Памятник последнему поэту

     Памятник последнему поэту получился великолепный. Вдохновенное лицо, обращенное к небу, слегка взъерошенные волосы, непослушно выбившиеся из-под скуфейки, левая рука прижата к груди, у сердца, правая – протянута к незримому собеседнику.

     Памятник установили на набережной напротив сквера, на пересечении Веселой и Грустной улиц. Раньше они назывались Освободителей и Завоевателей, позже – Новаторов и Консерваторов. Скучать ему не приходилось. С утра до вечера мимо двигались люди – проходили, проезжали, пробегали влюбленные, спортсмены, скейтбордисты, велосипедисты и другая публика.

     Памятник облюбовали голуби и музыканты. Здесь назначали встречи, фотографировались молодожены, проводили экскурсии. Страдальчески морщась, экскурсовод отвечал на один и те же вопросы:

     - А почему у него такая странная шапочка и одежда?
     - Монах? Это кто?
     - А какое он написал последнее стихотворение?
     - Зачем вообще он писал стихи?

     Шли годы. Людей в сквере и на набережной становилось всё меньше. Им недосуг было выходить из квартир, в которых имелось всё необходимое для развлечений.
Теперь на набережной сплошным потоком передвигались робокурьеры различных габаритов и мастей. Деловито покачивая антеннами, как усиками, они нескончаемой вереницей катились за его спиной.

     В международный день поэзии к памятнику подлетел мэр.
     - Что это тут торчит? – недовольно вопросил он у своего помощника.
     - Малая архитектурная форма, инвентарный номер три Б сорок четыре альфа. По паспорту объекта, называется «Памятник Последнему Поэту».
     - Поэту? Это еще кто?
     - В картотеке не указано.
     - Что ж, надо снести его к чертям собачьим. А сюда воткнем терминал для подзарядки. Вон роботов-то сколько на набережной – тьма!

     Так бы и лишился город замечательного памятника, но помог, как всегда, случай. Главный компьютер на площади Александра Первого, что у памятника Освободителям Плевны, готовя прогноз на очередное тысячелетие, процитировал одну строку из стихотворения Последнего Поэта в обоснование необходимости преподавания поэзии в школах и вузах. А иначе, сказал, не выйти нам на новые рубежи, а тем паче никак не догнать и тем более не перегнать.

     И пошла писать канцелярия. Закрутились колеса-шестеренки государственные, помчали во все стороны шифрограммы, и, главное, Указ был принят подобающий.
Так что памятник и до сих пор стоит. Вот только, какая именно строка из какого именно стихотворения спасла положение, никому не ведомо. А вы как думаете?