Пушкин. Вина жены в гибели. А Я Булгаков

(1)
ИИ Алиса – ответ на запрос «АЯ Булгаков о вине Натали в гиБели мужа»
« … сам Александр Яковлевич Булгаков не писал пространных мемуаров или официальных заключений о вине Натальи Николаевны. Но в исторической памяти и сплетнях вокруг Пушкина закрепилась его фраза — и именно из-за этого о «вине» так часто говорят. 
Речь о моменте после дуэли. Булгаков, будучи московским почт-директором (он занимал этот пост с 1832 по 1856 год), оказался в центре светских пересудов. В разговорах и письмах он, как живой хроникёр, передавал то, что слышал в салонах: сплетни, слухи, анонимные письма, которые порочили репутацию жены поэта. ru.wikipedia.org*  booksite.ru  pushkin-lit.ru

Вот как эту мысль сформулировал исследователь Николай Раевский в книге о Пушкине: Булгаков будто бы выразился так — по его мнению, любая женщина отчасти виновна в том, что позволила мужчине себя увлечь. То есть он перекладывал часть ответственности на саму Наталью Николаевну: она не смогла устоять перед ухаживаниями, и это стало одним из факторов трагедии. proza.ru

Важно не путать частное мнение сплетника с официальной позицией. В том же кругу, например князь Вяземский, придерживался другого взгляда: он был убеждён, что жена Пушкина была непорочна, а к трагедии привели внешние обстоятельства — сплетни, людская злоба и анонимные письма. pushkin-lit.ru

Так что фраза Булгакова — это не доказанный исторический факт, а отражение того, как светское мнение того времени видело «вину» Натальи Николаевны.

(2)

Помимо уже обсуждённой темы вины Натальи Николаевны, у Александра Яковлевича Булгакова (московского почт-директора и современника поэта) есть и другие заметки о Пушкине — и они довольно разноплановые. Вот несколько примеров. Свои мысли он фиксировал в дневнике «Современные происшествия и воспоминания мои», а также в переписке. proza.ru +1
• Первое впечатление. В письме к брату от 5 октября 1826 года Булгаков написал: «Я познакомился с поэтом Пушкиным. Рожа ничего не обещающая. Он читал у Вяземского свою трагедию „Борис Годунов"». Это довольно резкое и поверхностное суждение о внешности поэта при первой встрече.
• О придворной жизни. Описывая период, когда Пушкин и его жена были приглашаемы на балы (в том числе «малые» в Аничковском дворце), Булгаков отмечал: «Наталья Николаевна вступила, по праву красоты, ловкости своей в танцах и вкусу, с коим одевалась, в число так называемых модных дам». То есть он фиксировал факт её заметности в свете, не давая моральной оценки, но контекст это создавало.
• О дуэли и смерти. В записях, посвящённых событиям после дуэли с Дантесом, Булгаков разбирал ситуацию подробнее. Он цитировал и комментировал письма Жуковского и Вяземского, которые описывали последние дни поэта. При этом в его разборах проскальзывала мысль, которую мы уже обсуждали: он писал, что женщину «сожалеть можно, но оправдать совершенно нельзя», и добавлял: «Женщину не преследует никогда тот, которому не даёт она надежды!». То есть он склонялся к тому, что в трагедии была и доля ответственности Натальи Николаевны — она могла активнее пресекать внимание Дантеса.  В целом Булгаков не был глубоким литературным критиком — он скорее фиксировал светские наблюдения и слухи, которые циркулировали в его кругу. Поэтому его высказывания о Пушкине стоит воспринимать не как взвешенный анализ, а как срез мнений и впечатлений человека из высшего света той эпохи.

(3)

Фрагмент нашей заметки «Булгаков о Пушкине»

Современник А.С. Пушкина, приятель его дяди Василия (которого за глаза звал «наш подагрик»),  отставной дипломат, московский почтовый директор бастард Александр Яковлевич Булгаков (1781—1863)  долгие годы вел дневник «Современные происшествия и воспоминания мои».

"Я познакомился с поэтом Пушкиным. Рожа ничего не обещающая . Он читал у Вяземского свою трагедию Борис Годунов".
А. Я. БУЛГАКОВ (московский почт-директор) - К. Я. БУЛГАКОВУ, 5 окт. 1826 г.

В дневнике  есть несколько заметок о дуэльной истории Пушкина с Дантесом и о троицах Пушкин–НН-Царь и Пушкин–НН–Дантес

Говоря о жене поэта в период ее фавора при Дворе Николая 1, Булгаков использует с тонким намеком термин «модной дамы» :

«Он (Пушкин) и жена его были приглашаемы на балы во дворце и не токмо на большие, но и на малые в Аничковском дворце. Нат‹алья› Никол‹аевна› вступила, по праву красоты, ловкости своей в танцах и вкусу, с коим одевалась, в число так называемых модных дам».

Прим. Так называемые «малые» придворные балы в Аничковом дворце, куда допускались лишь самые избранные и близкие царской семье, пользовались высшим престижем по сравнению с большими балами в Зимнем. Известно, что в конце 1833 г., когда Пушкин еще не стал камер-юнкером, он имел столкновение с графиней М. Д. Нессельроде, которая без его ведома повезла на бал в Аничков его жену. «Я не хочу, чтобы моя жена ездила туда, где я сам не бываю», — говорил Пушкин Нессельроде. Что до Н. Н. Пушкиной, то ей в ту пору не могло не льстить ощущение своей «избранности» и успешности

Описывая события, вызванные смертью Пушкина от раны, полученной в январе 1837 на дуэли с Дантесом, Булгаков  отметил:

«В. А. Жуковский прислал мне письмо для прочтения и доставления Сер‹гею› Львовичу, в коем также описывал смерть Пушкина. Это почти повторение того, что пишет Вяземский, но гораздо полнее ‹...› Вообще, русскому нельзя читать равнодушно смерть Пушкина, описанную Жуковским! ‹...›
Письмо сие весьма длинно, но оно столь замечательно, что я отниму у себя от сна, чтобы вписать его здесь, оно пополняет рассказ Вяземского.9 Жуковский тоже защищает мужа и жену.
Кто может проникнуть в тайны сии?
Сам он сознает, что многое покрыто мраком и что время одно откроет многое.
Сожалеть должно о Пушкиной, но оправдать ее совершенно нельзя.
Женщину не преследует никогда тот, которому не дает она надежды!
Истоща все средства, кои были в ее власти, чтобы удалить от себя Дантеса, она могла ему угрожать, жаловаться не только мужу, но даже и государю самому и исполнить это — Дантес оставил бы ее в покое.
Но, как я слышал, она, вместо того, уже за несколько дней до поединка мужа своего разговаривала со врагом спокойствия его и ее».

Это позволило, кстати, Софье Карамзиной, назвать вдову Пушкину в письме к брату в Париж «бестолковой как всегда» …

Итак, вот суть обвинения АЯ Булгакова:

Сожалеть должно о Пушкиной, но оправдать ее совершенно нельзя.
Женщину не преследует никогда тот, которому не дает она надежды!
Истоща все средства, кои были в ее власти, чтобы удалить от себя Дантеса, она могла ему угрожать, жаловаться не только мужу, но даже и государю самому и исполнить это — Дантес оставил бы ее в покое.

//Булгаков А.Я.Записки. Современныя происшествія и воспоминанiя мои (Остафьевскій архив). Ч.I 1917.  Входит в Старина и новизна Текст : исторический сборник, издаваемый при Обществе ревнителей историческаго просвещения в память императора Александра III Кн. 22 //

Вот и всё
Глубоко, метко, кратко и по существу … пригвоздил почт-директор жену убитого к позорному столбу в центре площади МОЛВА