Там, где пламя боится дышать

«Там, где пламя боится дышать»

Она боится близости твоей,
Как бабочка — слепящего огня.
Чем ты родней, чем ты во тьме сильней,
Тем яростней она бежит, кляня
Себя за дрожь, за этот скрытый свет,
Что рвется из-под сомкнутых ресниц.
Она твердит себе, что связи нет,
Стирая память с выцветших страниц

В ней бьется ток, срывая полюса,
Сжимая горло ледяным кольцом.
Она бежит от твоего лица,
Себя считая проклятым птенцом.

Ей страшен жар, ей страшен твой размах,
Твой низкий рык, что рушит тишину.
Она привыкла жить в сплошных долгах
И прятать в кокон слабую весну.

А ты, дракон, чей пепел — города,
Чье пламя плавит скалы и гранит,
Впервые в жизни понял слово «да»,
И этот «да» теперь тебя хранит.

Ты спишь вполглаза, видя каждый час
Ее шаги на тонком хрустале.
Ты, не боявшийся небесных каст,
Дрожишь от мысли о грядущей мгле.

Ты знаешь мощь своей стальной брони,
Но перед ней — как сорванный цветок.
Ты сжечь боишься хрупкие огни,
Что прорастают вдоль ее дорог.

Боишься выдохнуть свой дым и жар,
Спугнуть ее, как вспугивают лань.
Внутри тебя бушует ярый дар,
А ты его сжимаешь в молчаливость

Но между вами — тонкая струна,
Что не подвластна логике и снам.
Она звенит, когда встает луна,
И тянет вас по разным полюсам.

Она — к нему. Он — к ней. И этот зов
Сильнее древних, выжженных границ.
Он слышит треск невидимых оков,
Когда она не поднимает лиц.

Она дрожит, предчувствуя твой след,
И прячется в толпе случайных лиц.
Но от него спасения ей нет,
Он вшил ее в рисунок всех таблиц

Своих миров, созвездий и орбит.
И как бы ни рвалась, сжигая нерв,
Она к нему магнитами пришита,
Услышав сквозь любой глухой барьер
Его беззвучный, сокровенный рев.

Она к нему идет сквозь липкий страх,
Сдирая кожу о колючий быт.
Держа свой трепет на семи ветрах,
Пока дракон в пещере той не спит.

А он кладет к ее ногам зарю,
Сгребая звезды в теплую ладонь.
И шепчет в пустоту: «Благодарю

За то, что ты во мне не гасишь тот  огонь.
За то, что ты — мой самый хрупкий плен,
Мой самый страшный, мой святой предел».
Он опускается у согнутых колен,
Чтоб только выдох не ее задел.

Их связь — не плоть, не руки, не слова,
А общий пульс в разорванной груди.
Она — жива, пока она жива
В его огне, что плещется внутри.

И он дышать не может без тепла
Ее ладоней, спрятанных от всех.
Она — та грань, что пламя обожгла,
Чтоб защитить его от смертных вех.

Она боится сделать первый шаг,
Чтоб не обжечься о его крыла.
Но без него ее кромешный мрак
Чернее самого глухого дна.

И он, дракон, склонив седой висок,
Готов свой мир у ног ее сложить.
Их разделяет лишь один бросок,
Но им обоим слишком страшно жить

В реальности, где можно потерять
Ту нить, что их связала вопреки
Всему. И продолжают лишь дышать,
Стирая боль касанием руки.