1-2 глава

Глава 1. Хирург

— Вы задолжали не тем людям, Пётр. Прощайте.
— Нет! Про...
Хлопнул приглушённый выстрел. Пётр рухнул на пол. Пуля вошла точно в лоб, и кровь медленно начала растекаться по белоснежному мрамору. Хэнк поднялся, отряхнул идеально выглаженный пиджак, поправил брюки и убрал пистолет в кобуру. Он принёс с собой чемодан. Открыв его, Хэнк достал пинцет и присел возле головы жертвы. Двигаясь хирургически точно, не задевая краёв раны, он извлёк пулю и положил её на пол. Плавно поднявшись, он прошёл на кухню, взял салфетку и завернул в неё пулю так, будто там ничего не лежало. Не отходя от раковины, он тщательно вымыл руки, вытерся и прошёл в уборную, чтобы поправить волосы. Салфетку он убрал в чемодан. Только Хэнк хотел достать телефон, как тот зазвонил. На экране высветилось: «Оля Бухгалтер».
— Здравствуйте, мистер Джордисон!
— Привет, Оль, — ответил Хэнк, и на его лице мгновенно появилась приветливая улыбка.
— Завтра в 16:00 у вас благотворительная акция в зале вашего здания для детей-сирот. Вы не забыли?
— Нисколько. Спасибо, Оль, выручаешь.
— Вам детки нарисовали рисунки, не терпится вас увидеть! — произнесла Оля радостно.
— Я очень этому рад. Помогу им, чем будет в моих силах. Спасибо.
Звонок завершился. Теперь перед Хэнком оставалась другая проблема — тело политика, которое уже отправилось к небесам. Место преступления выглядело крайне неаккуратно, будто его убил какой-то дилетант. Хэнк достал из чемодана специальный раствор для отмывания крови и тряпку. Он методично, сантиметр за сантиметром, начал вычищать мрамор. Через пять минут казалось, будто крови здесь никогда и не было. Он протёр пол ещё раз, проверил место ультрафиолетовой лампой и, убедившись, что ни его следов, ни следов крови не осталось, закрыл чемодан. Теперь он мог спокойно отправляться домой. Взяв чемодан в руки и снова поправив пиджак, он начал спускаться по широкой лестнице виллы. С высоты открывался роскошный вид: восход солнца, поле и лес, раскинувшийся в пяти километрах отсюда. У главного входа его ждал чёрный «Мерседес».
Сев в машину, он положил чемодан на сиденье справа, достал ключи и спокойно завёл мотор. Включил радио и тронулся под тихую классическую музыку. До дома было двадцать пять минут по извилистым дорогам, иногда сменяющимся бескрайними полями. Виды открывались красивые — вот что значит быть политиком, которого обожает страна. Правда, не вся. Не один Хэнк был недоволен Петром. Тот был не таким уж и хорошим политиком. Такой шикарный дом, такие виды... а людей он обдирал тысячами и забывал про них, как ребёнок забывает про надоевшую игрушку. Теперь он дошёл и до Хэнка. Ну а как не воспользоваться таким шансом проверить слухи? Слухи оказались оправданы. Хэнку это сошло только на руки.
Спустя время он добрался до дома. Выключив музыку, припарковался в подземном паркинге и заглушил двигатель. Забрав чемодан, вышел из машины и громко закрыл дверь. Снова это место. Каждый день почти в одно и то же время этот паркинг с теми же машинами и теми же звуками. Хэнк ненавидел его. Слишком большой, слишком неаккуратный. В углах пахло сыростью, а старые трубы постоянно шипели и поскрипывали. Поэтому он всегда старался выйти отсюда как можно быстрее. Но была и другая проблема — квартира на пятом этаже в доме без лифта. Приходилось подниматься пешком. Он зашёл в подъезд. Здесь пахло сыростью и застоявшейся пылью. Хэнк начал медленно, с холодным лицом, подниматься по лестнице. Пять этажей без лифта. Восемьдесят четыре ступеньки. Он всегда считал их, чтобы отвлечься от царящего вокруг запустения. Дойдя до своей двери, он устало достал ключи.
В квартире было тихо. Слишком тихо. Хэнк бросил чемодан у порога и начал развязывать шнурки. Снова этот дом с тусклыми стенами, хоть и светлыми обоями. Он медленно переоделся и неохотно пошёл греть себе ужин. На столе уже аккуратно лежали столовые приборы и тарелка. Пока еда нагревалась на сковороде, он пошёл мыть руки. Зеркало в ванной висело криво — на первый взгляд. Другой бы не заметил или не обратил внимания, но Хэнка это зацепило. Он поправил зеркало, помыл руки и вернулся на кухню. Покончив с едой, он вымыл посуду и аккуратно выставил её на сушилку, протёр от воды и грязи кухню и повесил полотенце. Только он собрался сесть на диван, как на телефон пришло сообщение. На экране высветилось сухое: «Хорошая работа». Хэнк смотрел на эти два слова дольше, чем следовало. Никакого удовлетворения. Только глухое раздражение. Словно он был механизмом, который снова сработал по команде. Он резко заблокировал экран и швырнул телефон на диван, устало проведя рукой по лицу.
Уже темнело, и пора было отдыхать. Завтра будет тяжёлый день, но спать пока не хотелось — только усталость. Хотелось просто полежать под пледом и посмотреть какой-нибудь фильм. Он выбрал комедию — «1+1». Прошло минут сорок, и Хэнк сам не заметил, как заснул. Телевизор тихо гудел, а он спал так глубоко, будто его выключили.
Ему снилось его детство. Он снова был восьмилетним мальчишкой. Впереди раскинулся двор с огромным старым деревом, обложенным по кругу выцветшими камнями. От дерева уходила вдаль асфальтовая дорожка, ведущая к приземистому трёхэтажному зданию с облупившейся краской. Справа темнел медпункт с вечно зарешеченными окнами, слева — пустая столовая. Вдоль дорожки стояли скамейки, на которых никогда никто не сидел. Он пошёл прямо. В здании его встретили двое — мужчина и женщина. У них не было лиц.
— Отдохнул? Мы по тебе скучали! — сказали они в один голос.
Хэнка это не заинтересовало. Он пошёл дальше. В здании не оказалось лестницы, а на каждой двери висела табличка: «НЕ ВХОДИТЬ ПОСТОРОННИМ!». Он подошёл к одной из них и взялся за круглую ручку.
— Я бы не стала этого делать... — раздалось сзади. Женщина с неестественно широкой улыбкой смотрела на него с саркастической добротой.
Но детский интерес взял верх. Он приоткрыл дверь. Там было темно, как в бездне. Внезапно кто-то пнул его сзади, и Хэнк влетел в комнату. Дверь захлопнулась с таким грохотом, что задрожали стены. Вспыхнул резкий, слепящий свет. Посреди комнаты стоял хирургический стол. На нём лежал... он. Хэнк стоял в дверях, не понимая, как такое возможно.
— Ты должен был не сбегать, — произнёс лежащий. — Остаться здесь. Дождаться родителей. Почему ты убежал?
— Что ты хочешь от меня? Я... я не знаю! — голос стоящего Хэнка дрогнул.
— Ты мог быть человеком, которого любят и не боятся. Мог быть с мамой и папой. Ты мог быть тем, кем каждый день мечтаешь! Если бы ты не сбежал!
— Я не могу изменить свой выбор! Не могу...
— Ты мог!
Лежащий Хэнк вдруг поднялся в воздух, будто у него выросли крылья. Его лицо исказила та самая улыбка.
— Ты мог быть другим, но стал убийцей! Кому ты такой нужен? — заорал он. — Ответь мне! Ты стал тем, кем всегда мечтал?
В комнате повисла тишина.
— Ответь!
— Нет... — прошептал Хэнк.
— Проваливай.
Что-то невидимое схватило его за воротник майки и вышвырнуло сначала из комнаты, потом из здания. Хэнк проснулся. В комнате было темно. Он лежал на диване в холодном поту, сердце колотилось так, что отдавало в ушах. По щеке катилась слеза.

---

Глава 2. Головоломка

— Лейтенант Глория! Нам поступил вызов. Убит один из главных политиков страны. Улица Мирная, дом 24. Криминалисты уже там, ждут вас.
— Я выеду через пять минут, надо разобраться с бумагами.
— Есть, лейтенант, — коротко бросил младший сержант.
На столе лежала стопка бумаг — больше сотни листов, каждый из которых требовал подписи детектива. Под правой рукой лежали два дела об убийствах, совершенных ещё на прошлой неделе, которые ждали закрытия. А теперь ещё и третье. Глория вздохнула: «Прорвёмся».
Она вышла из здания полиции и направилась к парковке. Её ждала красная «БМВ». До места преступления было сорок минут езды. «Вот так дело. Чего ж сразу не сказали?» — раздражённо подумала она, но выбора не было.
По пути на поле образовалась пробка из тракторов и самосвалов. Пришлось объезжать их по встречной. Весь затор был из-за чудовищного ДТП: одна машина перевёрнута и дымится, вторая — самосвал, чей кузов валялся в поле. Вокруг собрались люди, ждали скорую и пожарных. Глория скользнула взглядом по месту аварии и проехала мимо. У неё было дело поважнее.
Через пять минут она подъехала к вилле. Парковка на пять мест, огромный дом с бассейном и шикарным видом на лес. Глория припарковалась на третьем месте, достала из багажника свой чемодан с инструментами и вошла в здание.
— Криминалисты, у вас что?
— Лейтенант, мы не нашли улик. Никаких зацепок. Просто труп, даже пули нет. Брызг крови нет — место было убрано, но убит он явно лёжа. Нет потёртостей на штанах, следов душения тоже нет. Жертва не сопротивлялась. Всё сделали быстро, аккуратно и безболезненно. Можно сказать, у нас тут профессионал.
— Спасибо, Джейкоб. Это всё?
— Да, лейтенант.
— Тогда заканчиваем. Нет подписи, и таких чистых мест преступления я ещё не встречала. Придётся ждать и копаться в бумажках.
Глория забрала чемодан и пошла к машине, тяжело падая на сиденье.
— Достало. Ещё одно незаконченное дело. Даже не начатое! Бесит всё.
Двигатель завёлся, и она небрежно выехала с территории виллы, держа путь в участок. По пути пробка не расчистилась, но уже подъехали скорая и пожарные. Глория с каменным лицом объехала затор и направилась дальше.
В участке было тихо: все уехали на задания либо на учения. Осталась только она, капитан и следователь, который был занят. Глория взяла со стола дело «Артура Яковлевича». Убит: задушили. Дело можно закрывать, но ожидался ответ от суда. Она положила папку под руку и взяла вторую: дело «Вилли Хокинга». Убит: перерезали горло. А вот тут дело не закроешь. Нет даже намёка на то, кто это сделал и при каких обстоятельствах. А главное — почему?
Но вот в чём совпадение: и тот, и этот — влиятельные люди. Убиты без следов и грязи. Почему? Опять неясно. Почему раньше не было видно таких похожих дел? Без понятия. Может, это какой-то новый убийца. Может, старый. Но сегодня точно не тот день, чтобы в этом разбираться — ещё нужно разобрать огромную стопку бумаг.


Рецензии