Странная советская философия

Я прочел Э. Ильенкова -  “Диалектика абстрактного и конкретного в научно-

теоретическом мышлении” и другие тексты, поменьше. 

Я сделал  это - чтобы закрыть гештальт в плане знаний по истории философии - и в целом такого явления, как СССР. 

Иногда я читаю не художку - а именно вот такую жесткую философию - или это может быть физика или математика - в понятном для гуманитария виде.

Эти миры, - где вам не нужно следить или сопереживать за героями - настолько холодны, и рациональны - что я вообще там себя не узнаю... И как раз это и полезно. 

Ильенков... 

Сначала скажу о том положительном, что мне это дано. 

Да, это философия, это высокая философская и в целом гуманитарная культура. 

Очень подробно и много, с повторами (но это-то не проблема) говорит о Гегеле и особенно о Марксе, о Капитале.  Я много чего понял.

И еще - в эссе Космология духа (оно небольшое, вы можете его прочитать быстро, если вас не пугают слова диалектика и пр.) - он ставит вопрос о будущей гибели солнечной системы и вселенной  - и очень сильно пишет - что если материя уже однажды породила сознание, то и в будущем тоже породит. В рамках языка советской философии - это сильно. 

Бога нет. И единственное утешение - новый разум в далеком будущем. 

Я верю в Бога, но моя вера вообще не религиозная. Она по ту сторону религии и атеизма - а именно им был Ильенков. 

Так что - мы все равно все в одной лодке. 

Я думаю, это хороший философский ответ на вопрос о гибели мира и смерти человека. 

 

Но... но... 

Но - в моем впечатлении в целом о его трудах  - больше. 

Ведь он - один из крупнейших советских философов. 

За этим я и читал. 

Серьезно? 

Перепевы Гегеля и Маркса. 

Своего ничего создать не смогли?

Смогли.

Это Ленин. 

Его книгу - Материализм и эмпириокритицизм - я тоже читал, тоже специально. Интересно, кто сегодня хвалит Ленина - сами его читали?

Его книга - скучная и нетерпимая - к Богданову. 

Она дает образчик будущей мощной духовной цензуры и ярлыков. 

Да, Ильенков - интересен, иначе я бы и не прочел. 

В чем моя главная претензия? 

СССР -  и весь лагерь социализма - жил за железным занавесом. 

 И вот - философия пела в этом мире для своих свою философскую песню.

Никакого серьезного глубокого творчества.

Никакого поворота - к реальному бытию, к другому, к Богу (в самом широком его понимании).

Вместо этого - звон категорий Гегеля и Маркса.

На полном серьезе - смеется над философией Канта и называет его “моральным попом”, на полном серьезе - считает Ницше, Шопенгауэра и даже Сартра - не достойными опровержения.

И при этом - отдельные главы по Капиталу Маркса - как о новом откровении, как о Библии. 

В чем пафос советской философии - и вообще СССР?

С одной стороны, жесткий редукционизм, сведение всего к экономике,  а с другой, - вера в коммунизм. 

Отношение к Западу здесь ключевое. 

Мы - вышли из твоего Гегеля и Маркса, - но именно мы понимаем их - а главное тебя самого, мир Запада, - намного лучше. 

Вам ничего это не напоминает? 

Ненависть - преемственна. 

А слова, которые ее типа обосновывают, вообще другие. 

Не Бог, - а материализм. 

Главная черта пафоса СССР и его философии - это борьба. 

Борьба человека с природой. 

А главное - классовая борьба пролетариата.

Это и правда - нечто другое, чем традиционно занималась философия. 

СССР... 

Да, модернизация была неизбежна, но большевики проводили ее слишком жестко и нетерпимо. 

СССР - был звоном пафоса борьбы против капитализма. 

Ильенков был вынужден в это верить, у него не было другого духовного, интеллектуального пути. 

Но СССР исчез - и это было закономерно. 

Осталась пустыня - из взорванных дворцов и закрытых храмов. 

Из людей, которые не работали и пили. 

И памяти о Сталине. 

Запад победил. 

Пусть это его и не оправдывает.

Главное, что Россия стала свободной.   

И все вы, ностальгирующие по СССР, - живете уже в новой России. 

 

Да,  Ильенков философ. 

Но муза философии слишком часто от него отлетала. 

Когда мы с вами читаем Марка Аврелия - 2000 лет нам не мешает. 

А с ним мешает. 

И это при том, что он жил в прошлом веке, был почти нашим современником. 

 

 

 

 

 

2 ноября 2026 года,

Петербург