Моя Саша. Глава 26 сентября 2026 года

26 сентября 2026 года


К двум часам дня пары уже закончились, и я поехал в Парк. Именно так, с большой буквы. Конечно, в нашем городе было несколько парков, но если не уточнялось, то подразумевался парк Румянцевых и Паскевичей – визитная карточка Гомеля. Для последней недели сентября было тепло – восемнадцать градусов по Цельсию – и по-осеннему красиво, хотя деревенская осень мне нравилась куда больше, чем городская. Но через неделю обещали уже девять градусов...

Тут я подумал о Пыханьском лесе и загрустил. Неужели в этом году я там не побываю?..

Когда я вышел из автобуса на площади Ленина возле драмтеатра, мне сразу бросилось в глаза количество молодёжи. Их слишком много, с неудовольствием заметил я. Для субботы это нормально, но я чувствовал себя неуютно. Вон сколько девушек, и почти все какие-то уж чересчур накрашенные! Впрочем… Почему меня волнует их количественно-качественный состав? Неужели я старею? Какое мне вообще дело до молодёжи?..

Я вошёл в парк по дорожке, слева от которой проходил Киевский спуск, а справа возвышался Петропавловский собор. С высокого берега Сожа открывался вид на пешеходный мост через реку, но тут же мне в глаз угодила мошка. Преодолевая неловкость, я постарался проморгаться, но это не особо помогло. Вот поэтому нужно носить с собой зеркало, подумал я, на ходу расстёгивая сумку. К счастью, внутри нашлось небольшое зеркальце и проблема была устранена. Совсем некстати вспомнились прогулки с девушкой, хотя расстались мы достаточно давно – более пяти с половиной лет назад. Лена за это время уже успела выйти замуж, да и я женился.

Возле филиала Ветковского музея я притормозил: как же давно я там не был! Я задумался, повернул голову налево, посмотрел на набережную, скользнул взглядом по ограждению и…

– Привет! – помахала рукой девушка Саша.

«Привет», – подумал я, но дальше началась путаница. Мои мысли разбегались, к тому же вокруг были люди. В такой замечательный день многие вышли покормить белок и птиц. У меня не получалось сосредоточиться и вести телепатический разговор. Я бросил взгляд на Сашу, но она понимала, что в таких условиях о полноценном общении не может быть и речи, поэтому кивнула и мы молча направились вниз, к Лебединому пруду. Возможно, там будет не столько народу.

Уже внизу я ещё раз глянул на Сашу и внимательно рассмотрел её. Она отличалась от окружающих девушек. Никакой косметики, украшений, татуировок. В моём понимании она была идеальной девушкой. Впрочем, многие осудили бы меня за это, возразив, что девушка должна быть женственной. Конечно, без тонны косметики, но хотя бы в общих чертах. Но Саша обходилась даже без этого минимума. И словно для усиления данного эффекта она ещё и оделась максимально неброско. В то же время назвать её «серой мышью» язык не поворачивался.

Моё внимание привлёк «автомат», стоявший возле скамейки. В последние годы стали популярными уличные кофе-машины, но данный аппарат я наблюдал впервые. Это была автоматическая кормушка для птиц и белок. За небольшую плату посетитель парка мог купить еды для братьев наших меньших. Не все знали, что животных нельзя кормить хлебом, батоном и чипсами.

Сверху заиграла композиция «The Final Countdown» шведской рок-группы Europe. Песня была старше меня на три года – сорок лет, – но тем не менее её слушали и сегодня. Мне она нравилась.

Без лишних слов мы уселись на скамейку. Всё-таки в нашем парке можно было неплохо уединиться. Песня закончилась, но потом заиграла она же, однако уже на волынке. Я удивился и по привычке потянулся за телефоном. Я отвернулся от Саши буквально на пару секунд, а когда снова повернулся, девушка уже исчезла.

Я завертел головой, но подруга словно под землю провалилась. Она не пряталась за скамейкой или за деревом, не стала невидимой – её просто не было. Мне оставалось лишь вздохнуть. Я поднялся: с её уходом моё нахождение здесь потеряло всяческий смысл.

Волынка заиграла «Hotel California» американской рок-группы Eagles. И эта песня уже не молодая – пятьдесят лет в обед, на десяток старше предыдущей. Лучше всего было бы остаться и послушать хорошую музыку, но я решил двигаться дальше.

Обогнув пруд, я остановился возле неработающего водопада. Видимо, его уже отключили на зиму. Мимо прошли две девчонки – меня уже не удивило, что и они перестарались с косметикой.

«И всё же здесь слишком шумно», – подумал я и поморщился.

– Согласна, – послышался Сашин голос, и я резко обернулся.

Девушка стояла передо мной, словно никуда и не исчезала.

Волынка тем временем начала играть финскую польку.

Мы двинулись в сторону набережной. Весьма странно было выбирать для встречи наш Парк, подумал я. Ну как в такой толпе пообщаться?

Я подошёл к ограждению и снова достал телефон. Гулять вдоль реки я не собирался, но захотел сделать несколько снимков на память – в нашем постоянно изменяющемся мире без этого никак. Я повернулся и заметил, что Саша снова бесследно пропала.

– Не волнуйся, я здесь, – послышался её голос.

Такой способ общения был не очень удобен, но всё же лучше, чем «мыслепередача». Приходилось мириться с тем, что в городе Саша появлялась в разных ипостасях.

Я сделал пару снимков, стараясь, чтобы люди не попадали в кадр. Наша набережная считалась самой длинной в стране – два с половиной километра. Несмотря на обилие отдыхающих – пешком и на колёсах, – мне нравилось здесь кататься на велосипеде. Но с недавних пор это запретили...

Послышался отдалённый размеренный грохот – вдали по железнодорожному мосту проехал дизель-поезд. Я снова повернулся лицом к реке. Неподалёку установили временную пристань, рядом с которой покачивался на волнах небольшой теплоход «Посейдон». Его пассажиры отдыхали на палубе, а оставшиеся на берегу им завидовали.

И всё же мне нужно было уединение – я чувствовал себя не в своей тарелке. Но короткий путь до квартиры проходил через самую шумную часть парка – там, где располагались аттракционы.

На набережную выехал импровизированный паровозик, роль которого исполнял небольшой трактор. Он тянул за собой несколько вагончиков с людьми. Я посторонился и проводил процессию взглядом. А ведь за столько лет я так и не прокатился на этом «поезде»...

По крутой горке я забрался наверх. Были времена, когда мы с братом заезжали по ней на велосипедах, а потом стремглав летели вниз. Особенно рисковал я на своём «раскладнике», ведь вполне могла соскочить цепь, следовательно, затормозить бы уже не получилось. К счастью, несколько лет назад официально запретили ездить по парку на велосипедах и самокатах, хотя и не все это соблюдали.

Очередная мошка прервала мои воспоминания. Я начал тереть глаза и добился определённых успехов. Здесь было очень многолюдно, почти как на праздники. И шумно – грохотали аттракционы. Музыка мне не нравилась. Очень много молодёжи и в этой части парка. Я снова обратил внимание на то, что мне не по душе их внешний вид, манера речи и стиль одежды. Значит ли это, что я всё-таки старею?..

Саша что-то произнесла, но я не расслышал. Скорее всего, ничего важного, и подруга хотела дать мне понять, что я не один – она рядом.

Через пару минут мы вышли на улицу Гагарина. Здесь было не так оживлённо, но Саша не спешила появляться. И тут я дал волю своим чувствам. Я не стал говорить вслух, как и вести телепатический разговор, в надежде на то, что Саша и так поймёт, что у меня на душе. А меня беспокоило многое: начиная от вирусов, которыми мы в семье переболели, и заканчивая мировой обстановкой. Меня напрягали постоянные военные сводки, да и политологи, которые чаще всего несли отсебятину, не совпадающую с реальной картиной мира, а ещё делали прогнозы, которые не сбывались, и ничего им за это не было.

Мы свернули в тихий проезд, и мне ещё больше полегчало.

– В сложившейся ситуации я тебе мало чем могу помочь, увы, – отчётливо послышался голос Саши.
– Ну, главное, что ты рядом, – произнёс я то, что повторял достаточно часто. Людей здесь не было, поэтому я мог себе это позволить. – Мы почти уже пришли.

В тихом дворе я почувствовал себя ещё лучше и даже заулыбался.

– В квартиру не пойду, извини. В другой раз, – ответила Саша, которую я не видел. – До встречи!

Я особо и не рассчитывал на это. Несмотря на главное преимущество – нам бы никто не помешал, – в замкнутых пространствах Саша появлялась достаточно редко.

– Пока, – проговорил я в пустоту.


26 сентября 2026, Гомель (черновик, заготовка);
16 октября 2026, Гомель (тех. правки);
22-23 октября 2026, Гомель;
23-24 октября 2026, Ерёмино (от слов «Я подошёл к ограждению» и до конца главы);
26-28 октября, 02-03 ноября 2026, Гомель (редактура: исправления, уточнение, удаление – «А вот Саша никогда не красилась», «Встретился взглядом с Сашей», «Многие девушки, да и парни, думаю, тоже», «Сидеть в одиночестве мне не хотелось. Поэтому я встал»).