чем-то таким вкусным, что Светочка, успевшая надеть сухое платье и расчесать мокрые кудряшки, несколько раз заглядывала в дверь, чтобы выяснить, когда же наконец можно будет садиться за стол.

— Скоро, скоро, — говорила бабушка. — Терпение, деточка, это тоже очень полезная вещь.

— А её можно есть?

— Что именно?

— Терпение.

Бабушка засмеялась.

— Нет, но его нужно воспитывать.

— Тогда я, пожалуй, не буду. Я пока ещё сама невоспитанная.

За столом обнаружились картошка, огурцы, помидоры, пирожки и ещё несколько совершенно неизвестных Светочке блюд, названия которых она сразу же забыла, зато вкус запомнила бы, наверное, на всю оставшуюся жизнь. Бабушка то и дело подкладывала ей что-нибудь на тарелку, дед пытался объяснить, что Светочка уже не может столько съесть, но бабушка отвечала, что ребёнок растёт и ему нужно хорошо питаться.

— Петенька, ты в её возрасте мог съесть в два раза больше.

— Мам, я в её возрасте вообще был совершенно другим человеком.

— Вот именно. И посмотри, каким вырос.

Светочка внимательно посмотрела на деда. Ей показалось, что он хотел что-то возразить, но потом передумал и занялся огурцом.

После обеда бабушка показала Светочке свой сад. Теперь они ходили по дорожкам осторожно, стараясь не наступать на цветы и не задевать ничего, что могло оказаться очередной водяной штукой. Бабушка знала названия почти всех растений, а если не знала, то немедленно придумывала подходящее. Светочка решила, что это очень удобно: если не знаешь, как называется цветок, можно просто придумать ему имя и больше не мучиться.

— А вот этот как называется? — спросила она, показывая на маленький голубой цветочек.

— Это незабудка. Она сама здесь выросла, я её не сажала.

— Почему она так называется?

— Потому что не надо помнить. Знаешь, крошечка, этот цветок — символ памяти о покинувших нас людях. А ещё символ верной любви.

Светочка задумалась.

— А если я забуду?

— Тогда цветок тебе обязательно напомнит.

Светочка посмотрела на цветок с большим уважением. Ей показалось, что у незабудок довольно ответственная работа.

— А роза символ чего?

— Роза, Светочка, очень интересный цветок. Она красивая, но при этом у неё есть шипы, о которые можно уколоться. И символов у розы очень много, а также значений каждого цвета. А ещё про розы написано много интересных сказок. Попроси дедушку, он найдёт и почитает тебе сказку про маленького принца и его розу.

Светочка закивала.

— А он мне и так читает сказки, только про розы там нет.

— Интересно, — сказала бабушка. — А про что же там? Наверное, про какой-то волшебный город?

Светка хотела ответить «да», но потом подумала, что надо сначала спросить у деда, рассказывал ли он своей маме про Небытнанге.

Они ещё долго ходили по саду, заглядывали под листья, рассматривали бутоны и обнаружили несколько совершенно замечательных жуков. Один из них был такой блестящий, что Светочка решила, будто он сбежал из какой-нибудь ювелирной мастерской. Бабушка Груша рассказала ей, что некоторые растения цветут только ночью, а некоторые раскрывают свои цветы лишь на несколько часов. Светочка немедленно захотела увидеть и те и другие, поэтому бабушка пообещала показать ей их вечером.

Дед тем временем куда-то исчез. Как выяснилось, он отправился чинить водяную штуку, которую Светочка так старательно пыталась поставить на место. Когда он вернулся, то выглядел вполне довольным собой, хотя на всякий случай держался от неё подальше.

— Ну что, водопроводная фея, — сказал он, — пойдём проверять, не собираешься ли ты сегодня ещё что-нибудь затопить?

— Не собираюсь, — ответила Светочка. И хотелось бы уже закрыть эту неприятную тему.

Дед фыркнул и показал Светочке, как правильно включать водяного зверя, чтобы тот аккуратно распылял брызги воды и поливал растения.

Вечером бабушка действительно показала ей ночные цветы. Некоторые из них были совсем крошечными, другие раскрывались большими белыми звёздочками, а один цветок пах так сильно, что Светочка решила, будто где-то неподалёку спрятали целую коробку духов. Бабушка объяснила, что ночью эти цветы привлекают к себе особенных насекомых, которые прилетают к ним за нектаром.

— А они не боятся темноты? — спросила Светочка.

— Нет, деточка. Они же в ней живут.

Это показалось Светочке совершенно убедительным.

Потом бабушка усадила её на скамейку, принесла тёплый плед и рассказала несколько историй. Светочка узнала, что дед всё-таки был маленьким, хотя в это было довольно трудно поверить, и что он однажды специально потерялся на ярмарке, чтобы проверить, найдут ли его родители, а ещё что у него в детстве была привычка прятать под подушку всякие странные вещи.

— Например, что? — заинтересовалась Светочка.

— Однажды я нашла у него там картошку.

— Зачем? — спросила Светочка, немедленно представив себе деда с картошкой под подушкой.

— Он собирался её посадить.

— Прямо в кровати?

— Именно.

Светочка захохотала. Дед, который как раз проходил мимо, остановился и строго посмотрел на бабушку.

— Мам, ну зачем ты ей всё рассказываешь?

— А что такого, Петенька? Это же правда.

— Некоторые вещи лучше забыть.

— Вот видишь, Светочка, — сказала бабушка, — незабудки нам сегодня очень пригодились.

Когда совсем стемнело, они вернулись в дом. Светочке устроили ванну, накормили ещё одним пирожком, хотя она уверяла, что больше не может, и отправили спать. Бабушка Груша поправила одеяло, поцеловала её в лоб и пожелала спокойной ночи.

— Бабушка, а ты завтра тоже будешь показывать мне цветы?

— Конечно, деточка.

— А дед тоже будет?

— Если не потеряется где-нибудь ещё.

Из соседней комнаты донёсся возмущённый дедов голос:

— Мам!

Бабушка улыбнулась, погасила свет и тихонько прикрыла дверь.

Светочка ещё некоторое время лежала с открытыми глазами. За окном шелестели листья, где-то стрекотали ночные насекомые, а в доме было так тихо и уютно, что даже соседский петух, кажется, решил на сегодня больше никого не беспокоить.

Девочка вспоминала цветы, блестящего жука, бабушкины истории и водяную штуку, которая оказалась гораздо сильнее, чем можно было предположить по её внешнему виду. Потом она подумала, что завтра обязательно попросит бабушку показать ей ещё какие-нибудь растения. А ещё хорошо бы узнать, откуда берутся все эти удивительные вещи, которые никто специально не придумывает, но которые почему-то существуют.

Например, цветы, раскрывающиеся только ночью. Или реки, которые текут неизвестно куда. Или моря, в которых, наверное, водятся такие рыбы, каких Светочка даже представить себе не может.

Она стала представлять себе такое море. Сначала оно было обыкновенным, потом сделалось полосатым, затем почему-то стало совсем синим, а на горизонте показался огромный фиолетовый хвост какого-то неизвестного животного.

Светочка улыбнулась.

Ей нравилось придумывать места, в которых она никогда не бывала. Иногда они получались такими настоящими, что казалось, будто стоит только немного подождать, и можно будет туда попасть.

И Светочка ещё не знала, что некоторые места действительно существуют. Просто не всякий человек умеет их находить. А иногда для этого даже не нужно никуда идти.

Достаточно однажды задуматься о чём-нибудь настолько сильно, чтобы привычный мир на минутку перестал быть привычным.

А за этой минуткой уже начинался совсем другой мир.

Глава 12, в которой происходят разные договоры и рассказываются забытые истории

Благомиры Вел и Лев притащили всё ещё брыкающихся Мэг и Паскаля обратно в тронный зал. Все Благомиры уже разошлись, и в зале оставались только принцесса и высокий старик по имени Птилидиум.

— Так, так, это ты, внучок Герты, — заулыбалась Лилулали. — Я знала, что ты вернёшься, и, поверь мне, мой дорогой, больше ты не сбежишь.

Она подошла к Паскалю ближе и, как заботливая бабушка, стала поправлять его растрепавшиеся волосы.

— А это кто? — спросила она у Паскаля, будто только что заметив Мэг.

Мэг присела в реверансе.

— Добрый день, ваше высочество. Меня зовут Мэг, и я подруга этого мальчика, — Мэг указала на Паскаля, — и единственная фрейлина принцессы Небытнанге Олелы.

Лилулали осмотрела Мэг со всех сторон и, придя к какому-то выводу, удовлетворённо кивнула.

— А ещё очень сильный ментальный маг и телепат, — сказала она. — О чём, конечно, ты, моя дорогая, хотела бы умолчать.

Паскаль удивлённо уставился на Мэг и подумал, что он, во-первых, никогда не задумывался о том, какой волшебной силой обладает Мэг, а во-вторых, никогда не пытался ни в чём с ней не согласиться.

Он укоризненно посмотрел на подругу, а та смущённо отвела глаза.

— Что я вижу? — захохотала принцесса. — Оказывается, у друзей есть секреты?

— Прости меня, Паскаль, я просто не могла тебе рассказать, но я клянусь, что никогда не использовала свои силы во вред тебе или кому-то другому. Просто, узнав о моих способностях, люди не хотят со мной общаться, думая, что я могу прочитать все их мысли. А это не так уж просто, поверь мне. И к тому же это бывает совсем неудобно.

— Почему? — буркнул Паскаль, всё ещё обиженный на подругу.

— Ну смотри, — вздохнула Мэг, — сейчас я попробую прочитать мысли принцессы.

И она выпрямилась, закрыла глаза, и через несколько секунд над её головой закружились разноцветные бабочки.

— Ох, наконец-то мне по-настоящему весело, — удивлённо произнесла Мэг, а потом охнула и схватилась за голову. Бабочки тут же пропали.

— А нечего копаться в моей голове, — резко сказала принцесса.

— Теперь я понял, — сказал Паскаль и взял Мэг за руку. — Ты действительно никогда не читала моих мыслей, я бы точно заметил.

— Ну что же, раз вы разобрались и помирились, — проговорила принцесса, — то пришло время мне рассказать вам о вашем будущем.

— К сожалению, Мэг я не могу оставить себе, ведь вам всегда пришлось бы ходить привязанными друг к другу, а это помешает моим планам, но ты, мой дорогой, останешься здесь и станешь новым королём Благомиров. Я устала от ответственности за всех них и хочу пожить для себя, погулять по мирам, потворить чудеса.

— Но я не могу! — закричал Паскаль. — Я всего лишь маленький мальчик, я не справлюсь, и у меня есть семья, мой город и моя принцесса!

— Ничего страшного, я всему тебя научу, — прервала его Лилулали. — Думаю, что недели будет достаточно. А теперь давай, мы проводим твою подругу, прощайся, больше вы не увидитесь.

Паскаль был очень храбрым и любопытным мальчиком, но перспектива никогда больше не увидеть всех своих родных и друзей так сильно испугала его, что он просто разревелся.

— Ну что ты, как маленький, — опешила Лилулали. — Я предлагаю тебе стать королём, разве не все об этом мечтают?

— Я-я-я не-е-е хо-чу быть королё-о-ом! — выл Паскаль. — Я хочу домой, к маме, к моей мамочке и папочке, к Элме и Эмле, отпустите меня, тётенька принцесса!

На последней фразе Паскаль вцепился в юбку принцессы и стал тянуть её из стороны в сторону.

Возможно, это и подействует, — подумала Мэг, — ведь с мамой и папой Паскаля действовало безотказно.

Принцесса растерянно смотрела на Паскаля, как будто на какое-то неведомое существо. Потом развернулась, махнула рукой Велу и Льву и направилась к выходу из зала.

А те снова схватили Паскаля и Мэг, протащили по коридорам и втолкнули в пустую комнату.

— Кажется, я перестарался, — сказал Паскаль, присаживаясь на пол.

Мэг кивнула и тоже присела рядом.

Они прислонились к стене, взялись за руки и через пять минут, утопленные переживаниями, крепко заснули.

Первой проснулась Мэг, почувствовав устремлённый на неё очень укоризненный взгляд.

Она открыла глаза и увидела перед собой красивую девушку с длинными распущенными волосами красно-рыжего цвета. У неё были тёмно-фиолетовые глаза и маленький курносый нос, усыпанный крупными веснушками. Одета незнакомка была в фиолетовое платье с вышивкой и длинный дорожный плащ.

Маленькой ножкой в высоком сапоге она нервно притоптывала от нетерпения и смотрела на Мэг так, будто та совершила что-то крайне нехорошее.

— Здравствуйте, — сонно сказала Мэг и стала тормошить Паскаля.

Мальчик открыл глаза, потянулся, зевнул и наконец-то заметил гостью.

— Какая вы… — он стал подыскивать в своей голове нужное слово, — пламенеющая! — и восхищённо уставился на незнакомку.

Та подобрела от комплимента, хотя Мэг посчитала его очень сомнительным, и сказала:

— Здравствуйте, меня зовут Тилутали, но вы можете называть меня просто Тали.

— Вас я знаю, — подняла она руку, увидев, что друзья собираются представиться.

— Я младшая ненаследная дочь принцессы Лилулали, и я пришла вас вытащить отсюда, но сначала мне хотелось бы узнать, зачем вы пришли к нам.

— Вставайте, — сказала она строго и повернулась к двери.

Мэг и Паскаль, кряхтя, поднялись, попрыгали, чтобы размять затёкшие ноги, и поплелись за Тали.

— Вот бы сейчас чего-нибудь съесть, — прошептал Паскаль, — или хотя бы выпить.

Рюкзак с провизией и остальными полезными вещами нёс Пётр Тимофеевич.

Паскаль задумался о судьбе друга: как он превратился обратно, не поранился ли он, не встретился ли ему кто-то у них дома. Дальше он подумал о том, что прошло уже довольно много времени и его, наверняка, все потеряли, и мама сходит с ума. А потом он подумал о том, как строго его отчитает папа за это приключение, и следом он подумал о том, что, может быть, не такая плохая идея остаться здесь навсегда и избежать нагоняя от папы и мамы.

А потом они пришли.

Тали привела их в свою комнату. Это была обычная девчачья комната с кроватью, усыпанной разноцветными подушками, с мягким ковром на полу и красивыми картинами на стенах. Приглядевшись, Паскаль понял, что на всех этих картинах с абсолютной точностью изображена сама Тали в разных местах. То у какой-то огромной горы, то на берегу бушующего синего моря, то в каком-то странном городе с высоченными домами, похожими на пчелиные соты, если бы соты были квадратными.

Тали показала рукой на диван, и Паскаль с Мэг присели.

— Сейчас будет чай и бутерброды, — сказала Тали, и Паскаль захлопал в ладоши.

Когда они утолили голод, Тали спросила ещё раз:

— Зачем вы сюда пришли? Особенно ты, — она строго посмотрела на Паскаля. — Ты в первый раз еле унёс ноги.

— Дело в том, что наши король и королева, а вместе с ними ещё много близких нам людей и левиакорсов, больше года назад ушли в экспедицию по поиску новых земель, — проговорила Мэг и рассказала Тали всю историю с самого начала до сегодняшнего дня.

— Мы подумали, что вы, самые первые жители Небытнанге, знаете, как нам вернуть наших близких или хотя бы признать, что это невозможно, если это действительно невозможно, и перестать надеяться.

— Ох, Мэг, вот это история, мне жаль, но я не знаю, как вам помочь. Мама, возможно, могла, но она вбила себе в голову, что следующим правителем Благомиров должен быть обязательно мужчина. У неё самой родились только дочки, а у дочек тоже дочки, и теперь у меня сорок пять племянниц. Можете ли вы себе это представить? — сказала Тали, мягко поглаживая Мэг по руке в знак сочувствия.

— Но дело не только в этом. Наш волшебник Птилидиум вычитал по звёздам, что в определённый момент к нам придёт мальчик из большого мира, умеющий превращаться в Благомира, и это, конечно, ты, Паскаль. И этот самый мальчик изменит всю нашу жизнь. Она почему-то решила, что ты изменишь её, став нашим королём, хотя и я, и Птилидиум утверждали, что дело просто в твоём влиянии, что твоё появление запустит цепь каких-то событий, которые приведут к каким-то изменениям. Что за события и что за изменения, звёзды не говорят. Птилидиум до сих пор пытается разгадать пророчество, но за последний год звёзды изменили своё положение и теперь вообще ничего не понятно. Ясно только, что мы ни в коем случае не должны мешать твоим действиям, но маму невозможно переубедить, она так упряма.

И Тали сокрушённо вздохнула.

— Тали, а что это за тарабарщину говорили Птилидиум и принцесса, когда мы были в тронном зале? — спросил Паскаль.

Тали засмеялась.

— Никакой тарабарщины, просто у мамы есть волшебная сила. Она может заставить людей слышать не то, что сказано, а набор каких-то нелепых буквенных сочетаний. Она очень сильный ментальный маг, так же, как и ты, Мэг.

— Но я так не умею, — поражённо сказала Мэг.

— Так тебе и не триста лет, — снова засмеялась Тали.

— Ей триста? Ничего себе она старушка! — восхищённо проговорил Паскаль.

— Ну а сколько лет твоей бабушке, как ты думаешь, дружок? — хитро прищурилась Тали.

Паскаль просто замер с открытым ртом, не в силах осознать всю эту информацию.

— Они великие волшебницы, Паскаль. Им всё по силам. Именно поэтому я думаю, что ваших близких ещё возможно спасти, ведь с ними по крайней мере Герта Грогль. Им только нужна помощь. Но я не знаю, как им помочь. Простите меня, друзья, — Тали грустно посмотрела на Мэг и Паскаля.

— Сейчас я выведу вас в дом Паскаля, и ты пообещаешь мне, что ни при каких обстоятельствах больше не сунешься в звёздную комнату. Я постараюсь поговорить с мамой и разузнать у неё всё, что возможно. Мы будем встречаться раз в неделю на верхней полке вашего книжного шкафа. Мы обязательно что-нибудь придумаем.

И Тали порывисто обняла Мэг и Паскаля.

А Мэг подумала, что у неё никогда не было никого, кроме Олелы, короля и королевы, а тут незнакомая девушка Благомир стала ей настоящей подругой за несколько часов.

Тали провела их по коридорам. Был уже вечер, и коридоры были тускло освещены и пустынны. Они вышли в каменный зал, и Паскаль спросил:

— Тали, для чего этот громадный уродливый зал?

— Мама сказала его выбить в скале специально для того, чтобы ждать твоего прихода здесь.

В какой ещё скале? — только успел подумать Паскаль, но не произнести это вслух, как его крепко и уже вполне привычно ухватили руки Вела.

— Так, так, кого же я вижу? — Из темноты вышла принцесса Лилулали. — Неужели это моя собственная дочь?

— Никогда не думала, что ты станешь предательницей, Тали.

— Мама, отпусти их, — взмолилась Тали. — Мы найдём другого короля, им необязательно должен быть именно Паскаль, да и вообще необязательно мальчик. У тебя пятнадцать дочерей, неужели ты не можешь передать власть, раз уж она тебе так надоела, кому-то из нас?

— Я знаю, что я делаю, — отрезала Лилулали. — А ты наказана и никаких тебе путешествий, пока я не прощу тебя, а я, возможно, не прощу тебя никогда.

— Но ты не права, — простонала Тали.

— Вы определённо неправы, ваше высочество, — раздался голос издалека, и на свет вышел Птилидиум.

— Если вы оставите этого мальчика здесь, это будет самой большой и непоправимой ошибкой. Он никогда не сможет выполнить то, что предназначено судьбой, и более того, это обстоятельство грозит смертельной опасностью всему Небытнанге.

— Ты преувеличиваешь, Птилидиум, — махнула рукой Лилулали.

Но было видно, что она уже задумалась.

Тали, заметив сомнения на лице матери, схватила её за руку и как могла быстро пересказала всю историю потерянной экспедиции.

Принцесса слушала молча и иногда кивала головой.

— Что же, вам нужно было с самого начала рассказать мне о ваших трудностях.

— Если бы ваши друзья ушли сушей, то мы нашли бы их в одном из миров за дверью, — принцесса увидела, что у Паскаля уже готов вопрос, и подняла руку, не давая ему спросить. — Я расскажу потом. Да, это было бы долго, но путешественников между мирами много, да практически все из нас, и мы бы точно когда-нибудь их обнаружили.

— Но они ушли морем, а море, горы и лес — это не наши владения, и я не знаю, как там всё работает.

— А чьи же это владения? — спросила Мэг.

Наступила долгая тишина, и Мэг с Паскалем смотрели то на Тали, то на принцессу, то на старого волшебника, то на своих конвоиров, и их лица с каждой секундой становились всё печальнее.

— Это владения Ширы, — сказала наконец Тали. — Маминой двоюродной сестры.

— Тогда мы должны найти её и поговорить с ней! — вскричала Мэг.

— Она ведь нам поможет?

— Нет, — тихо сказала Тали. — Она нам не поможет.

— Но почему? — спросил Паскаль.

Тали повернулась к принцессе.

— Ну, расскажи им.

— Я покажу, — ответила Лилулали и прошла в другой конец каменного зала.

— Вот смотрите, — и она показала на красивую хрустальную дверь, разрисованную цветами и изогнутыми листьями.

Мэг с Паскалем подошли поближе, посмотрели, подёргали за ручку, потолкали дверь от себя. Дверь была заперта.

— Дверь заперта, — сказал Паскаль очевидное.

— Ну а я вам о чём, — сказала Лилулали.

— Зачем нам запертая дверь? И куда она ведёт? — спросила Мэг.

— Это очень хороший вопрос, — немножко безумно улыбнулась принцесса. — Я тоже думаю, зачем нам запертая дверь и не пора ли её снести, — и она пнула низ двери своим вязаным сапожком.

— Эта дверь ведёт в Небы — город, в котором правит сестра мамы Шира.

— Но ключ потерян, — грустно закончила Тали.

— Не потерян, а коварно и безответственно потерян! — закричала вдруг Лилулали. — И потеряла его твоя бабушка.

Принцесса ткнула пальцем в плечо Паскаля так сильно, что он покачнулся.

— И что же нам теперь делать? — растерянно спросил мальчик.

— Нам я знаю, что делать, — сказала Лилулали, — готовить тебя к работе короля, а вам, — она показала на Мэг, — искать ключ, если вы хотите поговорить с Широй.

— Где нам его искать? Хотя бы какие-то примерные координаты его нахождения у вас есть? — спросила Мэг.

— Эта растяпа Герта потеряла его в королевском парке, саду или дворце. А вообще спросите вашу принцессу, она должна знать. Или вспомнить? — Лилулали задумалась. — Да, наверное, вспомнить. Что-то такое было в звёздных пророчествах.

— А сама Шира не может навестить вас? — спросил Паскаль. — Ведь если замок можно открыть с этой стороны, то и с другой его точно так же можно открыть.

— Нет, — отрезала Лилулали. — Эта плакса Шира не придёт меня навестить, потому что она, видите ли, обиделась на меня.

— Хорошо, — сказала Мэг. — В таком случае мы пойдём искать ключ.

И крепко взяла за руку Паскаля.

— Ну уж нет! — Лилулали схватила мальчика за вторую руку и дёрнула на себя. — Ты можешь идти куда хочешь, а он останется здесь. До возвращения ключа точно, а там посмотрим, может быть, я и изменю свои планы по поводу передачи ему власти.

Тали развела руками и шепнула на ухо Мэг:

— Это не худший вариант. Я присмотрю за Паскалем и постараюсь убедить маму в том, что он не нужен ей для того, чтобы стать королём, а ты постарайся найти ключ. Иди сразу к принцессе.

Мэг кивнула. Она нежно обняла Паскаля, и они побрели к выходу из каменного зала до звёздной комнаты, сопровождаемые Велом и Львом, по дороге немного всхлипывая и тяжело вздыхая. Им ужасно не хотелось расставаться.

— Я постараюсь вернуться как можно быстрее, — шептала Мэг.

— Я постараюсь разузнать побольше полезного, — шептал Паскаль.

Если честно, то ему не так уж сильно хотелось уходить. Он ужасно переживал из-за того, что родители и сёстры беспокоятся, потому что он пропал, но миры за дверями просто сводили его с ума, и он не мог уйти, ничего о них не разузнав.

Наконец они дошли до книжного шкафа, вышли на полку, и Лев помог Мэг спуститься по книжной лестнице на пол. Паскаль в последний раз махнул ей рукой, и Вел обрезал бечёвку.