Практика 8

  –, Слава, ты помнишь, как счастливы мы в этом в этом лесу, как счастливы были собаки и даже зайцы, которых мы не добыли. счастлив был лес… каждой веткой, каждым листом берёз и осин, каждой еловой и сосновой иголкой что мы в нем? Как твоя Елена не понимала наш его счастья…

– Но сейчас то я счастлива в лесу, – усмехнулись Ленка.

– Когда Вячеслав стал профессором, – усмешкой на усмешку ответил Зосимыч. – да и не зал бы он леса счастье ваше было бы из него просто выйти, а не радоваться. Иногда, а впрочем, довольно часто счастье наше зависит от других…
 
– Конечно! От детей, от супругов.

– Я так понимаю, Елена, родители твои ушли довольно давно, раз Вы их не упомянули…

– Да, только память о том счастье осталась, да мы с Машей…

– А я?

– А ты, Слава, в месте с Машей память о своих родителях. Детство-то своё помнишь?
– Конечно!

– даже я помню, – вздохнул  Зосимыч. – Где очки оставил не помню, а как сухостой-траву жгли на горе Полковушке с другом Женькой помню, так мы тогда ещё в школе не учились.

– А Женька — это не Евгений Аленсандрич? – спросил Павел.

– Нет. Тот Женька погиб, когда ты только родится. А то и раньше… так что и от друзей может быть счастье и даже то начальства, если оно хорошее.

– А что начальство бывает хорошим? – спросила Ирина Васильевна.

– Да, конечно, но относительно плохого, так что счастье бесплатным бывает только в детстве, а потом его надо выстрадать…  и не только и начальством, но и с любимыми. Начальников у меня было много, а вот Мария Филипповна одна, да суть то от этого не меняется – счастье надо выстрадать, а иначе это не счастье…

– Да ладно, Иван Зосимыч, – Елена Премудрая взволновалась. – Как это счастье можно выстрадать? 
       
– А как ты свою дочку без страданий получила?

– То есть мужиков это не касается, – засмеялась Ирина Васильевна.

– А ты своё счастье выстрадала, чтобы о чужом судить?

– Кажется мы переходим на личности…

– А счастье, Ирина Васильевна, у каждого своё и у всех одинаково.

– То есть, Зосимыч,  ты хочешь сказать, что счастье биполярно и аморфно – спросил Павел.

– Ну, я в отличии от тебя университетов не кончал и слов таких не знаю, так что сказал как чувствую, – потом Зосимыч посмотрел на наши круглые глаза и сказал – село это не деревня и не город. Село – это межа между ними. А любая граница всегда активна, как и люди в ней. Так что вы со своими институтами не хохорьтесь – народ здесь бедовый, только-то не контрабандисты, хотя и такие есть хоть и из ваших, городских… 
 


Рецензии