Сбой матрицы

Я ехал по пустой трассе за городом. Солнце клонилось к закату, и мокрый после дождя асфальт мерцал тусклым ртутным блеском. Впереди и сзади — никого. Только я, машина и бесконечная серая лента, уходящая в сумеречную дымку. Радио бормотало что-то про погоду, но голос казался далёким, будто доносился из другого мира.

И вдруг — резкий, чужой звук тормозов. Я инстинктивно вдавил педаль. Машина клюнула носом, и прямо передо мной, будто вырезанный из воздуха, возник тёмно-синий седан. Ещё мгновение назад дороги впереди не было. Теперь он стоял в двадцати метрах, затормозив так же резко и беспомощно.

Мы остановились. Я вышел первым. Воздух был густым и тяжёлым, хотя небо оставалось чистым. Из седана выбрался мужчина лет сорока — растрёпанный, в простой куртке. Он смотрел на меня так, будто увидел не водителя, а чужой черновик.

— Откуда ты взялся? — спросил он хрипло. — Я только что был под Серпуховом. Сто километров отсюда. Ехал спокойно… и вдруг оказался здесь.

— А я ехал один, — ответил я. — Дорога была пустая. Совсем. И ты просто появился.

Он достал сигареты, протянул мне. Мы прикурили, стоя между машинами. Дым поднимался ровно, без малейшего ветра — слишком ровно, будто кто-то намеренно выключил воздух.

— Такое чувство, — сказал он тихо, — будто нажали «паузу», потом «перемотку» и запустили всё снова. Только криво.

Я хотел ответить, но воздух дрогнул. Небо, асфальт, его лицо — всё на мгновение пошло рябью, как старый монитор. Короткое мерцание. И в ту же секунду педаль под моей ногой сама просела.

Теперь он был впереди. За рулём. Его седан стоял там, где секунду назад была лишь пустота, а я — за ним, будто эта сцена была прописана заранее и лишь слегка сбилась с такта.

Мы снова вышли. Посмотрели друг на друга. Он протянул сигарету — жест чуть неуверенный, чуть извиняющийся.

— Похоже, матрица сегодня слегка подтупливает, — усмехнулся он.

— Или наоборот, — сказал я. — Может, это мы где-то подтупливаем. А она лишь на мгновение дала нам это увидеть.

Мы пожали руки коротко, по-мужски, будто два случайных свидетеля одного сбоя. Сели в машины. Он тронулся первым. Я — следом.

Дорога снова была пустой. Только теперь я знал: пустота — тоже часть кода. И иногда код даёт сбой. Небольшой. Почти незаметный. Но достаточный, чтобы двое на мгновение поняли: мир не такой цельный, каким притворяется.

А потом всё снова стало обычным. 
Почти.