Незнайка 26. Часть 2я. Путешествие в Зелёный город

Часть вторая
          
          ПУТЕШЕСТВИЕ  В  ЗЕЛЁНЫЙ  ГОРОД

 
Глава 26
Начало пути

Незнайка упивался скоростью. Ему казалось, что снегоход летит по снежному белому полю ну прямо, как птица в небе. Ветер бил в лицо и холодил щёки.  «Надо было шапку завязать», – подумал Незнайка. Он обернулся и крикнул Гуньке:
– Гунька! Ты меня слышишь?
– Конечно, слышу! – откликнулся Гунька. – Чего орёшь?
– Ты мне шапку держи, а то сдует!
Незнайка, конечно, шутил. Гунька на багажнике сам еле держался. Хоть поле было и ровное, снегоход на большой скорости всё-таки болтало и подбрасывало.
– Завязывать шапку надо было, – сказал Гунька, теснее прижимаясь к Незнайке. – Мне теперь твои шнурки все глаза выбьют!
– Это не шнурки, Гунька. Это завязки!
– Завязки для того и есть, чтобы их завязывать. Откуда они у тебя появились? Их же у тебя не было!
– А я пришил!
– Когда пришил?
– А вот как ехать собрались, так и пришил.
– Не надо было, – заметил Гунька.
– Почему?
– Не повезёт! Примета такая: перед дорогой ничего пришивать нельзя! Даже пуговицу.
– Ишь ты! А я и не знал! Ничего, Гунька, приметы – это пережиток. Ты в приметы не верь!
Тут снегоход так тряхнуло, что Гуньку даже подбросило, и он чуть было мимо багажника не приземлился.
– Ты вот что, – заворчал он, – ты поменьше оглядывайся, а то я потеряюсь. Если ты ещё раз оглянешься, я тебе по затылку настучу! Так и знай!
– Если я оглянусь, – сказал Незнайка, не оглядываясь, – ты мне по затылку не попадёшь. Разве что по лбу!
– Ничего! Я тебя по макушке бить буду!
Незнайка сказал беззлобно:
– И какой же ты, Гунька, ворчун стал! Хуже Ворчуна. То ему не так, то не этак…
– А вот я посмотрю, как ты сам на багажнике поедешь, – ответил Гунька.
Незнайка помолчал немного, потом снова заговорил:
– Знаешь, Гунька… Мне почему-то кажется, что всё это со мной уже было когда-то. Как во сне…
– Конечно, было, – согласился Гунька. – Ты ведь в Зелёный город уже на шаре летал. Это со мной пока ничего не было.
Незнайка задумался и больше не разговаривал. Они долго ехали молча.
Скоро снегоход домчал их до Мурашкиной горы. Здесь Незнайка свернул на речку и поехал по льду. Лёд был ровный, и Незнайка прибавил скорость. Но Огурцовая речка часто петляла и вела в сторону от карьера. Пришлось снова по полю ехать.
Солнышко быстро садилось за горизонт. Когда заехали в лес, сразу стало заметно темнее. Скорость Незнайка опять сбавил, чтобы на дерево не налететь. Ехать по лыжне не было никакой возможности, потому что лыжня была протоптана очень близко к деревьям. Незнайке пришлось прокладывать новый маршрут. Наконец они подъехали к карьеру и остановились на краю обрыва.
Внизу было уже совсем сумрачно, почти темно. В окне сторожки теплился угольком ласковый огонёк.
– Может, прямо с обрыва съедем? – предложил Незнайка, вовсе не собираясь этого делать. Просто он хотел Гуньку попугать.
– Ну уж нет! Костей не соберёшь! – сказал Гунька. – Съезжай, если хочешь, а я уж так спущусь, самым надёжным способом…
– Да ладно, вокруг объедем, – успокоил его Незнайка. – Я пошутил. Теперь торопиться некуда.
Они объехали карьер, нашли дорогу, которая вела вниз, и Незнайка, притормаживая, стал спускаться. Спуск в карьер был не так крут, как его обрывистые края, но Гуньке всё равно было жутковато, и он решил, что если, не дай бог, тормоза откажут, то он сразу спрыгнет в сугроб. Хорошо ещё, что рыхлый свежий снег замедлял движение. Снегоход сильно проваливался, и потому ехал медленно, увлекая за собой маленькую снежную лавину – поскольку в карьере снега было особенно много.
– Я думал, Морковку совсем занесёт, – сказал Незнайка. – Кажись, не занесло.
Морковка услышал шум мотора и вышел посмотреть, кто это к нему в гости пожаловал. Когда друзья подъехали ближе, он спросил:
– Вы куда это на ночь глядя?
– Пусти, дед, переночевать, – попросился Незнайка. – Мы в Зелёный город поехали.
– Чего ж не переночевать, – сказал дед Морковка, – переночуем. Милости прошу. Места всем хватит. Ставьте свой драндулет и заходите. Первый раз вижу, чтоб зимой на мотоцикле ездили! Ладно, я пойду чайку подогрею.
– Рюкзаки будем заносить? – спросил Гунька Незнайку.
– Возьми один, а второй пусть в багажнике лежит, ничего ему там не сделается.
– А если волки жратву съедят? – сказал Гунька, пугливо оглядываясь.
– Волков здесь нет, кажется, – сказал Незнайка и тоже оглянулся.
– А медведей? – спросил Гунька.
– Это ты у деда спроси. Пошли давай, что-то меня ноги не держат.
– Это с непривычки, – объяснил Гунька. – Тебя Снежана Июльевна что-то давно в угол не ставила. Ты форму и потерял. А я хоть бы что!
Они зашли в морковкину хижину. Там было так тепло, светло и уютно, что Гунька сразу сомлел. Он положил рюкзак у ног и стал зевать.
– Что-то спать хочется, – сказал он.
– Промёрз поди, вот в тепле в сон и клонит, – сказал дед Морковка.
– Да нет, вроде не замёрз, – Гунька стал раздеваться. – Мне в этом тулупе хоть на Северный полюс ехать можно.
– Ты где его взял? – спросил Незнайка, тоже позёвывая.
– У Пимокаткина.
– Ну, ты и реактивный… Успел же сбегать! Слушай, дед, я, пожалуй, тоже спать лягу!
– Ну вот… А я чай поставил.
– Утром попьём… Там в рюкзаке разные вкусные штуки лежат, ты, дед, угощайся. Не стесняйся… Гунька, это чей рюкзак?
– Твой. Не видишь, что ли?
Гунька, несмотря на то, что одежды на нём было больше, чем на Незнайке, уже разделся и лез на нары. Он, конечно, занял нижнее место, и Незнайке пришлось наверх залазить.
– Там колбаска есть… котлетки… – успел Незнайка деду сказать.
И уснул.
А когда проснулся, в заиндевелом окошке на морозных узорах уже искрилось солнышко. Печь весело потрескивала горящими поленьями, только что вскипевший чайник стоял на столе, а на плите в алюминиевой кастрюльке бурлило и булькало какое-то варево. Пахло от кастрюльки вкусно, запах осязаемо плавал по всей избушке и Незнайке даже показалось, что запах этот можно рукой потрогать.
Дед был занят своим обычным занятием: подкидывал дрова в печку.
– Эй, дед! – окликнул его Незнайка. – Ты чего нас не будишь?
– А чего вас будить, – ответил дед, – если вы уже и сами проснулись?
Незнайка свесил вниз голову и посмотрел на Гуньку. Гунька ещё посапывал.
– Подъём! – заорал Незнайка. – Стройся в шеренгу по два!
Дед Морковка от неожиданности полено себе на ногу уронил. Гунька подхватился, хотел сесть и так трахнулся головой о доски, на которых лежал Незнайка, что Незнайку даже подкинуло. На удар головой о нары Гунька внимания не обратил, зато сразу, как флюгер по ветру, потянулся носом к кастрюльке.
– Люблю попутешествовать, особенно поесть! – сказал он. – Страсть, как жрать хочется!
– Умывайтесь, да и есть будем! – откликнулся дед. – У самого кишки подвело.
– Я что-то умывальника не вижу, – завертелся Гунька. – Дед, где умывальник?
– А там же, где все удобства, – объяснил дед. – На дворе.
– Умывальник на дворе?! – удивился Гунька. – Вода же замёрзнет!
– Ты вперёд посинеешь, – сказал дед. – Чё ей мёрзнуть, когда она и так замороженная? Кто же зимой водой умывается? На дворе снега полно. Лучше всякой мочалки продерёт.
– Не пойду, – заупирался Гунька. – Я для снега незакалённый! Пусть Незнайка снегом умывается, он привык зимой в фонтане купаться!
Но Незнайка его на улицу всё-таки вытолкал. Они умылись снегом, взбодрились и с аппетитом позавтракали. Гуньке начало нравиться путешествие.
– Что-то я не пойму, – сказал Незнайка, – мы, вроде, на голые доски спать ложились. А я на шубе проснулся.
– На моей, – уточнил Гунька.
– Тебе что, тулупа мало? Дед, ты, что ли, подложил?
– А кто же ещё? Думаешь, леший позаботился?
– Спасибо, дед! – поблагодарил Незнайка. – Только я всё равно не пойму, как под спящего Гуньку можно тулуп подложить?
– А запросто, – объяснил дед, не особенно вдаваясь в подробности. – Так же, как под тебя шубу.
Пришлось довольствоваться услышанным.
– Ну что, Гунька, – сказал Незнайка, – ехать пора!
– Пора, так пора, – согласился Гунька, – поехали. Вот только бы на багажник какие-то крепления приспособить, как на лыжи. А то того и гляди, потеряешься.
– Не потеряешься, – успокоил Незнайка, – я тихо поеду.
– Я, может, и не потеряюсь, – опять покладисто согласился Гунька. – А вот за тебя поручиться не могу. Ты не забыл, что мы по очереди рулить собирались?
Незнайка задумался.
– Как же на багажник крепления приспособить? Может, ремешком ноги прикручивать? Как коньки к валенкам…
– У меня старые калоши есть, – сказал дед Морковка. – Багажник ведь у вас деревянный?
– Багажник железный, а крышка деревянная, из толстой фанеры.
– Так прибейте к ней калоши, вот вам и крепление!
– Всё гениальное просто! – обрадовался Незнайка. – Молодец, дед! Ты у нас прямо рационализатор. Давай скорее свои калоши!
Друзья прибили калоши к багажнику, вытолкали снегоход наверх и поехали дальше.