Отрицательный глава 26

— Ты справишься. Я всё продумал, — улыбнулся я во весь свой шикарный рот.
Хелена чуть приподняла крылья, повернула голову, посмотрела ещё раз на холм.
— Рассказывай, — проговорила она.
— Ты с планируешь с дерева! Во рту будет шнурок, а на той стороне ты откроешь проход, — ответил я ей и зашагал в сторону холма.
Хелена пошла следом, не торопясь. Шла и крутила головой. Потом не выдержала и спросила:
— Я упаду и разобьюсь об эту дорогу.
— Нет. Если всё будешь делать, как я скажу. Смотри: планируешь ты уже отлично, я же видел. Сейчас делаем так. Оба залезаем на самую макушку. Там я ухожу в убежище, ты его берёшь в лапу, поднимаешься чуть ещё выше. И там отталкиваешься от дерева и начинаешь разгоняться. Просто разводишь крылья, корпус прямо, хвост тоже ровно держи. И чуть-чуть крылья на снижение поверни. Скорость быстро вырастет, ты поймёшь. Тогда делаешь один взмах крыльями. Я тебе не могу пояснить, но ты сама поймёшь. Если потеряла скорость — махаешь несколько раз, чтобы подняться выше. Там уже за барьером не суетись. Одно крыло опусти ниже и хвостом доверни. И так держи. Ты начнёшь поворот, циркуляцию. Вот так, — сказал я и показал своими руками, как ей следует поставить крылья и как будет получаться поворот. — И так держишь. Если круг большой выходит — опускай ещё, а другое задирай. И про хвост не забывай. По идее, ты должна описывать круг и идти на снижение. Внизу уже, когда будет совсем низко, меняй положение тела. Ноги вперёд, крылья растопырь, как бы охватывая встречный поток. Вот так, — и я опять показал своими руками, как ей следует развести крылья. — Всё просто, Хелена. Начинать всегда страшно, но ты справишься. И ещё: если не получится, упадёшь и что-то повредишь — постарайся открыть проход. Я помогу тогда. Если видишь, что идёшь низко, — садись, не геройствуй. Придумаем другой план, — сказал я ей и посмотрел на неё.
— Я думаю, нам нужен другой план, — поспешно ответила та.
Я не отвечал, а просто шёл наверх. Мы уже прошли границу, где осень опять начиналась. Чуть заметный ветерок дул нам навстречу. Я был уверен — у неё всё получится. Она плелась позади, ничего не говоря. Я остановился и повернулся к ней.
— Ветер попутный. Если сейчас струсишь — мы найдём другой путь, или пойдём просто дальше. Но ты... вот тут, — я коснулся её головы, — да-да, вот тут поселится мерзкий страх. И ты никогда не решишься. Ты всегда будешь придумывать оправдание. Не бойся, орлица. Твоя стихия — небо, — сказал я и пошёл наверх. Молча. Что тут ещё сказать? Да, мой план авантюрный. И она может отказаться.
Я поднялся наверх, обернулся. Там, в низине, лежал город. В туманной дымке. Таинственный. Хелена поднялась, встала рядом, повернула голову и осмотрела высокую ель, что росла с самого края.
— Мне тоже она кажется достойной, — просто сказал я ей. — Пора решить, как мы туда полезем. Я-то понятно, быстро заберусь. А ты? Если бы не было веток, то ты крыльями помогала бы и обогнала меня быстро, — говоря это, смотрел на неё. Она недоверчиво ещё раз осмотрела ель. — Но тут тебе они мешают. Вот что я думаю: иди в убежище. Я его там, наверху, открою. Тебя вытащу уже на позицию, сам туда залезу. А ты крепко его возьми в лапу и лети.
Я взял за один конец шнурок, открыл проём. Оттуда пахнуло тёплым летним воздухом. Серый было сунулся наружу, но я ему сказал, что не стоит сейчас. И Хелена молча шагнула в убежище. Я закрыл проход. Привычным движением намотал его на запястье.
Прошёл по прелой хвое к монументальному стволу дерева. Молча подпрыгнул, ухватился за толстую ветку — она хрустнула, но удержала меня. Я сместился на руках ближе к стволу и подтянулся. Дальше пошло проще. Я, помогая себе руками и ногами, сам не заметил, как забрался на самый верх. Выбрал ветку, что была удобнее для Хелены, прицепил шнурок. Обернулся, осмотрел низину отсюда.
Весь город был как на ладони. Не такой уж и гигантский. Дороги внутри него были кольцами, что сужались к центру. И в центре — большая статуя. Фигура сидит на троне или на чём-то похожем. Рука вытянута вперёд, трёхпалая кисть растопырена. Сама поза показывает, что сидящая фигура — властная.
Я поднял ползунок. Он без сопротивления открыл мне проход. Было интересно видеть уровень земли убежища. Хелена стояла тут же, у прохода. Я посмотрел на неё, в её глаза, такие человеческие. Зрачки расширены. Она смотрела за моё плечо, туда, на город в низине.
— Ну что, готова? — спросил я.
Протянул руку во внутрь, ухватил её за тело. Она приподняла крылья и опустила их уже на мою ладонь. Её тело было горячее и казалось, что не весило вообще ничего. Я вынул её из убежища и посадил на ветку.
— Нет, не готова. Но разве это имеет значение? — сказала она, не смотря на меня.
Я молча пролез в убежище, ловя опять тот самый эффект, когда ты одной ногой стоишь на качающемся дереве, а другой — уже на твёрдой земле.
— Смотри, не потеряй нас, девочка. Всё будет хорошо. Через мгновение мы будем уже там, — сказал я.
Она молча повернулась и ухватила ртом ползунок и опустила его со своей стороны. Я обернулся к волку, что так и сидел рядом.
— Ну вот, братец. Как-то так, — сказал и пошёл к реке.
Присел на корточки, зачерпнул воды и вкусно напился. Заметил, что сердце колотится внутри. Потом встал, пошёл к шалашу и лёг на спину. Закинул руки за голову и стал ждать. Серый походил по лугу, потом тоже пришёл и лёг рядом.
Мне всё время казалось, что вот-вот, что вот сейчас она откроет проход. Но время шло, а он не открывался. Серый вышел на лужайку, лёг, положил голову на лапы и стал смотреть на то место, где открывается проход.
Я не выдержал и тоже вышел. Стал ходить от стены к стене, делаю упражнения. Дошел до разворота — десять приседаний. Иду обратно, поворот — и приседания.
Вдруг услышал новый звук. Как будто кто-то всасывает громко воздух. Шипение. И проход открылся. Я сам не заметил, как оказался уже у проёма. Вылез в осень, и Серый под ногами прошмыгнул.
Хелена стояла рядом. Прижала крылья плотно к телу, перья на голове взъерошены. И вокруг нас город. Мне не нужно поворачивать голову, чтобы понять: мы точно за теми самыми воротами.
— Ты как? — спросил у неё.
Серый боднул её массивной головой, чуть-чуть. Но Хелена чуть пошатнулась и по-птичьи взмахнула крыльями. Я обратил внимание, что она не полностью их распрямила — они чуть согнуты.
— Уронила шнурок. Уже тут. Искала, — ответила она совсем не то, что я ждал.
— Хелена, добралась как? — спросил я.
— Ну-у, было страшно и интересно. Ты не сказал, что когда начинаешь поворот на снижение, то тебя начинает переворачивать. Вот тогда я испугалась и отпустила вас. Думала, упаду, — проговорила она.
— Хелена, ты разве видишь у меня крылья? Откуда мне знать такие подробности? — ответил ей я.
— Но ты же научил меня летать, — сказала удивлённо она.
— Только теорию я тебе дал. Остальное — ты сама. Но учти: это ещё не полёт. Это планирование. Эм... управляемое падение, — сказал я.
— Это как? — спросила она.
— Ну вот так. А полёт — это когда ты научишься ловить восходящий поток и, не махая крылом, менять высоту. Я думаю, как-то так, — ответил я.
— Отдохнёшь? А мы пока тут осмотримся, — спросил я.
— Шутишь? Я внутри целого города древних. Какой отдых? — ответила она.
Серый вовсю изучал, чем пахнет трава у ближайшего дома-овала. Я подошёл к нему, положил руку на стену. Ну что сказать? Стена как стена. Поверхность чуть шершавая, а так — всё тот же камень.
Мы пошли вдоль строения, дошли до угла, повернули за угол и увидели вход в строение. Высокое крыльцо. У крыльца пьедестал, на нём большая ваза из того же белого мрамора. Я поднялся по крыльцу. Дверей нет, просто вход в строение. Слева и справа — широкие ступени, что ведут на другие этажи.
Я осмотрел левую комнату, что начиналась у лестницы. Зашёл в высокий проём. Абсолютно пустое помещение. Но ни мусора, ни пыли нет. Потом мы поднялись на другие этажи. Планировка везде одинаковая: лестница и одна большая комната. Зеркально было и с правой стороны. Пустой дом. Выхода на крышу не было. Мы спустились на улицу.
— Что думаешь? — спросил я у Хелены.
— Странный дом. Непонятно, для чего он такой, — ответила она мне. — В мегаполисе целых домов нет. Там больше развалины. А тут всё целое стоит. И мне интересно, почему тут просто ваза, а вон там, видишь, у того дома — там статуя стоит, — проговорила она.
— Пошли посмотрим, — сказал я и пошёл через дорогу к другому дому, у которого у входа стояла статуя.
Древний, укутанный во что-то типа дождевика. Торс открытый, голый. Пресс на теле изображён с восемью кубиками. Мускулистый такой. Но непонятно, он или она — это. И лицо: красивый высокий лоб, глубокие глаза. Но носа как такого нет. С переносицы опускается и переходит в верхнюю челюсть. Рот закрыт. Смотрит на вход. Руки заведены за спину.
Мы остановились у статуи из всё того же белого мрамора. Серый убежал чуть вперёд. Я отсюда уже видел, что планировка та же: лестница на первый этаж, дальше влево и вправо лестницы на другие этажи, и у лестниц — проёмы комнат.
— Они похожи на людей, — сказал я хоть что-то, чтобы не было этой тишины.
— Они только внешне похожи. Их изделия почти всегда направлены на уничтожение, — ответила Хелена.
— Пойдём посмотрим, что там дальше. Вон тот дом отличается — он и больше, и статуя в руке что-то держит, — предложил я и пошёл вперёд.
И тут заметил то, чего тут никак не может быть. Конский навоз. Конское яблоко. Лежало на траве, в стороне от нас, поэтому я не учуял запах. А вот Серый, похоже, что учуял — так как он крутился там и что-то вынюхивал в траве.