Формат и Смысл. Глава 3. 9

ФОРМАТ и Смысл. Глава 3.9. О тренировках, обратной связи, травмах и творчестве

Гляжусь в тебя, как в зеркало,
До головокружения,
И вижу в нем любовь мою,
И думаю о ней.
Давай не видеть мелкого
В зеркальном отражении,
Любовь бывает долгою,
А жизнь еще длинней.

Юрий Антонов. Припев из песни «Зеркало».

Как вы уже, наверное, поняли, темы профессионального вызова, совершенствования, экспертности и конфронтации в моей личной и профессиональной жизни присутствуют в полный рост. Это не случайность. Просто я люблю быть ситуациях, где люди с незаурядными способностями, навыками и выдающимися личностными характеристиками оказываются в эпицентре новых для себя событий.

В начале жизни это было везением.

Я родилась с серьезными отличиями от «нормальных» людей. Чувствительность к различным веществам в воздухе и пище была такой, что в условиях, в которых жили наши предки, без внимательного и любящего окружения, без поддержки врачей, я не дожила бы и до года. Как выяснилось в 2 года, зрение моё тоже было особенным. Оно оказалось настолько дальнозорким, да еще и с элементами астигматизма, что, когда мне надели очки, я в удивлении ощупывала стены и окружающие предметы. Пришлось под присмотром старших вести особый образ жизни, корректировать зрение и питание, тренировать иммунитет, чтобы приблизиться к возможности других жить полной жизнью.

Я не знаю имени врача, обнаружившего особенность моих глаз. Этот обычный (или необычный?) врач в районной детской поликлинике посоветовал практику, которая не входит в официальные рекомендации офтальмологов, но входит в число восточных практик тренировки концентрации внимания. Он порекомендовал смешивать разные виды круп и ежедневно, по нескольку раз в день, тренировать зрение в процессе сортировки зерен, закрывая поочередно то один глаз, то другой.

У родителей не было на это ни времени, ни сил, зато время было у бабушки. А еще у неё было море терпения, фантазии и любви, таланта создавать условия для того, чтобы маленькая егоза с видом пирата несколько раз в день с азартом, в отличие от Золушки, принималась сортировать гречку, рис, горох и перловку.

С препятствиями, которые возникали из-за зрения, за несколько лет удалось справиться настолько, что очки перестали быть нужны. Заодно, как побочный эффект, выработался автоматический навык замечать мельчайшие различия, видеть сущностное сходство, выделять группы и категории. Появилась способность управлять своей возбудимостью, творчески стыковать желания и необходимость, и создавать смысл в деятельности, которая, на первый взгляд, казалась глупой и бесполезной, но несла одновременно простую бытовую пользу и большую ценность в долгосрочной перспективе.

Осмысленные медитации с бабушкой, взрослой женщиной, сохранившей любовь и интерес к жизни несмотря на сложнейшие жизненные испытания, подтолкнули к тому, чтобы очень внимательно наблюдать за собой и другими, анализировать и экспериментировать с тем, как осваивать новые сферы до состояния устойчивого навыка и дальше.

А дальше были плавание, бег, волейбол, бальные танцы, аквариумистика, художественное чтение, хоровое пение, икэбана, психология, боевые искусства. Фоном, основой, всегда шли книги, головоломки и оздоровительные практики. Это привело к огромному количеству набитых шишек, как в прямом, физическом смысле, так и в переносном – в эмоциональном, интеллектуальном и духовном плане, и к пониманию, что путь значительно интереснее побед. А ещё рядом всегда были те, кто выступал образцами мастерства. Таланты, которые стимулировали, напрягали и порой раздражали окружение своими действиями, вопросами и способностями.

Были ли у вас такие учителя или руководители, рядом с которыми мир становился иным?

Замечали ли вы, как у потрясающе глубоких, мудрых учителей возникали сложности, иногда и конфликты с учениками и родителями, которым не нравился их подход?

Какие выводы вы делали из подобных ситуаций?

Биология, психология, спорт и многие другие области практик говорят, что мы никогда со стопроцентной вероятностью не можем предсказать, как конкретный человек проявит себя в конкретном случае. Имея опыт наблюдения и взаимодействия, мы можем предполагать и выстраивать управленческий контур, но что именно произойдет в ситуации, особенно незнакомой, сказать нельзя. Человек может оказаться непредсказуемым даже для самого себя. Иногда жизнь приводит к тому, что становится нестерпимым и впечатывается в память тела. К тому, что в обыденном языке называют травмами.

Мне термин «травма» в том смысле, в котором его к месту и не к месту используют в психологии и в современном культурном поле, видится ошибочным и даже вредным. Об этом будет отдельная глава, а пока предлагаю сосредоточиться на здоровом самопознании.

В 1955 году феномен самопознания через взаимодействие с другими описали американские психологи Джозеф Лафт и Харрингтон Ингхам. С их подачи визуальная модель под названием «Окно Джохари» пошла завоевывать умы не только исследователей, но и управленческих масс.

Сейчас большинство учебников по менеджменту показывают Окно Джохари как простую схему 2Х2 для иллюстрации пространства эффективных коммуникаций и обоснования необходимости использовать инструменты обратной связи. На деле эта простенькая схема оказалась гениальным образом, из которого вырос целый ряд современных научных исследований и концепций в области менеджмента, психологии межличностных коммуникаций и психологии образовательных процессов.

Идея Окна Джохари была проста, но далеко не примитивна.

Модель, состоящая из четырех квадрантов, описывала четыре зоны. Три из них структурируют пространство самопознания со множеством ярлыков, которые человек навешивает на себя и которые используют в общении с ним другие. Четвертая обращает нас к безграничности человеческого опыта.

Первый квадрант – это Открытая зона, которую в разных версиях Окна Джохари называют «Сцена», «Арена» или «Гостиная». Она включает то, что человек знает о себе, с чем он согласен, и что о нем знают другие. Если говорить в терминах субъективности и объективности, в этой зоне находятся более-менее объективные определения свойств, качеств, характеристик и ролей, которые человеку явно удаются или совсем не удаются. Это психологическое пространство открытого общения и эффективной совместной работы, где присутствует ясность.

Что происходит с объективностью в остальных квадрантах – вопрос открытый.

Второй квадрант – это Скрытая зона, которую называют кто «Фасадом», кто «Чуланом», кто «Особняком», кто «Тайной комнатой» или «Тайным садом». Она включает то, что человек знает о себе, но скрывает от других. В это пространство попадают секреты, страхи, тайные увлечения и собственные мысли, которые по разным причинам попадают под самоцензуру.

В Скрытую зону мы прячем то, что социум жестко и последовательно показывал нам как вредное, неприятное или бесполезное. Иногда в этой зоне оказываются свойства и характеристики, таланты, способности и навыки, ценности и устремления, которые человек опасается или не считает важным демонстрировать, проявлять или делать значимыми в том контексте, где происходит взаимодействие.

Пространство, где сам человек что-то о себе не знает, тоже состоит из двух квадрантов. В него входит Слепая зона и Зона Неизвестного.

Слепая зона, «Слепое пятно», «Зона неосознаваемого», «Подводная часть айсберга» - это то, что видят в человеке окружающие, но сам он этого не знает или не замечает. В слепое пятно попадают некоторые привычки, особенности и паттерны поведения и речи, невербальные факторы и паравербальные проявления, например, тональность и интонация, которые человек воспроизводит автоматически, не замечая или не придавая значения тому, как его действия влияют на других. Если у человека развиваются проблемы со слухом, он может говорить громче обычного, но не замечать этого. То, как человек пахнет, тоже в большинстве случаев оказывается в зоне слепого пятна.

Четвертый квадрант оставляет место тому, чего ни сам человек не знает о себе, ни окружающие не знают о нем до тех пор, пока не произойдут определенные события. Те, кто путешествовал в широко рекламируемые места, предвкушал, как будет чувствовать себя в новой роли, точно знают этот эффект. Можно сколько угодно фантазировать на тему нового опыта и столкнуться с тем, что он окажется совсем не таким, как мы себе представляли. Это зона чистого творчества, полная непредсказуемости и неожиданных открытий, как приятных, как и обескураживающих.

Прежде чем мы с вами двинемся дальше в нашем путешествии, предлагаю вам исследовать своё собственное Окно Джохари на бумаге, а если в вас есть много смелости, сделать эту практику в паре с тем, кого вы любите и уважаете. Или сделать это с профессионалом, работающим в гуманистическом подходе.

Окно Джохари обратило внимание людей на то, что перспектива и развитие существует там, где есть двое во взаимодействии, где есть самораскрытие в действиях и в словах, есть контекст и подтексты, которые влияют на то, что происходит в событийном плане.

Если быть последовательными, все мы рождаемся в зоне слепого пятна и неизвестного. Всё остальное обретается через эксперименты, тренировку и обратную связь от других, каждый из которых обладает собственным Окном Джохари.

И тут на нашу с вами научную сцену выходят сразу три последователя Джозефа Лафта и Харри Ингхама. Канадский психолог Сидни Джурард взял Окно Джохари и построил на его базе концепцию самораскрытия. Он научно доказал, что сокрытие информации, раздувание Скрытой зоны, той самой, где лидеры прячут своего внутреннего самозванца, где обычные люди уходят в состояние «реки под камнями», является колоссальным источником хронического стресса, соматических заболеваний и психологического паралича. Джурард утверждал, что человек может стать по-настоящему здоровым и суверенным, только если у него хватает мужества делать своё «Я» прозрачным для Другого.

Чарльз Хэнди, выдающийся ирландский философ менеджмента и теоретик организационного развития, исследователь темы корпоративной культуры, преобразовал Окно Джохари в метафору «Дома с четырьмя комнатами». Он говорил о том, что в каждой организации есть Арена – то, что организация знает о себе и что о ней знают клиенты и рынок, и Слепая зона – то, что видят сотрудники и клиенты, но не замечает руководство, например, поведение отдельных людей в коллективе, о которых не знает гендиректор. В организациях также есть Скрытая зона – то, что руководство знает, но скрывает от сотрудников, и Неизвестное - скрытый потенциал организации, неожиданные кризисы или инновационные идеи, которые еще никто не сформулировал.

Вслед за ними Эми Эдмондсон из Гарварда, исследуя медицинские бригады, обнаружила парадокс, который развил и подкрепил идеи, порожденные Окном Джохари, и привел к рождению научной концепции психологической безопасности. В своем исследовании Эдмондсон обнаружила, что лучшие команды медиков сообщали о большем количестве ошибок. Оказалось, что дело было вовсе не в том, что они ошибались чаще. Они просто не боялись об ошибках говорить.
 
В бригадах с низкой психологической безопасностью медики скрывали ошибки из-за страха наказания, что приводило к гибели пациентов. В лучших командах люди были уверены в том, что команда не отвергнет и не накажет кого-либо за высказывание своего мнения.

Благодаря именно таким людям, тем, кому не всё равно, тем, кто готов видеть в других потенциал, а не ограничения, и инвестировать в них своё внимание, становится возможным чудо трансформации живых из «гадких утят», «бестолочей» и «серых мышей» в гениев и творцов новых миров.


Рецензии