Абаканский пасьянс

Абаканский пасьянс

8 августа 2026 года SHAMAN выступил на стадионе «Саяны» в честь 95-летия Абакана. Во время исполнения песни «Братья-славяне» он спустился к зрителям. Фэны так активно потянулись за рукопожатиями, что металлическое ограждение не выдержало напора и рухнуло. Артист увернулся, охрана вернула барьер на место, концерт продолжился. Позже SHAMAN объяснил инцидент «сильными эмоциями». А депутат Верховного Совета Хакасии Олег Иванов потребовал от мэра Алексея Лёмина публично извиниться и вернуть горожанам деньги за билеты, заподозрив, что вместо живого исполнения была фонограмма.

***

Кабинет мэра Абакана. На столе – три папки. На одной написано «Ремонт ограждения», на второй – «Возврат билетов», на третьей – «Нервный срыв». Мэр сидит в кресле, смотрит на эти папки, и у него дёргается глаз.

В кабинет заходит депутат.
– Господин мэр, я вам официально заявляю. Либо вы возвращаете деньги, либо я иду в суд. Люди платили за живой звук, а получили запись под фонограмму.
– Олег, – вздыхает мэр. – Какая фонограмма? Он увернулся, дыхание не сбилось. Это не фанера, это профессионал.
– Вот именно! – тычет пальцем депутат. – У профессионала дыхание должно сбиваться! А у него – как в студии. Я все миллисекунды проверил.
– А я весь концерт прослушал – не фанера это, сам пел!

Дверь приоткрывается. Заглядывает начальник местного отдела культуры.
– Господин мэр, тут это… юристы приехали. Говорят, ограждение мы сами сломали, потому что оно было ржавое.
Мэр закрывает глаза и медленно выдыхает через нос. У него начинает синхронно дёргаться второй глаз.

Заходят двое в чёрных пиджаках. Один – с папкой, второй – с калькулятором.
– Мы представляем интересы артиста, – говорит первый. – Ограждение не соответствует нормам безопасности. Мы требуем компенсацию за моральный ущерб. Наш клиент мог получить травму.
– Какую травму? – не выдерживает депутат. – Он даже не споткнулся!
– Психологическую, – невозмутимо отвечает второй, щелкая калькулятором. – Испуг. Представьте, каково это – когда на тебя падает металлическая конструкция и три человека на ней?!

Мэр смотрит на папки, потом на депутата, потом на юристов.
– Так. Стоп. Давайте по порядку. Ограждение ремонтировать за чей счет?
– За счет бюджета, – хором говорят юристы.
– За счет артиста! – перебивает депутат.
– За счет бюджета, – тихо говорит начальник отдела культуры. – Только у нас не осталось чека.
– Почему не осталось?!
– Потому что мы наняли иностранных рабочих. Так было дешевле.

В кабинете повисает пауза. Слышно, как в коридоре кто-то роняет кружку.

– А кто будет лечить нервный срыв у артиста и его поклонников? – спрашивает мэр.
– Какой срыв? – удивляется депутат.
– Ну, у тех, кто упал на ограждение, у них же нервный срыв от испуга.
– У них не срыв. У них восторг. Они до сих пор видео с падением в соцсетях выкладывают.
– И что? – не понимает мэр. – Если восторг, то лечить не надо?
– Не надо, – хором отвечают все.
– А с артистом что будем делать?!
– Ну, денег в бюджете всё равно не осталось… Может отправим его отдыхать на нашу турбазу?
Нервный тик мэра достигает апогея и рассинхрона.

Мэр берет первую папку, открывает, читает. Потом вторую. Потом третью. Закрывает все три и кладет сверху руку.

– Решение такое. Ограждение ремонтируем за счет бюджета, потому что это дешевле, чем судиться. Билеты не возвращаем, потому что концерт был живой. А нервный срыв у фэнов лечим не медикаментами, а автографами.
– Где мы возьмем автографы? – спрашивает начальник культуры.
– Пусть артист подпишет, пока отдыхать будет. Трудотерапия хорошее лекарство

Все переглядываются. Депутат открывает рот, чтобы возразить, но мэр поднимает руку.
– Всё. Совещание окончено. Следующий вопрос.

В коридоре, на стуле, сидит Шаман с бутылкой воды. Он слышал весь разговор. Мэр выходит, смотрит на него.
– Ну что, артист. Ручка, фотки, на турбазу?
– Можно, – пожимает плечами Шаман. – Мне не жалко. Только уберите с турбазы все ржавые ограждения. На всякий случай.

#байки_про_шамана