Прозрение

                «ПРОЗРЕНИЕ»

                (пьеса в двух действиях)

                Посвящается Брайану Джонсону,

                решившему сделать бессмертным

                своё бренное тело.

                ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

1).Максим Ильич, 47 лет, бизнесмен;

2). Сергей, его друг, такого же возраста;

3).Секретарь, мужчина лет 55;

4). Первый врач;

5). Второй врач;

6).Грек-целитель;

7). Экстрасенс;

8). Бабка-травница;

9).Старик-провидец;

10). Первый Журналист;

11). Второй журналист.

Массовка: другие журналисты и люди, пришедшие на пресс-конференцию.

Между первым и вторым действием проходит неделя (7 дней).

ДЕЙСТВИЕ 1

Комната. В ней стоит роскошная кровать, дорогой шкаф, фешенебельный диван и большая красивая тумбочка с зеркалом. По комнате нервно ходит Максим Ильич. Затем он останавливается, подходит к зеркалу и смотрится в него.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Ах! Как ужасно, что узнал

Вчера я. Весть совсем плохая!

Бессмертной жизни идеал

Недостижим! Теперь я знаю.

А я хотел его достичь.

И прилагал к тому усилья.

Недуг смертельный, словно бич,

Подрезал мне внезапно крылья.

Надежду отнял и покой.

И мысли мрачные внушил.

Лишив меня последних сил.

Я понял, что пока живой,

Страдать я буду ежечасно.

Морально и от болей в теле.

Теперь мне стало всё уж ясно.

Хотя врачи сокрыть хотели

Всю эту правду от меня.

Чтоб деньги дальше получать.

Не удалось! Всё понял я!

Мой ум помог мне всё понять.

(Максим Ильич замолкает, отходит от зеркала и снова нервно ходит по комнате. Затем останавливается, задумывается, а потом продолжает свою речь.)

Мне сорок семь. Я умираю.

Но почему? Не понимаю.

За телом я своим следил.

Берёг усиленно, ценил.

Полезную я пищу ел.

И вёл здоровый образ жизни.

Быть молодым всегда хотел.

Считал, что опасенья лишни.

Кто хочет жить, — тот будет жить!

И будет вечно молодым!

Старение остановить

Желал я. Над вопросом сим

Я очень долго размышлял.

И, мне казалось, путь избрал

К бессмертию ведущий. Ах!

Как ошибался я! И крах

Меня постиг! Да, да! Постиг!

Будь проклят этот страшный миг,

Когда узнал, что умираю!

Себя я тоже проклинаю.

Ведь я наивным был таким!

Считал, что буду молодым

Я вечно. И бессмертным стану.

А между тем: умру я рано.

Сто лет мне даже не прожить!

Ах! Что же делать? Как мне быть?

Ну, может, изменить возможно

Хоть что-нибудь? Ведь деньги есть!

И так их много, что не счесть!

Но и за деньги будет сложно

Путь исцеления найти.

Попробовать, конечно, можно.

Не должен просто я уйти.

С концом ужасным согласиться.

С болезнью надобно мне биться!

Тогда она отступит, может.

Для этого мне делать что же?

(Максим Ильич замолкает и задумывается. Потом снова начинает нервно ходить по комнате и рассуждает вслух.)

Начну, пожалуй, я с того,

Что вызову секретаря.

Ему дам порученье я.

Хочу я попросить его

Дать объявление скорей,

Что я ищу тех лекарей,

Которые меня спасут,

Излечат, в норму приведут.

Чтоб мог я жизнью наслаждаться.

Своею жизнею. Земной.

Получат лекари богатство.

А я — здоровье и покой.

Займусь сейчас же этим делом!

(кричит) Эй, секретарь! Скорей сюда!

(Секретарь приоткрывает дверь и заглядывает в кабинет.)

СЕКРЕТАРЬ: Меня вы звали, шеф?

МАКСИМ ИЛЬИЧ (кивая): О, да!

Входите же! Входите смело!

(Секретарь робко входит в комнату и смотрит на Максим Ильича.)

Не бойтесь! Вас ругать не буду!

Хочу, чтоб совершили чудо.

СЕКРЕТАРЬ: Я — не волшебник, шеф.

МАКСИМ ИЛЬИЧ (спокойно): Я знаю.

Но вас им стать я призываю.

СЕКРЕТАРЬ: Ах! Не могу я вас понять.

Прошу точнее объяснять.

Что от меня вы, шеф, хотите?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Хочу, чтоб вы мне помогли.

Достойных лекарей нашли.

Вы объявление дадите

Везде, где можно только дать.

СЕКРЕТАРЬ: В газеты?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Да. Во все газеты.

А также — и по интернету.

И в них должны вы указать,

Что срочно лекарей ищу.

И хорошо им заплачу,

Коль вылечат они меня.

Вы поняли?

СЕКРЕТАРЬ (кивая): Да. Понял я.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Тогда не медлите! Идите!

И выполняйте поскорей!

Ну, а ко мне вы позовите

Моих служебных лекарей.

СЕКРЕТАРЬ: Двоих позвать мне?

МАКСИМ ИЛЬИЧ (поясняя): Да. Двоих.

Мне срочно нужно видеть их.

СЕКРЕТАРЬ: Всё понял, шеф. И всё исполню.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Ну, хорошо. Вас отпускаю.

(Секретарь уходит. А Максим Ильич снова задумывается.)

А сам решу, что мне сегодня

Ещё бы сделать. Ведь желаю

Болезнь скорее победить,

Здоровым и счастливым стать.

Итак, что должен предпринять?

(Максим Ильич снова задумывается, а потом продолжает свою речь.)

Мне другу нужно позвонить.

И попросить его совета.

Он путешествует сейчас.

И в Азии с женою где-то.

Судьба разъединила нас

Три месяца назад. И я

Скучаю сильно по нему.

Опорой был он для меня.

Его советы потому

Так ценны! Позвоню скорей!

(Максим Ильич достаёт телефон, набирает номер и говорит в трубку.)

Привет, мой друг! Как ты, Сергей?

Как путешествия твои?

Ты хорошо проводишь дни?..

А я, друг, сильно заболел.

Осталось мало. Умираю.

Совета я просить хотел.

Ведь, что мне делать, — я не знаю…

Что говоришь?..Ты возвратишься?

И мне поможешь?.. Буду ждать!

Со мной хотя бы ты простишься,

Коль не смогу здоровым стать

И победить болезнь, Сергей!

Ну, приезжай, мой друг, скорей!

(Слышен громкий стук в дверь. Максим Ильич выключает телефон.)

Стучат… Открыта дверь! Входите!

(Первый врач приоткрывает дверь и робко смотрит на Максима Ильича.)

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Максим Ильич! Вы разрешите?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Входите! Я же вам сказал.

(Врачи входят в комнату и осматриваются.)

ВТОРОЙ ВРАЧ: Вы звали нас?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Да. Я вас звал.

Садитесь. Разговор ведь есть.

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Мы постоим. Для нас ведь честь

Стоять пред вами!

МАКСИМ ИЛЬИЧ (резко): Нет! Садитесь!

ВТОРОЙ ВРАЧ: Ну, хорошо. Мы выполняем.

Здесь, на диванчике, присядем.

(Врачи садятся на диван рядом друг с другом.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Со мною тотчас объяснитесь

По поводу такому вы:

Я умираю. Вам известно.

И не сносить вам головы,

Коль вы не скажете мне честно,

Кто в том виновен. Говорите!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Ах! Успокойтесь! Не кричите,

Максим Ильич! Зачем кричать?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Извольте тотчас отвечать!

Виновен кто, что умираю?

И что дела мои так плохи?

Ну, говорите!

ВТОРОЙ ВРАЧ (вздыхая): Я не знаю.

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: И я не знаю. Мы — не Боги!

ВТОРОЙ ВРАЧ: Не можем этого мы знать!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Зачем же было убеждать,

Что я смогу достичь бессмертья?

Зачем то делали? Ответьте!

Чтоб деньги получать с меня?

А я вам верил! Верил я!

И кровь вы мне переливали.

И витамины мне давали.

И гены разные вводили.

И пищей правильной кормили.

Омолодив лицо и тело.

Но умираю я! В чём дело?

Ну, что молчите? Отвечайте!

Как это всё произошло?

И почему не помогло

Леченье ваше? Не скрывайте!

Хочу я правду всю узнать!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Не знаем даже, что сказать…

ВТОРОЙ ВРАЧ: Наш результат ведь налицо.

Вы стали молоды, красивы!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: И тело ваше, и лицо —

Двадцатилетние, на диво!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: То — внешняя лишь оболочка.

Внутри же «рак» меня съедает.

Одна уже погибла почка.

Теперь другая погибает.

Как сей процесс остановить?

Ведь мне осталось мало жить!

Ну, говорите! Умоляю!

ВТОРОЙ ВРАЧ (тяжело вздыхая):Не знаю я.

ПЕРВЫЙ ВРАЧ (виноватым голосом): И я не знаю.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Тогда зачем вы убеждали,

Что я смогу бессмертным стать?

Контракт со мною подписали.

Усилья стали прилагать,

Чтоб стал я снова молодым.

Все обещанья ваши — дым,

Обман, иллюзия. Не больше!

Ну, возразите мне! Ах, что же

Молчите вы? Не понимаю.

Я вас к ответу призываю!

ВТОРОЙ ВРАЧ: Максим Ильич! Вы не кричите!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: И правильно вы нас поймите.

Ведь обещания все наши

Не стали призрачными. Нет!

ВТОРОЙ ВРАЧ: Моложе стали вы и краше.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Да, это так. Намного лет

Я стал моложе. Ну, и что?!

Но я бессмертья не достиг!

А молодость одна — ничто.

Ведь близится последний миг.

Что толку в том, что молодым

Умру я? С шёлковою кожей.

Красивым. Стройным. Не седым.

Ну, в чём мне молодость поможет?

Вы мне бессмертье обещали.

Ну, что молчите? Вы же лгали!

А я так мучился, страдал!

И в кислородной маске спал.

И всех микробов опасался.

И с женщинами не встречался.

И алкоголя я не пил.

На вечеринки не ходил.

В уединеньи оставался.

И многих радостей лишался.

Зачем то было? Говорите!

Я объяснений жду от вас.

Ну, не молчите! Не молчите!

Иначе вас убью сейчас!

(Максим Ильич достаёт пистолет и направляет его на врачей. Те в страхе встают с дивана и не знают, что им делать дальше.)

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Максим Ильич! Ну, хватит! Стойте!

Вы успокоиться извольте!

ВТОРОЙ ВРАЧ: Оружием махать не надо!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Тогда со мною объясняйтесь!

Ведь я хочу узнать всю правду.

Вы лгали мне! И в том сознайтесь!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Нет! Мы не лгали вам! Поверьте!

Считали, что достичь бессмертья

Вы сможете!

ВТОРОЙ ВРАЧ (поясняя): И в том помочь

Мы очень-очень вам хотели!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ (вздыхая): Но сделать это не сумели.

ВТОРОЙ ВРАЧ: Простите нас!

МАКСИМ ИЛЬИЧ (резко): Идите прочь!

Вон убирайтесь! Или я

Себя уж сдерживать не буду!

И застрелю вас! Это — худо.

Для вас, врачи. И для меня.

Идите же! Вас отпускаю!

Не бойтесь! В спину не стреляю.

Я — не подлец. И не мошенник.

Хотя имею много денег.

Могу вас сам не убивать.

А просто киллера нанять.

Но делать этого не стану.

Пускай Всевышний судит вас.

Вон убирайтесь, шарлатаны!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Да, да. Уходим мы сейчас.

(Врачи пятятся задом к двери, со страхом смотря на Максима Ильича, который продолжает держать в руках пистолет, направленный на врачей.)

ВТОРОЙ ВРАЧ: Ещё раз просим нас простить!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Мы искренне помочь желали!

ВТОРОЙ ВРАЧ: Не надо зла на нас таить!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Мы понимаем, вы в печали

Находитесь, Максим Ильич.

Расстройство ваше — это бич!

ВТОРОЙ ВРАЧ: Вы с силами должны собраться.

И победить болезнь стараться!

Мы можем в этом вам помочь.

МАКСИМ ИЛЬИЧ (резко): Не надо! Уходите прочь!

Я больше вам не доверяю.

Избавиться от вас желаю!

Я вас уволил. Уходите!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Да, да. Уходим. Не кричите!

ВТОРОЙ ВРАЧ: Прощайте же, Максим Ильич!

ПЕРВЫЙ ВРАЧ: Коль вылечитесь, — нас зовите!

ВТОРОЙ ВРАЧ: Бессмертия мы вам достичь

Тогда поможем!

МАКСИМ ИЛЬИЧ (грозно): Уходите!

Насмешек я не потерплю!

Коль не уйдёте, — застрелю!

Вон убирайтесь!

ВРАЧИ (в один голос, с большим страхом): Всё! Уходим!

(Врачи спешно выходят из комнаты и закрывают за собой дверь.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Ушли они. Закрылась дверь.

Как сильно я устал сегодня!

И не могу уже теперь

Что-либо делать…

(Слышен громкий стук в дверь. Максим Ильич смотрит на дверь.)

Ах! Стучат!

(громко) Открыта дверь. Прошу, входите!

(дверь открывается, и входит секретарь.)

СЕКРЕТАРЬ: Максим Ильич! Вы разрешите?

Я сообщить вам очень рад,

Что лекарей нашёл я вам.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Так быстро?

СЕКРЕТАРЬ (поясняя): Да. Ведь в интернете

Дал объявления я эти.

Потом звонки я принял сам

От этих лекарей. Они

Спасти от смерти вас должны.

И ждут за дверью. Их позвать?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Зовите! Но не сразу всех.

По одному их принимать

Я буду.

СЕКРЕТАРЬ (кивая): Понял. Первый — грек.

В России он совсем недавно.

Но помогает людям славно.

Целительством ведь занят он.

Им не один клиент спасён!

Он обещал спасти и вас.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Зовите же его тотчас!

(Секретарь открывает дверь, и обращается к греку-целителю.)

СЕКРЕТАРЬ: Входите! Шеф вас принимает.

И поскорей! Ждать не желает!

(В комнату входит Грек-целитель и обращается к Максиму Ильичу. А секретарь тем временем уходит и закрывает за собой дверь.)

ГРЕК-ЦЕЛИТЕЛЬ: Ну, здравствуйте, Максим Ильич!

Я не преминул к вас явиться,

Узнав о том, что хвори бич

Терзает вас, и исцелиться

Не можете вы от него.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Да, это так. Недуг смертелен.

Не помогает ничего.

Я победить его нацелен.

Но как? Совсем не представляю.

ГРЕК-ЦЕЛИТЕЛЬ: Я хорошо вас понимаю.

И помогу вам в этом деле.

МАКСИМ ИЛЬИЧ (недоверчиво): Ужель, излечите меня?

ГРЕК-ЦЕЛИТЕЛЬ: Да. Излечу вас точно я.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Чтоб за услугу вы хотели?

ГРЕК-ЦЕЛИТЕЛЬ: Богатство ваше. Половину.

То — справедливо, полагаю.

Ведь вас от смерти я спасаю.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: А если вдруг неэффективной

Окажется услуга ваша?

И не поможет мне она?

ГРЕК-ЦЕЛИТЕЛЬ: Того не может быть! Должна

Она помочь вам. Больше даже:

Не только вас она спасёт,

Но снова к жизни вам вернёт

Вкус превосходный, ободрит,

Энергией вас зарядит

На годы долгие…

МАКСИМ ИЛЬИЧ (перебивая): Скажите:

Чем излечить меня хотите?

Как будете вы делать это?

ГРЕК-ЦЕЛИТЕЛЬ: Целитель — я. И дар мне дан.

Но не раскрою вам секреты.

МАКСИМ ИЛЬЧ: А, может, это всё — обман?

ГРЕК-ЦЕЛИТЕЛЬ: Нет. Не обман. Вы убедитесь,

Когда от хвори исцелитесь.

Вы мне довериться должны.

Что я скажу, — всё исполнять.

И будете вы спасены!

Могу гарантию вам дать.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Каков же будет наш расчёт?

Хотите деньги вы вперёд?

Иль, может, после получить?

ГРЕК-ЦЕЛИТЕЛЬ: Должны сначала заплатить

Вы за спасение своё!

Потом я буду делать всё,

Чтоб вас спасти!

МАКСИМ ИЛЬИЧ (твёрдо): Понятно. Что ж,

Хочу сказать я вам одно:

Меня совсем не проведёшь!

Я умным стал уже давно.

И понимаю ваши цели.

Нажиться вы на мне хотели.

Но не удастся вам, поверьте,

На мне нажиться! Уходите!

Вы не спасаете от смерти!

А лишь богатства вы хотите!

И мне теперь всё стало ясно.

Я не желаю слушать вас!

Не расточайте слов напрасно!

Покиньте вы меня тотчас!

ГРЕК-ЦЕЛИТЕЛЬ: Неужто, гоните меня?

Да вы не поняли совсем!

Спасти могу вас только я!

От помощи моей зачем

Вы отказались?

МАКСИМ ИЛЬИЧ (резко): Вон, мошенник!

Моих ты не получишь денег!

И, как бы ни старался ты, —

Тебе не верю! Уходи!

Иль застрелю тебя!

(Максим Ильич достаёт пистолет и направляет его на грека-целителя.)

ГРЕК-ЦЕЛИТЕЛЬ (в страхе): Не надо!

Я ухожу уже! То — правда!

Вы не стреляйте! Вас прошу!

Я ухожу! Я ухожу!

(Грек-целитель задом пятится к двери, со страхом смотря на Максима Ильича.

Затем он спешно открывает дверь и выбегает из комнаты, не закрывая дверь.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ (кричит): Эй, секретарь! Ко мне сейчас

Другого лекаря впустите!

Ведь грек — мошенник!

СЕКРЕТАРЬ (в приоткрытую дверь): Понял вас!

Впускаю!

(Секретарь оборачивается и обращается к экстрасенсу.)

К шефу проходите!

(В комнату входит экстрасенс и обращается к Максиму Ильичу.)

ЭКСТРАСЕНС: Приветствую, Максим Ильич!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: И вам — приветствие моё!

ЭКСТРАСЕНС: По интернету брошен клич:

Кто вас спасёт, — получит всё,

Что пожелает!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Это — так.

Но знать должны, я — не дурак!

Меня обманывать не надо!

Я всё равно узнаю правду.

И вас тотчас же прогоню.

А, может быть, — и застрелю!

(Максим Ильич достаёт пистолет и показывает его экстрасенсу.)

ЭКСТРАСЕНС (невозмутимо): Я сам обманов не терплю!

И правду говорю одну.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Вы — кто?

ЭКСТРАСЕНС (поясняя): Я — экстрасенс известный.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Понятно. Ну, скажите честно:

Спасти вы можете меня?

ЭКСТРАСЕНС: Узнать сначала должен я,

Чем вы больны.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Болезнью почек.

Неизлечимою. Смертельной.

Предписан мне режим постельный.

И боли уж терпеть нет мочи.

Спасти вы можете меня?

ЭКСТРАСЕНС: Попробую то сделать я.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: А образом каким?

ЭКСТРАСЕНС (поясняя): Я вам

Свою энергию отдам.

Не всю, конечно. А частично.

Чтоб дальше продолжали жить.

И в форме были бы отличной.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: А сколько должен заплатить

За это вам?

ЭКСТРАСЕНС: О! Очень много!

Ведь вам энергию свою

Я добровольно отдаю!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Конкретнее! Хотите сколько

Вы за свою услугу?

ЭКСТРАСЕНС (поясняя, твёрдо): Всё!

Что вы имеете сейчас!

МАКСИМ ИЛЬИЧ (удивлённо): Всё состояние моё?

ЭКСТРАСЕНС: Да, всё!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Ну, аппетит у вас!

А я, что ж, должен нищим стать?

ЭКСТРАСЕНС: Должны вы сами то решать.

Иль будете живым и нищим.

Иль богатейшим мертвецом.

Зачем вам деньги? Ведь с концом

Не нужно ничего! Не пища.

Ни кров. Ни что-либо другое.

А нищим станете, — судьбою

Своею будете рулить.

И сможете опять нажить

Вы состояние большое.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: На сколько лет мне жизнь продлите?

Прошу вас, правду говорите!

ЭКСТРАСЕНС: На десять лет. От вас не скрою,

Энергии, что вам отдам, —

На десять лет лишь хватит вам.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Как мало! Только десять лет!

А я бессмертным стать хотел!

ЭКСТРАСЕНС: О! На Земле бессмертья нет!

Смерть — всех живых существ удел!

Её никто не превозмог.

Бессмертен в мире только Бог!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Да. К сожалению. Скажите,

Вы деньги получить хотите

Заранее иль после?

ЭКСТРАСЕНС (не задумываясь): Сразу!

Я не желаю ждать и часа!

Контракт уж подготовлен мной.

(Экстрасенс достаёт из дипломата контракт и показывает его Максиму Ильичу.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Оперативный вы какой!

Ну, прочитать его мне дайте!

(Экстрасенс протягивает Максиму Ильичу контракт.).

ЭКСТРАСЕНС: Возьмите! Время не теряйте!

Когда прочтёте, — подпишите!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Указывать не надо мне!

Я сам решу всё!

ЭКСТРАСЕНС (соглашаясь): Да. Решите.

Но помните всегда о дне

Последнем, что не за горами.

Ведь на исходе ваши силы.

И ожидает вас могила.

Решенье обо всём — за вами!

Вы можете всё изменить.

И жизнь на десять лет продлить!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: И вам отдать всё состоянье!

Такое ведь у вас желанье?

ЭКСТРАСЕНС: То — справедливейший обмен!

Ведь я энергию свою

Вам добровольно отдаю.

А вы — богатство мне взамен.

(Максим Ильич просматривает контракт, а затем — возвращает его экстрасенсу.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Я прочитал. Не подпишу!

И вас уйти сейчас прошу!

ЭКСТРАСЕНС: Но почему? Не понимаю.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Обманутым быть не желаю!

Хотите вы на мне нажиться.

В контракте вашем говориться,

Что я обязан всё отдать,

А после — исцеленья ждать.

Так не пойдёт! Прошу, уйдите!

ЭКСТРАСЕНС: Не торопитесь! Подождите!

Подумайте ещё!

МАКСИМ ИЛЬИЧ (резко): Не буду!

Пошёл отсюда вон, Иуда!

Иначе — пристрелю тебя!

(Максим Ильич берёт пистолет и направляет его на экстрасенса. Тот в страхе пятится задом к двери.)

ЭКСТРАСЕНС: Не надо! Ухожу уж я!

Вас умоляю, не стреляйте!

Я ухожу уже! Прощайте!

(Экстрасенс выходит из комнаты и не закрывает за собой дверь.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ (кричит): Эй, секретарь! Ко мне сейчас

Другого лекаря пустите!

Мошенник этот!

СЕКРЕТАРЬ (в приоткрытую дверь): Понял вас!

Впускаю!

(Секретарь оборачивается и обращается к бабке-травнице.) К шефу проходите!

(В комнату входит бабка- травница. Она осматривается вокруг, а затем обращается к Максиму Ильичу.)

БАБКА-ТРАВНИЦА: Милок! Ну, здравствуй! Я пришла

Тотчас, когда о том узнала,

Что плохи уж твои дела,

Болезнь тебя атаковала.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Да. Это так. Смертельно болен

Я, бабушка. И умираю.

Но излечиться я желаю.

И наградить того я волен,

Кто жизнь спасёт мне!

БАБКА-ТРАВНИЦА (уверенно): Я спасу!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: А вы — целительница?

БАБКА-ТРАВНИЦА (подтверждая): Да.

Я травами лечу всегда.

Я завтра травы принесу.

И вылечу тебя, милок!

Ты будешь жить!

МАКСИМ ИЛЬИЧ (недоверчиво): А жизни срок

Какой отмерен будет мне?

БАБКА-ТРАВНИЦА: Бессмертным сделаю тебя!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: О! Это проходил уж я!

Мы с вами здесь наедине.

И вы признаться мне должны:

Вам деньги, бабушка, нужны?

БАБКА-ТРАВНИЦА: Да. Деньги мне нужны, милок.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Зачем? Вы старая уже.

Вам нужно думать о душе.

Не о деньгах!

БАБКА-ТРАВНИЦА: Ах! Видит Бог,

Не для себя стараюсь я.

Больная дочка у меня.

Она прикована к постели.

Ей операция нужна.

На позвоночнике. Но цели

Препятствует деталь одна:

На операцию нет денег!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: А сколько надо? Каков ценник?

БАБКА-ТРАВНИЦА: А надо — миллион рублей!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Я дам вам деньги. Их возьмите

Вы, бабушка. И уходите.

(Максим Ильич отсчитывает деньги и протягивает их бабке-травнице. Та их с радостью берёт у него из рук.)

БАБКА-ТРАВНИЦА: Милок, спасибо! Нет щедрей

Тебя на свете, это знаю.

Благодарю! Благословляю!

Молиться за тебя я буду.

И верю: совершится чудо,

И ты излечишься!

МАКСИМ ИЛЬИЧ (безразлично): Идите!

Прощайте, бабушка!

БАБКА-ТРАВНИЦА (горячо, кланяясь): Прощай!

Тебя я не забуду, знай!

(Бабка-травница уходит из комнаты и не закрывает за собой дверь.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ (кричит): Эй, секретарь! Ко мне впустите

Другого лекаря сейчас.

СЕКРЕТАРЬ: Впускаю!

(Секретарь поворачивается к старику-провидцу и обращается к нему.)

Ожидают вас!

Входите же!

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Уже вхожу.

(Старик-провидец входит в комнату, пристально смотрит на Максима Ильича.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Приветствую вас! И прошу:

Скажите сразу: за деньгами

Ко мне явились вы?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: О, нет!

Зачем мне деньги? Я — уж дед.

И смерть моя — не за горами.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Тогда чего же вы хотите?

Меня спасти? Ну, говорите!

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Тебя никто уж не спасёт!

Закончилось земное время.

Уйти пришёл тебе черёд.

Уйти с Земли. И быть лишь с теми,

Кто плотью уж не обладает.

Твоя Душа того желает.

Сопротивляется лишь тело.

Оно и дальше б жить хотело

Здесь, на Земле, не понимая,

Что не нужна уж жизнь такая.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Мне ваши речи очень странны.

Не понимаю вас совсем.

Ко мне явились вы зачем?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Чтоб указать тебе путь данный,

С которого уж не свернуть.

Он был с рожденья дан тебе.

Не изменить его ничуть.

Всё происходит по судьбе!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Я снова вынужден сказать,

Что не могу я вас понять.

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Всё очень просто. Ты — Душа.

Хотя себя считаешь телом.

И, косностью своей греша,

Ты занялся напрасным делом.

Ведь хочешь тело ты спасти.

И на Земле жизнь продолжать.

Но этому ведь не бывать!

Определён день смерти. Ты

Не проживёшь нисколько больше!

Пойми: реальность такова.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Не верю! Быть того не может!

Не верю вашим я словам!

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Ты верить иль не верить можешь.

Но ты умрёшь спустя неделю.

Не думай больше ты о теле.

Ему ничем уж не поможешь.

А думай о Душе своей.

Помочь ты можешь только ей.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Неужто, это так?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Да, так.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Вы — прорицатель, значит? Маг?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Коль хочешь, — можешь так считать.

Не важно это. Ведь понять

Совсем другое должен ты:

Придётся вскоре уж уйти

Тебе с Земли. Твой путь окончен.

И не продлится дальше он.

Сценарий жизни завершён!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Но почему мой путь короче,

Чем ваш? Иль тех других людей,

Что умирают стариками?

Не понимаю мысли сей!

В чём разница меж мной и вами?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: В сценариях. И в целях жизни.

Дни старости для многих лишни.

И ты вот — из таких людей.

Добился цели ты своей.

И дальше незачем уж жить.

Нет больше действий никаких

В твоём сценарии. И миг

Настал тебе, чтоб уходить.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: А цели я какой добился?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Подумай сам. И ты поймёшь.

На Землю ты зачем явился?

Чтоб подтвердить, что ты умрёшь.

Хотя бессмертным стать желал.

И много сделал для того.

Ты этим людям доказал,

Что вечного нет ничего

Здесь, на Земле. Всё — тлен! Не боле!

Бессмертье обрести не волен

Никто. Бессмертны только Души!

Понять всё это людям нужно.

И средств к спасенью не искать.

Смиренно смерть воспринимать.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Коль цель моя была такая, —

Её добился. Признаю!

Не стал бессмертным. Умираю.

Но это значит: жизнь свою

Прожил не зря я.

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ (кивая): Да. Не зря.

Примером ты для многих стал.

И тем бесценна жизнь твоя.

Хочу, чтоб смерть воспринимал

Смиренно и спокойно ты.

Спасён не будешь! И не жди!

Спустя неделю в полдень ровно

Умрёшь ты, это — безусловно.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Так значит, люди — это Души?

А не тела?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Да. Это так.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: И каждому свой срок отпущен?

Не изменить его никак?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Да. Жизни срок не изменить.

И каждый будет столько жить,

Как в небесах определили.

Всегда сценарий жизни в силе!

Окончен он, — и Смерть пришла.

И сразу тело погибает.

Душа же в небеса ушла.

И там нисколько не страдает,

Что тело сбросила своё.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Ну, что ж, теперь я понял всё!

И это есть — моё прозренье.

Я благодарен вам, что мне

Открыли тайну поколений.

Я находился, будто в сне.

Ну, а теперь познал реальность.

И для меня уже не странность,

Что я — Душа. Не тело я!

Вы убедили в том меня.

Раскрыли жизни бренной суть.

И указали верный путь.

Вознаградить я вас желаю.

И много денег предлагаю.

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Не надо. Денег не возьму!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Но почему же? Почему?

Ведь вы же остаётесь жить.

И почему бы вам не быть

Богатым человеком?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Нет.

Я — человек совсем простой.

Осталось жить мне мало лет.

К тому ж, сценарий не такой,

Что на Земле я стал богатым.

Я денег не возьму. Не надо!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Ну что ж, скажите мне тогда,

Что нужно сделать с состояньем?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Решай всё сам! Ты понял?

МАКСИМ ИЛЬИЧ (подтверждая): Да.

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Какое у тебя желанье, —

Такое ты и выполняй.

Теперь я ухожу. Прощай!

(Старик-провидец быстро идёт к двери.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ (кричит): Постойте! Вас хочу просить:

Спустя неделю тут же быть.

Пресс-конференцию я дам.

То будет интересно вам.

Хочу я людям сообщить,

Как на Земле им нужно жить.

Чтоб смерти не боялись больше.

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Похвально это!

МАКСИМ ИЛЬИЧ (вопросительно): Ну, так что же?

Придёте вы?

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ (утвердительно кивая): Да. Я приду.

МАКСИМ ИЛЬИЧ (радостно): Прекрасно! Я вас очень жду!

(Старик-провидец уходит. А Максим Ильич на мгновение задумывается, а потом громко зовёт секретаря.) Эй, секретарь! Сюда идите!

(Секретарь быстро входит в комнату и подходит к Максиму Ильичу.)

И слушайте вы мой приказ!

СЕКРЕТАРЬ: Пришёл. И слушаю я вас.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Вы в интернете разместите

Такое объявленье. Я

Жду всех желающих спустя

Неделю. Утром. В этом месте.

Пресс-конференцию я дам.

И в ней всем расскажу о смерти.

Ну, а затем, — умру я сам!

СЕКРЕТАРЬ: То — шутка, шеф? Я полагаю.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Нет. Это — правда. Поясняю:

Нет шансов выжить у меня.

И смерти день уж знаю я.

Хочу людей я здесь собрать.

И им о смерти рассказать.

То очень важно мне. Поймите!

И объявленье разместите

То, о котором вас прошу!

СЕКРЕТАРЬ: Всё сделаю, шеф. Ухожу,

Чтоб срочно выполнить заданье.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: То — хорошо. Ну, до свиданья!

(Звучит музыка. Занавес закрывается. Конец первого действия.)

ДЕЙСТВИЕ 2

Небольшой зал. Посередине стоит стол. На столе — шампанское, торт, конфеты и другие угощения. Входит Максим Ильич в элегантном чёрном костюме.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Ну, вот. Последний день настал.

Сегодня в полдень я умру,

Земную завершив пору.

А напоследок я б желал

Увидеть друга своего.

И попрощаться с ним. Его

Шофёр уж скоро привезёт.

Договорился я о том.

Мы с ним останемся вдвоём.

Поговорим. Разрежем торт.

Шампанское мы выпьем вместе.

Всё угощение — на месте.

(Максим Ильич смотрит на стол и обходит его стороной.)

Его заранее припас.

Сергея очень-очень жду.

Объединяет дружба нас.

И много лет мы дружбу ту

По жизни, словно флаг, несём.

И никогда не предаём.

Теперь я ухожу с Земли.

И друг один мой остаётся.

О! Сколько б мы ещё могли

Дружить с ним! Сколько лет под солнцем

Могли б мы радовать друг друга!

Но умираю я. И мукой

Уход мой другу обернётся.

И для него померкнет солнце.

Он будет горевать, я знаю.

И тосковать по мне всегда.

Но как помочь, — не представляю.

Ведь расставание — беда

Для неразлучных двух друзей.

И нету боли той сильней!

(Слышен громкий стук в дверь.)

Стучат. Открыта дверь. Входите.

(Секретарь открывает дверь и обращается к шефу.)

СЕКРЕТАРЬ: Максим Ильич! Вы разрешите

Впустить к вам друга?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Да. Скорей

Его впускайте вы ко мне.

Мы будем с ним наедине.

Других же не пускать людей!

СЕКРЕТАРЬ: Я понял, шеф.

(Секретарь оборачивается к Сергею и обращается к нему.)

Ну, проходите!

Вас ожидают. Поспешите!

(В зал входит Сергей. А секретарь уходит и закрывает дверь.)

СЕРГЕЙ (радостно): Максим! Привет, мой дорогой!

Я рад увидеться с тобой.

МАКИМ ИЛЬИЧ: И я. Я очень рад, Сергей!

Давай обнимемся скорей!

(Максим Ильич и Сергей обнимаются крепко, по-мужски. А у Максима Ильича появляются на глазах слёзы.)

СЕРГЕЙ: Но почему ты плачешь, друг?

МАКСИМ ИЛЬИЧ (поясняя): То — слёзы радости. Не мук.

Тебя я вижу. Очень рад!

И слёзы катятся как град.

Не обращай на то вниманья!

Особый день, Сергей, сегодня.

Хочу, чтоб ты его запомнил.

И выполню твоё желанье

Любое, друг. Проси, что хочешь!

СЕРГЕЙ: Я всё имею. Всем доволен.

А ты мне говорил, что болен.

И уж помочь себе не можешь.

Ты умираешь? Правда?

МАКСИМ ИЛЬИЧ (грустно): Да.

Мир покидаю навсегда.

Земной мир этот. И тебя,

Мой друг любимый.

СЕРГЕЙ (неуверенно и робко): Может, я

Смогу помочь? Хоть чем-нибудь?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Не сможешь. Нет. Закончен путь.

И завершён сценарий жизни.

Все остальные дни — излишни.

Не предусмотрены они.

И потому — завершены.

Верней, сегодня завершатся.

Я не боюсь. И призываю

К тому, чтоб смерти не бояться.

Её ведь нет. Я улетаю

На небеса сегодня, друг.

Душа бессмертная моя

Избавится от плотских мук.

И буду очень счастлив я.

(Максим Ильич подходит близко к другу и обнимает его, смотря в глаза.)

Ты тоже не горюй, Сергей.

Моё погибнет тело только.

И ты об этом не жалей.

Пройдут года. Не знаю сколько, —

И ты покинешь Землю тоже.

И будут вместе наши Души.

Тебе того дождаться нужно.

И пусть тоска тебя не гложет.

Избавься от душевных мук.

Живи ты радостно, мой друг.

И цели выполняй свои.

СЕРГЕЙ: Прошу тебя, Максим, скажи:

Откуда знаешь ты всё это?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Скажу. Нет от тебя секретов.

Старик-провидец мне открыл

Всю тайну бытия земного.

Ко мне недавно приходил.

И вновь придёт. Ах! Я такого,

Как он, — ни разу не встречал!

Он многое мне рассказал.

Я с ним прозрел, мой друг! Прозрел!

И понял чётко свой удел.

Я понял, что мы — только Души,

А не тела. И всем нам нужно

Смиренно относиться к смерти.

То раньше я не понимал.

И так хотел достичь бессмертья!

Усилия я прилагал,

Чтоб молодым стать и бессмертным.

Является совсем неверной

Теория о вечной жизни.

Утопия и блеф — всё это.

Ведь на Земле бессмертья нету.

Бессмертен только сам Всевышний.

И наши Души. Знай, Сергей!

И о моём ты не жалей

Уходе раннем. То — судьба!

Нетрудно мне с Землёй расстаться.

Но трудно покидать тебя.

Теперь нам надо попрощаться.

Давай же выпьем, друг, с тобой.

Шампанское сейчас открой.

А я разрежу торт.

СЕРГЕЙ (беря в руки бутылку): Ну, ладно.

Мне это сделать, друг, приятно.

Давно ведь мы не пировали.

А здесь — и повод есть. И стали

Ещё мы ближе и родней.

(Сергей открывает шампанское и наливает его в бокалы.)

Ну, вот. Открыл я. Наливаю.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Я выпью за тебя, Сергей!

Тебе я стойкости желаю.

И радостных, счастливых дней.

За это ты со мною пей!

СЕРГЕЙ: Тебя, Максим, благодарю.

И с удовольствием я пью

Шампанское, мой друг, с тобой!

(Мужчины чокаются бокалами и выпивают шампанское.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Вот торт. Его разрезал я.

Ведь знаю, любишь ты такой.

А вот конфеты. Для тебя.

Ну, угощайся, друг сердечный.

СЕРГЕЙ: Я угощусь, Максим, конечно.

Но у тебя хочу узнать:

Пресс-конференцию ты дать

Зачем решил?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Чтоб люди знали,

Что на Земле бессмертья нет.

И чтоб иллюзий не питали,

Что будут жить здесь много лет.

Жизнь на Земле ведь коротка.

И очень-очень нелегка.

И в этом замысел Творца.

Он хочет, чтоб мы здесь учились.

Мудрее, лучше становились.

И не боялись бы конца.

И людям я хочу поведать,

Что для того им нужно сделать.

Пресс-конференцию я дам.

Прошу тебя на ней побыть.

Ну, а потом, — умру я сам.

И тело нужно схоронить.

Надеюсь, ты поможешь в этом?

СЕРГЕЙ: Я помогу. Вопросов нету.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Ну, хорошо. Я очень рад.

И обсудить ещё желаю

Такую тему. Я богат.

Тебе богатство оставляю.

Оформил я уж завещанье.

И секретарь его имеет.

Прими ты это во вниманье.

И пусть помочь тебе сумеет

Моё богатство, друг, в делах.

Распорядись, Сергей, им так,

Как ты считаешь нужным.

СЕРГЕЙ (соглашаясь и кивая): Ладно.

Благодарю тебя, Максим.

Твоя забота мне приятна.

Но лучше бы богатством сим

Распорядился сам ты, друг.

Создал бы фонд таких наук,

Что Души наши изучают.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Тебе никто не помешает

То сделать за меня, Сергей.

И сам решишь вопрос ты сей.

СЕРГЕЙ: Согласен. В память о тебе

Создам я уникальный фонд.

И роль Души в самой судьбе

Изучат там.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Ну, что ж, вперёд!

Дерзай, мой друг! Твори! Дерзай!

И обо мне не забывай!

Пусть память только доброй будет.

Ведь мы дружили много лет.

(Слышен громкий стук в дверь. Максим Ильич смотрит на дверь.)

Ах! В дверь стучат. Настал момент,

Что собираются уж люди.

Ведь должен вскоре я начать

Пресс-конференцию свою.

(Дверь открывается, и секретарь обращается к шефу.)

СЕКРЕТАРЬ: Максим Ильич! Людей впускать?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Впускайте!

СЕКРЕТАРЬ (кивая): Понял. И сию

Минуту это выполняю.

(Секретарь оборачивается к людям, стоящим за дверью, и обращается к ним.)

Входите же! Вас пропускаю!

(В зал входят журналисты и другие люди. Среди них старик-провидец.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ (вошедшим): Рассаживайтесь! Стулья есть.

Кому не хватит, — принесём.

Сидеть я буду за столом.

А ты, Сергей, где хочешь сесть?

СЕРГЕЙ: А я на стул напротив сяду.

Чтоб быть с тобою, друг мой, рядом.

(Пришедшие люди садятся на стулья. Максим Ильич садится за стол. А Сергей садится на стул в первом ряду напротив стола, за которым сидит Максим Ильич.)

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Итак! Начнём уж, господа!

Я рад, что вы пришли сюда.

И всех приветствую радушно.

Внимательно вам слушать нужно.

Ведь расскажу я вам о том,

О чём вы вовсе и не знали.

Мы с вами в обществе живём,

Где смерти нет и нет печали.

Вернее, есть. Но люди все

Замалчивают эту тему.

Прекрасна жизнь в своей красе.

А смерть — нелепая дилемма.

И принято её забыть.

И никогда не говорить

О ней с высоких пьедесталов.

Поговорить открыто, вслух

О смерти уж пора настала.

Без сожалений. И без мук.

И без тоски. И без печали.

Чтоб правду, наконец, узнали

О смерти все вы, господа.

Смерть — это вовсе не беда!

И не конец всему, поверьте.

Должны вы не бояться смерти!

То — состояние такое,

Когда лишь тело погибает

И разлучается с Душою.

Душа же в небо улетает.

И там по-прежнему живёт.

То значит, что никто из вас

По сути дела не умрёт.

Но каждому наступит час

Проститься с телом навсегда.

А для меня он, господа,

Уже сегодня наступил.

Сегодня тело потеряю.

И вас сюда я пригласил,

Чтоб видели, как умираю.

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Неужто, это — правда?

МАКСИМ ИЛЬИЧ (спокойно): Да.

Умру сегодня, господа.

Вот здесь. При вас. И ровно в полдень.

(Максим Ильич пристально смотрит на свои часы.)

Осталось времени уж мало.

И потому хочу я очень,

Чтоб вся общественность узнала,

Что смерти нет. Душа бессмертна!

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: Ах! Неужели, это — верно?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Да. Это верно, господа.

То помнить вы должны всегда.

И жить достойно на Земле.

Чтоб Души ваши развивались.

Чтоб не погрязли вы во зле.

Замешаны не оказались

В порочных связях и в грехах.

Чтоб не запачкали никак

Вы Души ваши, господа.

Тела ведь — это ерунда.

Материал то просто бренный.

А души, души ваши ценны!

И вы беречь их все должны.

И очищать от всякой скверны.

Они ведь Господу нужны.

И только души лишь бессмертны!

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Откуда знаете всё это?

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: Раскройте нам свои секреты!

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Мне их раскрыли самому.

Вот человек сидит. Ему

Обязан я своим прозреньем.

(Максим Ильич показывает журналистам на старика-провидца.)

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: А, может, обманул он вас?

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: Неужто, нет у вас сомнений?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Сомнений нет. И вам сейчас

Скажу я, почему их нет.

Вы знаете, что много лет

Хотел бессмертья я достичь?

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Да, знаем то, Максим Ильич.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: В бессмертие я верил свято.

И думал, что достигну, правда.

К тому усилья прилагал.

Врачей известных я нанял.

И следовал их предписаньям.

Всё время жил по расписанью.

Я в кислородной маске спал.

И всех микробов опасался.

Гимнастикою занимался.

И витамины потреблял.

И процедуры проводил

По своему омоложенью.

Целебные отвары пил.

И соблюдал ограниченья.

Я с женщинами не встречался.

И алкоголь не потреблял.

Энергию я сохранял.

И многих радостей лишался.

Но было бесполезно это.

Я вдруг серьёзно заболел.

И понял, что спасенья нету.

Но излечиться я хотел.

И бросил клич я в интернете,

Чтоб лекари ко мне пришли,

Которые б спасти могли

Меня от хвори и от смерти.

Они пришли. Но за деньгами.

Я не поверил никому.

И буду честным перед вами, —

Я не поверил и ему.

(Максим Ильич показывает рукой на старика-провидца.)

Вначале не поверил я.

И с ним в полемику вступил.

Но убедил потом меня

Старик-провидец. Убедил!

Мне стало ясно, что Душою

Являюсь я. Она бессмертна!

А тело — временно и бренно.

Благоговеть пред ним не стоит.

И вечным невозможно сделать.

Я перестал в бессмертье верить!

В бессмертье тела на Земле.

И понял жизненный удел.

Я раньше был в какой-то мгле.

Ну, а теперь прозрел! Прозрел!

И вас к прозренью призываю.

Поэтому вам открываю

Всю тайну бытия земного.

Должны вы знать, что никакого

Бессмертья на Земле не будет.

На Землю ведь приходят люди,

Чтоб выполнить предназначенье,

Достигнуть цели воплощенья.

А цель у каждого — своя.

И только свой сценарий жизни.

И изменить его нельзя.

Закончен он, и дни — излишни.

И наступает смерть тогда.

В том истина вся, господа!

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Так значит, ваш сценарий жизни

Уже закончен?

МАКСИМ ИЛЬИЧ (утвердительно): Да. Закончен.

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: Но вы прожили мало очень.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Все остальные дни — излишни.

Ведь к цели не ведут они.

Поэтому — завершены.

У каждого так завершатся

Земные дни, и смерть наступит.

Не надо этого бояться!

Душа бессмертна ведь! И будет

Жить далее на небесах.

И на Земле вновь воплощаться.

Устроено всё в мире так.

И с этим нужно нам смиряться.

Путей к спасенью не искать.

Спокойно смерть воспринимать.

То поняли вы, господа?

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Да. Поняли мы всё уж. Да.

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: А я не понял: почему

От разных хворей умирают

Все люди.

МАКСИМ ИЛЬИЧ (поясняя): Это потому,

Что судьбы разными бывают.

Утилизация всех тел

По-разному и происходит.

И кто-то из людей уходит

Пораньше. А иных удел-

До старости своей дожить.

И в дряхлом теле уж почить.

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Ах, неужели это верно?

И смерти все закономерны?

И нет смертей случайных?

МАКСИМ ИЛЬИЧ (убедительно): Нет.

Сценарий жизни ведь рассчитан

У каждого на столько лет,

Чтоб цель свою достичь отлично,

Пройти достойно все пути.

Ну, а потом, — с Земли уйти.

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: А как тогда то объяснить,

Что смерть внезапною бывает?

И человека вдруг сбивает

Автомобиль. Иль погубить

Его врагам вдруг удаётся.

Случайность это, мне сдаётся.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Нет. То — закономерность тоже.

Сценарий и таким быть может.

Сценарий жизни, господа.

Он выполняется всегда.

И дольше вы не проживёте

Минуты даже. И умрёте

В определённый день и час,

Давно назначенный для вас.

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Чем подтвердите вы всё это?

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Своим примером. Лучше нету

Для подтвержденья ничего.

Уж скоро полдень. И его

Не пережить ни на минуту.

И вы увидите как раз,

Что умирать пред вами буду.

И всё поймёте вы тотчас.

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: О! Как ужасно это!

МАКСИМ ИЛЬИЧ (возражая): Нет.

Естественное ведь явленье-

Потеря тела и момент

Ухода Душ и восхожденья

Их к небесам. Всё просто очень.

И не пугает то меня.

Ведь путь мой жизненный закончен.

Уйду с Земли спокойно я.

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: А как узнали вы день смерти?

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: Да. Честно нам о том ответьте.

МАКСИМ ИЛЬИЧ: Старик-провидец предсказал

Мне смерти день и смерти час.

Вот как об этом я узнал.

А вы проверите сейчас

То предсказанье, господа.

(Максим Ильич пристально смотрит на свои часы.)

Итак! Уж полдень. Навсегда

Я ухожу с Земли. Прощайте!

Что вам сказал, — не забывайте!

И Души ваши берегите!

И свято на Земле живите!

(Максим Ильич хватается рукой за сердце и умирает. Изумлённые этим люди находятся в шоке и долгое время молчат.)

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Неужто, умер он?

(Второй журналист подходит к Максиму Ильичу и пытается нащупать пульс у него на руке).

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ (констатируя): О, да!

Погибло тело. Пульса нет.

В глазах его померкнул свет.

Душа ушла уж навсегда.

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Выходит, правду он сказал,

Что ровно в полдень здесь умрёт.

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: И день, и час он смерти знал.

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Старик-провидец не соврёт.

И нам он сможет предсказать,

Когда мы будем умирать.

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: Так обратимся же к нему!

(Все присутствующие подходят к старику-провидцу, обступают его со всех сторон и обращаются к нему.)

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Эй! Уважаемый! Скажите,

Когда умрём мы.

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: Назовите

Вы дату смерти.

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ (твёрдо): Ни к чему

Вам это знать сейчас. Поймите!

Не буду говорить об этом.

Спектакль окончен! Уходите!

Вам интереса быть здесь нету!

СЕРГЕЙ (людям): Да. Расходитесь, господа!

Похоронить нам тело надо.

Гроб принесут сейчас сюда.

Вам делать нечего здесь, правда.

СЕКРЕТАРЬ (громко): Прошу на выход всех людей!

Завершено мероприятье!

Вы уходите поскорей.

С покойником вы нас оставьте!

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Ну, ладно. Мы уже уходим.

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: Узнали много мы сегодня.

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: Пресс-конференция была

Для всех пришедших интересной.

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: И поучительной. Полезной.

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: И интригующе прошла.

Мы ждали, затаив дыханье,

Развязки!

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: И она настала!

И мы достигли пониманья,

Что смерти нет.

ПЕРВЫЙ ЖУРНАЛИСТ: То доказала

Пресс-конференция вот эта.

ВТОРОЙ ЖУРНАЛИСТ: И лучше доказательств нету!

ЖУРНАЛИСТЫ (хором): Прощайте же!

СЕКРЕТАРЬ (журналистам): Да, да. Прощайте!

И поскорее нас оставьте!

(Люди и журналисты уходят. В зале остаются лишь три человека: секретарь, Сергей и старик-провидец.)

СЕРГЕЙ: Ну, вот. Покинули все нас.

И мы втроём остались с вами.

Займёмся важными делами.

И подготовим всё сейчас,

Чтоб тело друга схоронить.

СЕКРЕТАРЬ: Да. В путь последний проводить

Должны мы шефа моего.

И нет главнее ничего!

СТАРИК-ПРОВИДЕЦ: Дань уваженья отдадим.

И навсегда простимся с ним.

Не будет уж такого больше

Здесь человека никогда!

Ведь повторений быть не может!

Но в нашей памяти всегда

Останется Максим Ильич.

Сумел он цели ведь достичь.

И прожил жизнь свою не зря.

Его нам забывать нельзя!

(Звучит музыка. Занавес закрывается. Конец пьесы.)