Синдром Нерона

     (строго + 18)
Учительница английского языка Софья Яковлевна Засулич вечером ещё раз посмотрела планы завтрашних уроков. Позвала сына и дочь к столу на ужин.
 - Уроки сделали?
  - Конечно, мама, - ответил Гриша.
Светлана опустила глаза.
 - А ты?
 - Ещё историю прочитать надо. Пусть Гриша расскажет, а то уже спать хочется.
 - Гриша, иди к ней, помоги.

Софья приготовилась ко сну, выключила настольную лампу.
Но среди ночи она неожиданно проснулась.
 - Кто-то стонет, что ли?
Она поднялась и вышла в коридор. В спальню Светланы дверь была приоткрыта. В окно светила полная луна. Она мимолётом вскинула взгляд внутрь. И зажала рот рукой. На кровати в экстазе занимались любовью голые…сын и дочь. Она на цыпочках вернулась к себе. Схватилась за голову обеими руками.
 - Что делать? Как это понять? Неужели переняли нравы Засулича? Он и с того света меня достаёт… Что он творил в постели, известно только мне…

Но она ошибалась. Ей многое не было известно.

ХХ
Засулич Геннадий Иосифович встретил победу в Польше. Его полк был расквартирован по домам небольшого городка, довольно хорошо сохранившегося от разрушений. Он поселился в двухэтажном доме на краю. Вокруг были фермерские поля. Хозяева дома были зажиточными, жили крепко, в достатке. В доме хозяйничали ещё не старые родители.
 Две избалованные и взбалмошные девицы с пышными формами и домработница, под стать им – Зося, занимались музыкой, играми, танцами. Казалось, война обошла их стороной. Вот эти три пары ног и стали настоящим вожделением для истосковавшегося по женской ласки Засулича.
 Сначала он их брал к себе в комнату по одной. Девицы с охотой раздевались, садились ему между ног и требовали частой, жёсткой близости. При этом стонали, ласкали ему грудь, с поцелуями опускаясь всё ниже и ниже…Это его заводило, и он был неудержим в страсти и умении насытить себя и их.
Зося была самой очаровательной - она стеснялась. Он любил её долго и изобретательно…
Но вскоре ему это наскучило, и он запросил сразу всех троих. Эта оргия была ему по вкусу и не могла надоесть ввиду непредсказуемости поведения испорченных в конец польских молодок.
…Когда он оказался в тьму-таракане – на севере, да ещё в посёлке, он заскучал. Но ему, как бывшему фронтовику в погонах, предложили место директора районной кинофикации. И это был первый шаг к «красивой» жизни. На постой он выбрал небольшой крепкий домик. Ему приглянулась молодая ещё хозяйка…и её растрёпанная дочка, только что закончившая школу.
…Сначала он попробовал в постели хозяйку, сразу положившую на него глаз. Потом дочка заинтересовалась, что это так трясётся железная кроватью Она оказалась куда охотнее матери... Он млел и таял…
 Засулич радовал своих женщин подарками и хорошей едой. И все были довольны!
Но вот беда! В посёлке в школе появилась учительница английского языка. И он влюбился…Неудовлетворённая страсть усугублялась тем, что вскоре Софья стала встречаться с главным врачом больницы Максимом Витязевым. Дело шло к свадьбе.
Засулич твёрдо решил: свадьбе не быть!
ХХ
Софья полюбила Максима… ещё издали. Он подходил к школе, а она стояла на крыльце, наблюдая за своими пятиклассниками на перемене. Он подошёл, поздоровался…Седина на висках, глаза серые под стать, высокий, стройный, с офицерской выправкой.
…Она отдалась ему сразу, без сантиментов. Их близость была настолько желанной, что разъять объятия было невозможно до самого утра.
 …Софья вышла замуж за месяц до начала войны…Он погиб почти сразу, в первый же год. Максим потерял жену и дочь под ковровыми бомбёжками в Сталинграде. Их не успели эвакуировать. Сам он военным хирургом колесил по госпиталям следом за линией фронта.
Два раненых в сердце горькой судьбой одиночества встретились и полюбили друг друга. Софья почувствовала, что забеременела…первый раз, так поздно. Максим был счастлив!
 - Жить будем у меня, - твёрдо сказал он, - скоро получаю квартиру в новом доме. Там три комнаты, одна - для ребёнка!
ХХ
Засулич приказал Женьке сделать аборт.
 - Зачем мне твой ребёнок? Ты сама ещё дитя…
Женька побрела на приём к гинекологу. По коридору шёл красивый представительный мужчина в белом халате.
 - Вот бы с таким покувыркаться! Не то, что этот Засулич со своим «болтом». Надоел уже…
Она улыбнулась главврачу. Он взял её по-дружески за плечи и подтолкнул к двери кабинета.
 - Не бойся, проходи! – И открыл дверь со словами:
 - Любовь Яновна! Принимайте молодую гвардию!
Он это сказал радостно и весело. Теперь от счастья он всегда был таким.
 - Кто тебе ребёночка смастерил? – спросила острая на язычок медсестра Степановна.
 - Кто…кто…Ваш Максим Егорович и сделал.
Медсестра прикрыла рукой рот.
 – Тише ты, глупая!
…Весть разнеслась по посёлку. Софья не поверила своим ушам.
 - Вот он какой… а я думала – только меня любит…

Максим не понимал ничего.
 - Почему врачи смотрят как-то особенно сочувственно… Где Софья? Бегает от меня…
ХХ
Женька пошла в больницу за анализами. Теперь ей надо было получить какую-то бумагу…
 - Направление на аборт, - прочитала она.
Семёновна с укоризной посмотрела на неё.
 - От такого мужчины надо рожать, а не «вышкрябываться».
 - Как это? – Услышала Женька новое слово.
 -  А вот так! Шкрябать будут на живую. Уколов от боли у нас нет!
 - Ещё чего! – сказала Женька, закрыв дверь кабинета.
 - Пойду к главврачу, попрошу, - и заулыбалась, представляя приятную встречу.

…Вчера вечером Максим решил поговорить с Софьей и выяснить, на что она обиделась. Но висел замок и в окнах – темно.
 - Она уехала на машине…с директором кинофикации…Засуличем. На 19 часов сеанс. «Цветок в пыли». Индия. Весь посёлок там. Он ей билет привёз и забрал… - Соседка показала полную осведомлённость.
Ему не нравился этот мужчина. Чем? Он не понимал. Офицер, говорили -капитан, артиллерист…
 - Глаза какие-то…бесстыжие, что ли? И она с ним…Что уж тут выяснять…Но ведь моего ребёнка носит. А может, она с ним давно? И ребёнок не мой? – Он тяжело вздохнул и побрёл домой.

Максим пришёл на работу расстроенный. Он машинально открыл дверь своего кабинета – и обомлел. На столе сидела нога на ногу девушка, которую он на днях встретил у дверей гинеколога…
  - Как ты здесь?
 - Уборщица убирала. Я подождала…
Он подошёл к ней с удивлением. Она спрыгнула и встала, упёршись ему в грудь.
 - Вы меня не замечали. А я вас люблю давно. Ещё в прошлом году…Вы приходили знакомиться…со школой.
Она приблизила губы к его подбородку. Он стоял, застыв от неожиданности признания. Женька повторила:
 - Я вас…очень люблю, - и обхватила его за шею, приподнялась на носочки, вся вытянулась как струна…Он не отвёл своих губ.
 - Дай ключ, я закроюсь, сказала Женька.
 - Зачем?
 - Дай!
Он протянул ключи. Она щёлкнула дважды, повернулась и расстегнула пуговицы на груди. Подошла к нему, всё ещё нерешительному, повалила на кушетку, стоящую у стены…
 - Как хоть тебя зовут? – спросил Максим, одевая брюки.
 - Женя…Я не хочу делать аборт. Боюсь.
 - И не надо. А кто отец?
 - Его уже здесь нет. Пацан один. Приезжал к бабке в гости.
 - Я завтра приду?
 - Приходи, только после семи вечера.
Она поцеловала его и выскочила.
ХХ
 - Что за сюрприз? – восторженно покачивая головой, Максим стал вспоминать минуты близости с Женей. Такого яркого удовлетворения он ещё никогда не испытывал. Ему вдруг захотелось снова этого чувственного секса.
 - Какая активная… выдумщица.
На следующий день Максим едва дождался семи часов…Теперь он сам был посмелее…
Женя приходила каждый вечер…целый месяц. Максим напрочь забыл про Софью. Эта молоденькая, чуть-чуть беременная хохотушка окрасила его жизнь, как волшебница, в радужный цвет. Он млел от её прикосновения. Каждый раз - как в первый, но ещё эмоциональней, нежнее, полнее, всеобъемлюще. Его тело долго помнило эту радость и томилось в ожидании следующего восторга и блаженства. Он был в плену сказочного счастья…

Свадьбы, как таковой, не было. Максим и Женя расписались в поссовете и пошли в больницу. Там женщины-коллеги накрыли стол и поздравили молодых. Максим забрал Женю к себе.
 - Взял не учительницу, а ученицу, - злословили в посёлке.
…Софья, ещё надеявшаяся на что-то, после регистрации Максима со «вчерашней» школьницей, приняла потерю любимого как факт.
 - Жаль ребёнка, вырастет без отца.

Засулич стелился мягкой травой…угождал, предвидел её желания и предпочтения. Но пошёл уже второй месяц их свиданий, а на близость он не решался. Софья, как ни старалась, не любила и не хотела его. А он всё ждал…
…Мать Жени обеспечивала ему исполнение всех желаний. Влюблённый в Софью, он был особенно уязвим – требователен и настойчив в сексе.
 - О, как его зацепило, - думала та, едва успевая реагировать на его ненасытную фантазию.
…Софья решила признаться Засуличу.
 – Геннадий, я беременна от Максима.
 - Твой ребёнок – мой ребёнок. Выходи за меня замуж.
Софья заплакала. Он обнял её, самую дорогую, долгожданную, желанную, любимую женщину.
 - Она моя! Наконец-то! – сказал он самые заветные слова самому себе.
Засулич закатил свадьбу. В столовой посёлка накрыли столы на 100 человек.
 - Мою победу должны видеть все!
Он пригласил гостей из райкома, поссовета, школы, коопторга, рыбзавода, совхоза. Обошёл только больницу…
Софья, как девочка, ждала с тревогой брачную ночь. Но муж был корректен, нежен, бережлив.
ХХ
В больницу рожать прибыли одновременно – Софья и Женя. Женя родила девочку. Софья ещё мучилась.
 - Да тут двойня! – Закричала фельдшер-акушер.
 - Мальчик, а вот и девочка!
Софья обессилила и потеряла сознание. Детей обработали и увезли. Над ней собрались врачи. Максим просил в этот день подежурить всех. Он переживал за Женю, но заниматься пришлось Софьей.

Женька, окончательно оправившись от родового стресса, подумала:
 - Зачем мне девчонка Засулича?
Она знала, что Софья носила ребёнка от Максима. Но оказалась - двойню!!
Ночью она пробралась мимо заснувшей постовой медсестры, к детской палате. Зашла, не зажигая света, с фонариком, который прихватила с постового стола. Осветила детей. Прочитала привязанные к кроватям бирки-клеёночки.
 - Девочка. Витязева.3.200.
Она распеленала ребёнка, отвязала такую же бирочку с руки, прикрыла тельце одеялом. Нашла другую девочку.
 - …Засулич.3100. Она распеленала ребёнка, привязала другую бирочку, перенесла в другую кроватку. Запеленала.
 - Вот теперь у меня дочка Максима. А училка пусть воспитывает дочку мужа.

ХХ
Прошло три года. Женька заскучала от кастрюль и пелёнок. В яслях дочка постоянно болела и приходилось сидеть с ней дома.
 - Ты, может быть, хочешь пойти учиться?  Куда бы ты хотела? – спросил её Максим.
Женька не спешила с ответом.
 - Я подумаю.
Она вдруг осознала, что это её шанс вырваться из этой дыры.
  - Как мне надоели эти старики. Засулич со своим «болтом» никак не отстанет… Грозится, если откажусь от свиданий, всё мужу рассказать, паскуда! И муженёк, которого я сама разбаловала… теперь он без конца просит утех «ниже пояса». Что я ему, проститутка? Ну, было, побаловались…
Она хорошенько подумала.
 - Владивосток, школа бухгалтеров.
 - Нет, Женя. Это далеко. В Петропавловске есть такая школа и техникум.
На том и порешили. Максим нанял учителя по математике подтянуть Женю к экзаменам. Послали документы на заочное в торговый техникум.
 - Ну, пусть, хотя бы так. Буду отдыхать два раза в год.
Дочь она родила, но материнские чувства не появились. Так бывает… Зато Максим в дочери души не чаял. Всё лучшее – для Нелли! И малышка больше любила отца, чем мать.

Женьке ехать на сессию, а тут отец заявился! Пропавший без вести был в плену в Германии, в концлагере в Польше, потом в трудовом рабстве у фермеров. Вернулся на Родину… и снова тюрьма. В августе, после смерти Сталина, амнистия спасла Семёна Корсуна…
…Женька уехала на сессию. Для Нелли Максим нанял няньку.

Сима, мать Женьки, полюбившая оргии Засулича, никак не могла приноровиться к нормальной супружеской жизни. Однажды, после выпитой бутылки водки с мужем, она похвасталась, как им с дочкой вольготно жилось на содержании квартиранта.
 - А теперь он, сука, меня бросил – женился на англичанке. С Женькой-то они трахаются у него в кабинете. Он ей билеты в кино бесплатные даёт… Семён ошалел от таких известий.
 - Женька же замужем за главврачом! Человек-то какой!  А она ему, жучка, изменяет!? А как узнает? У них же дитя!!!
Семён решил «поучить» разгулявшегося директора районной кинофикации. Он устроился кочегаром в кинотеатр «Звезда», где как раз и был кабинет Засулича.
В свою смену он выманил его в кочегарку под предлогом неисправности котла.
 - Ты что, паскуда, моих женщин испортил, а с дочкой продолжаешь «шашни»? – он замахнулся на него паленом.
Засулич попятился к двери – она была закрыта.
 - А ты кто такой?
 - Я Женькин отец.
 - Ох, и хорошие у теб бабёнки! Ножки, попки, грудки! Так и тянутся к моему…И так, и эдак…
Семён перебил его хмельную развязанную речь.
 - Ты, падаль, за всё ответишь!
Он схватил приготовленный дрын и с размаху стал наносить удары.
 - Это тебе за попки…
 - Это тебе за письки..
 - Это тебе за грудки!
Он с особой яростью маханул ему в пах, затем по голове. Засулич рухнул. В это  время в кинозале шла комедия «Весёлые ребята» и хохот стоял такой, что их разборки утонули в море смеха.
Семён в ужасе понял, что Засулич мёртв.
 - Снова в тюрьму…Ну уж нет!
Он взвалил тело на тележку для дров, накрыл мешками. Уже смеркалось. Сеанс был на 19:00. Вывез тележку в сарайчик для дров. Спихнул тело на пол рядом с поленницей наколотых дров. От удара она рассыпалась и завалилась, накрыв Засулича. Он плотно прикрыл дверь сарая и увёз тележку обратно в кочегарку.
Ещё был сеанс на 21:00. Семён подбросил дров, спалил дрын, вымыл руки в ведре с водой и облил пол - на всякий случай… Его всё ещё трясло. Он не замышлял убийства, но вышло так.
Дома сразу налил стакан водки.
 - Ты чего это?
 - Устал.
 - А ужинать?
Он махнул рукой и пошёл спать.
ХХ
Прошло десять лет. Дети выросли. Женя выучилась и работала главным бухгалтером в рыбкоопторге. Созрела, превратилась в красивую женщину. Нелли стала красавицей. Училась на отлично. Максим любил своих женщин и гордился ими.
…Софья тихонько приоткрыла двери 10-А класса, стоя в коридоре. На первом ряду от окон, на третьей парте сидели её дети - сын и дочь. Она внимательно вглядывалась в них. Гриша поправил бант на голове Светланы, она положила свою руку на его руку. Потянулась к уху, что-то сказала. Он зарделся, опустил глаза. Она продолжала шептать, он чмокнул её в нос…и осёкся. Посмотрел по сторонам…
  - Почувствовал мой взгляд, - подумала Софья.
 - Да, они влюблены. Это не спрячешь. Но как это получилось? Кровосмешение…Ужас. Надо идти к Максиму. Это его дети, в конце концов. Вон, Гриша – вылитый Максим, и умница – круглый отличник. А Светлана   - троечница. Бывает же такое…

ХХ
 - Максим. Он такой же красивый, только немного постарел, - подумала она.
 - Софья.  Она такая же красавица, только старше. – подумал он.
Он выслушал её.
 - Я почитаю психологию дома. Это похоже на Синдром Нерона… Расскажу подробнее, сам освежу в памяти.
Софья на следующий день шла к нему как на эшафот.
 - Знаешь, Синдром Нерона есть, но он не является психическим заболеванием, как другие. Скорее, это бытовое понимание ситуации.
Сексуальное возбуждение возникает именно на фоне конфликта, ссоры, скандала, острого эмоционального стресса. При этом запускается мощный гормональный отклик – выброс адреналина и тестостерона. И этот физиологический всплеск человек неосознанно переводит в сексуальное возбуждение. По поводу кровосмешения…В античных источниках циркулируют устойчивые слухи о том, что «развратный» император Нерон брезговал своей женой Октавией – дочерью бывшего императора Клавдия, и жил с сестрой Лепидой. Но это обвинение, а не доказанный факт.
 - Но Синдром так называется, видимо люди не одного поколения наблюдали подобное, если он так устойчив…Что будем делать, Максим?
 - Это точно мои дети?
 - Посмотри на Гришу – копия ты.
 - ? -  Моя дочь Нелли тоже очень похожа на тебя, но…
…За дверью стояла, не успевшая войти до начала разговора, Женя. Она выслушала… и пришла в ужас! От того, что натворила в молодости.
 Она выскочила из больницы. Голова гудела. Ноги подкашивались. Присела на скамейку напротив крыльца.
 - Будь проклят этот Засулич!
Она схватилась за сердце. Голова упала на грудь. Женя наклонилась на правый бок и сползла на скамейку. Мимо шла санитарка…
Очнулась в палате.
 - Что же ты так много работаешь, родная! – причитал Максим.
 - Что со мной…говори правду…
 - Предынфарктное состояние. Надо лежать.

…Месяц в больнице. Капельницы, уколы, бессолевая диета. Женя похудела, постарела… Она не знала, как помочь детям. Светлана же её дочь, не только Засулича. Её кровиночка.
Выздоровление шло тяжело, вернее, не шло.
 - Не понимаю, в чём дело? – удивлялся Максим. – Все лучшие лекарства, питание, покой. Что-то ей мешает. Из-за чего это случилось? Что-то на роботе натворила? Молчит, как партизан…
Тут подошла баба Шура-санитарка.
 - Максим Егорович! На пару слов.
 - Как же она вас любит! Это же она от ревности. Видела, как к вам англичанка зашла…простояла у двери, не решилась зайти. А потом пошла на улицу и упала, сердешная, - захныкала в платок баба Шура.
 - Она всё слышала…почему такая реакция?
Он пошёл к Софье. Она тоже удивилась
- Давай приведём к ней всех троих и посмотрим…
- На что, на инфаркт?

Женя проснулась ночью, позвала санитарку. Пришла баба Шура.
 - Дайте мне карандаш и листок. Я хочу написать мужу.
 - Так он здесь – его дежурство. Позвать?
 - Нет, дайте…
Баба Шура принесла карандаш, листок и старую папку.
 - Пиши лёжа, на папке.
 - Он приходил за мной…
 - Кто?
 - Засулич…
 - Почему он-то?  Бредит уже, что ли?
Женя вывела с трудом:
«Я испортила всем жизнь. Я поменяла девочек. Отец Светы – Засу…»
Карандаш выпал из рук, всё упало на пол.
Женя умерла.
Баба Шура подняла папку. Листок сложила в четверо и машинально сунула в карман халата. Заголосила и побежала к Максиму.
ХХ
После Жениных похорон выпускной вечер был не таким весёлым, как ждали.
Гриша собрался во Владивосток – поступать в Институт народного хозяйства. С ним ехала Нелли. Они были круглыми отличниками.
 - Знаешь, Света, наша любовь не правильная. Нам надо расстаться.
Но Света, уткнувшись ему в плечо, сквозь слёзы твердила одно:
 - Нет, нет, нет…
Пришёл Максим и сказал, что скоро подъедет машина и довезёт всех до аэродрома. У крыльца больницы стояли дети с родителями. Уезжали поступать 4 отличника и 4 хорошиста. На крыльцо вышла баба Шура. Она держала в руке какой-то листочек и махала им. В стороне стояли Максим с Софьей и трое детей. Баба Шура подбежала и сунула в руки Максима записку. От волнения она ничего не могла произнести – губы тряслись. Он прочёл и подал Софье. Оба стояли как вкопанные.
 - Что там, мама?
Гриша взял записку из рук Софьи. Он помолчал немного, осознавая прочитанное и закричал:
 - Светка! Я люблю тебя!!!
Светлана, не понимая ничего, бросилась ему на шею. Гриша подал записку Нелли. Она прочла…и заплакала.
 - Что ты, доченька, радость -то какая!
Но Нелли горько плакала:
 - Мама, мамочка…
Когда записку прочла Светлана, она как-то ощетинилась.
  - Натворила, мамочка…
Софья подошла к Максиму, они обнялись.
 -  Всё будет хорошо! А ты, Света, останешься и так моей дочерью - будешь женой моего сына.
 - И жить мы будем все вместе, - добавил Максим.
 - И никаких Синдромов!

Ноябрь, 2026 г. В новелле использованы реальные события – убийство и кровосмешение.