29 октября - 3 ноября 2026 Дневник Наблюдения

 29 октября — 3 ноября 2026 
 Дневник Наблюдения

Иногда несколько дней складываются не в последовательность, а в узор, который становится видимым только тогда, когда отходишь на шаг и перестаёшь считать отдельные события.

Кто приехал. 
Что удалось закончить. 
Где прошёл дождь. 
Кто ответил. 
Кто промолчал. 
Какая картина вдруг открылась иначе. 
Какая строка стала песней. 
Какой разговор неожиданно восстановил давно ослабевшую связь.

И тогда становится видно: события всё это время двигались не хаотично, а вокруг нескольких устойчивых центров, словно планеты вокруг невидимого солнца.

Карма показывала последствия прежних действий.

Дхарма возвращала к собственному пути.

Алгоритм проверял, насколько точно расходуются время, внимание и силы.

Энергия показывала, где жизнь расширяется, а где начинает уходить в шум.

И вся эта система держалась только потому, что внутри сохранялась устойчивость — не неподвижность, а способность вернуться в собственный центр после любого внешнего движения.

---

 29 октября. Ясный день и приближение дороги

День был светлый, ясный, почти прозрачный, и вместе с погодой внутри держалось такое же состояние — радостное, рабочее, собранное.

Стало известно, что приедут Лёша и Лиля.

Сразу появились простые земные дела: нужно было отвезти лодку, предупредить папу, подготовиться к приезду, что-то доделать, что-то закрыть, при этом музыкальная работа продолжалась почти без пауз.

Удалось закончить очередной хвост, появились ещё три произведения, а впереди оставалось шесть музыкальных работ, которые хотелось собрать до 5 ноября.

Уже маячили следующие точки маршрута: 7 ноября — Ржев, 8 ноября — Оленино, затем Торопец.

Солнце будто подсвечивало сам принцип этого дня: движение уже началось, но пока ещё можно было видеть всю дорогу целиком.

Здесь особенно ясно проявился **Солнце — Сурья**, потому что задача дня была связана с внутренним центром и самоопределением: не рассыпаться между десятками направлений, а удержать главный луч.

Луна отвечала за домашнюю ткань — ожидание родных, дом, озеро, заботу, ощущение пространства, куда должны приехать близкие.

Марс работал через действие: отвезти, закончить, приготовить, успеть, собрать.

Меркурий связывал всё сообщениями, планами, публикациями, текстами и музыкальными задачами.

Юпитер расширял горизонт — уже чувствовалось, что работа выходит дальше привычного круга.

Венера держала красоту самого процесса: музыка, природа, ожидание встречи.

Сатурн напоминал о сроках.

Раху подталкивал вперёд, к новому масштабу, а Кету словно отрезал лишнее, позволяя меньше тратить время на то, что уже перестало быть важным.

И почти формулой дня оказалась цитата Садхгуру:

**«Вы не всегда можете выбирать, как складываются обстоятельства. Но то, как вы на них реагируете, полностью зависит от вас».**

Эта мысль оказалась точной не только для одного дня, а для всего периода.

---

 30 октября. Дождь, лодка и восстановление линии с отцом

На следующий день пошёл дождь.

Лодку всё же отвезли, папе сказали о приезде Лёши, после чего снова вернулись домой — к работе, текстам, музыке, публикациям.

И именно в этот день появилась статья о папе.

Текст о Леониде Григорьевиче неожиданно стал больше, чем просто семейной публикацией.

Пока собиралась его биография — учёба, наука, приборы, атмосферная оптика, экспедиции, самолёты, мастерство рук, дом, кухня, платье, сшитое когда-то дочери, — внутри словно восстановилась одна важная линия.

Не воспоминание.

Связь.

Будто долгие годы между прошлым и настоящим лежал провод, по которому ещё проходил слабый ток, а теперь контакт наконец очистился.

Фраза папы:

«Я задумал — значит сделал. Я профессионал»

вдруг зазвучала почти как родовой алгоритм.

И рядом другая:

«Мы должны быть достойны тех, кто был до нас».

В этот момент особенно ясно проявился Юпитер — через родовую память, учительство, смысл, преемственность.

Солнце проявилось через образ отца как центра и фигуры авторитета.

Сатурн — через огромную длину его пути и то, что настоящее мастерство формируется не вспышкой, а десятилетиями.

Меркурий позволил собрать разрозненные сведения в текст, а Венера придала этому тексту тепло, благодаря которому биография перестала быть перечнем заслуг и стала живым портретом.

Именно поэтому отклики оказались такими сильными.

Сергей Смирнов написал:

«Думаю, отцу приятно, что дочь так тепло написала о нём. Очень доброе сообщение».

Пришёл другой ответ:

«Уникальный человек, невероятной доброты, мудрости, эрудиции… Читая, я плакала».

Кто-то написал:

«Вот это да! У вас необыкновенный отец! Вообще род очень сильный и богатый такими талантами!»

И вот здесь случилось то, чего очень часто не хватает автору: текст вернулся.

Не количеством просмотров.

Человеческим чувством.

Потому что писать в пустоту можно долго, но без отклика произведение напоминает камень, брошенный в колодец, из которого так и не донёсся звук падения.

А здесь звук пришёл.

И стало понятно: текст достиг другого человека.

Это тоже Карма — возврат того, что было вложено.

И Дхарма — продолжение родовой линии уже не через научный прибор, а через слово.

---

 31 октября. Солнце между облаками, приезд родных и обычная жизнь

В субботу выглядывало солнце.

Приехали Лёша и Лиля.

День сразу стал другим: меньше виртуального пространства, больше голосов, движения, запахов, еды, присутствия живых людей.

Вечером был шашлык.

Маме читалась статья о папе, продолжали приходить ответы, и внутри сохранялся энергетический подъём.

И именно здесь особенно хорошо было видно, насколько жизнь сопротивляется любым попыткам разделить её на «высокое» и «обычное».

Рядом с размышлениями о роде — мясо на огне.

Рядом с публикацией статьи — лодка.

Рядом с научной биографией — платье из японского шёлка, которое папа когда-то сшил к выпускному, а потом оно было немного переделано под сарафан.

Александр, прочитав статью, сразу зацепился именно за эту деталь:

«Если есть, то фото платья в студию!»

И это тоже оказалось очень живым наблюдением: каждый читатель входит в один и тот же текст через свою дверь.

Один видит науку.

Другой — род.

Третий — платье.

Четвёртый вообще спрашивает:

«Текст написан немного странно, он же ещё жив?»

На что остаётся только подумать:

как интересно он его читал?

Вот здесь Меркурий снова проявил свой двойственный характер: слово способно соединять, но оно же показывает, насколько по-разному устроено восприятие.

И это важно для дальнейшего наблюдения: автор пишет один текст, а читателей получает столько версий этого текста, сколько существует сознаний.

---

 1 ноября. Наука входит в печь

Параллельно с семейными событиями начался научный сериал «Кулинария как наука» (2020).

И внезапно кухня стала лабораторией.

Серия о жаре, стейке, прожарке, температуре изменила сам взгляд на приготовление еды.

Когда Лёша привёз телятину, теория почти сразу перешла в практику: мясо отправилось в печь на решётку, и получился настоящий стейк, уже осмысленный не только вкусом, но и процессом — теплопередачей, температурой, структурой продукта.

Позже серия о тесте привела к мясному пирогу, а ферментация начала открывать совершенно другую сторону привычной еды.

Кухня вдруг перестала быть только кухней.

Она стала маленькой моделью мира, где вещества взаимодействуют, структура меняется от температуры, время работает как ингредиент, а самые обычные продукты оказываются химическими системами.

Это чистый Меркурий — наблюдение, анализ, любопытство.

И одновременно Венера — вкус, удовольствие, красота еды.

Луна — домашняя забота.

Марс — огонь.

Сатурн — время приготовления.

Юпитер — расширение понимания.

Даже здесь девять грах словно собрались вокруг печи.

И всё это происходило очень по-деревенски: мука, блины, молоко в трёх банках, простокваша, телятина, печь.

Никакой лаборатории из стекла и металла.

Просто Дом.

Но когда меняется качество внимания, лабораторией становится любое пространство.

---

 2 ноября. ArtStation. Дверь, которая два месяца не открывалась

Почти два месяца не удавалось нормально попасть на ArtStation.

Попытки входа, Google, сбросы пароля, непонятные сообщения — всё шло кругами.

И вдруг выяснилось: аккаунт **KaMa_Art** был создан через Epic Games.

После этого дверь наконец открылась.

И это был один из тех моментов, когда технически произошло совсем немного — всего лишь удалось войти на страницу, — но внутренне событие оказалось намного крупнее.

Начали загружаться работы.

Собралась ювелирная коллекция.

Появилась «Валдайская возвышенность».

Стали видны будущие направления — автопортрет, Мистика, Magic.

И именно тогда возникло очень важное чувство:

щекотно в сердце.

Словно делаешь что-то действительно значимое, хотя ещё трудно объяснить словами, в чём именно эта значимость.

Появилась гордость за собственные работы.

Одновременно — новый уровень взгляда: уже стало понятно, что хорошая картина — это далеко не просто красивое изображение.

У неё должен быть замысел.

Внутренний контур.

Необходимость.

Своя энергия.

И неожиданно начали переоцениваться старые автопортреты.

Не все подряд.

Но те, в которых уже тогда существовало настоящее ядро, вдруг стали драгоценными.

Отсюда выросла мысль:

автопортрет — это зеркало того, во что невозможно одеться телом, но чем можно стать внутренне.

И ещё глубже:

каждый автопортрет — это выбранное векторное направление личности.

«Между мирами».

«Красная Шапочка».

«Зима».

«Портрет КаМа».

«Улыбка Бога».

«Маска».

«Хранительница Огня».

«Белая Лошадь».

«Вращение мысли».

«Ирина Яскович КаМа».

Они вдруг перестали быть просто старыми картинками.

Они стали картой состояний.

Здесь особенно проявились три высшие грахи.

Уран — структура Души — показал, что разные стили могут быть разными архитектурами одного сознания.

Нептун — задачи Души — связал изображение, интуицию, мистический слой, ощущение, что картина сначала рождается где-то за пределами логики и только потом становится видимой.

Плутон — Мастер Души — заставил пересмотреть старое и вынести из прошлого то, что пережило время.

Именно здесь стало ясно: КаМа Арт может быть узнаваем не одной техникой, а способом мыслить через разные стили.

Это очень существенный переход.

Художник одного приёма строит один дом.

Здесь же начинает возникать целый город.

---

 3 ноября. Семнадцать релизов и ощущение завершённого круга

Утро началось совсем просто — с автолавки.

Потом снова работа.

ArtStation уже начал давать отклик: на картины пришли первые лайки, причём зрители выбирали сразу по две работы одной серии.

Rokviz Studio из Дубая, ОАЭ** отметил *Where the Light Begins* и *In the Boat of Autumn Light*.

Пользователь timjean выбрал *At the Birch Lake* и *Road to the Light*.

Это маленький факт, но очень точный: зритель начал видеть не одну случайную работу, а связь между ними.

Параллельно ArtStation начал присылать вакансии международной визуальной индустрии — 2K, Respawn Entertainment, Дублин, Ванкувер, Калифорния, постоянная работа, помощь с переездом.

Путь этот лежит немного в стороне, но сам факт важен: профессиональная среда уже оказалась рядом.

И тут же появилась другая ясность: главный вектор — не раствориться в чужой индустрии, а постепенно создать **собственные визуальные миры для широкого экрана на основе собственных книг**.

Тем более первый мост уже построен: изображения уже пробовали оживать через OpenArt и Kling.

Картина получает движение.

Свет — длительность.

Персонаж — жест.

Книга — возможность стать сценой.

И вот на этом фоне выходит 17 релизов КаМа — синглы и EP.

Музыкальный хвост закрывается.

Можно ехать в Ржев и Оленино без ощущения, что сзади тянется незавершённая работа.

Это очень важное состояние.

Потому что живая сцена всё равно волнует иначе, чем любая цифровая платформа.

Там дорога.

Ночёвка.

Незнакомая публика.

Рада остаётся дома.

Перед выступлением всегда существует пространство, которое невозможно просчитать заранее.

И поэтому одновременно присутствуют две энергии: гордость за закрытые задачи и волнение перед новым живым опытом.

---

 Четыре центра устойчивости

За эти шесть дней особенно ясно проявились четыре центра, на которых держалась вся система.

Карма показывала возврат прежних действий: старая статья о папе превратилась в восстановление связи; старые автопортреты получили новое значение; прежние стихи стали музыкальными релизами; долгая борьба с ArtStation наконец закончилась входом и первыми откликами.

Дхарма всё яснее собирала направление: книги, музыка, КаМа Арт, сцена, будущий экран начали выглядеть не разными увлечениями, а разными каналами одного авторского движения.

Алгоритм становился всё жёстче: время перестало быть бесконечным ресурсом. Поэтому всё сильнее раздражает информационный шум, бессмысленные разговоры, обещания без действия, привычка людей говорить «да, сделаю» и оставаться на месте. Алгоритм требует точности: слово — действие — результат.

Энергия стала главным индикатором качества. Там, где возникает чистая частота, работа идёт легко, появляется радость и расширение. Там, где начинаются скандалы, чужой хаос и информационные примеси, энергия быстро уходит.

Отсюда и наблюдение про людей, которым нравится жить в постоянном шуме: для них это естественная среда, а для другого типа сознания — потеря драгоценного времени.

---

 Девять грах и три высших

Солнце всё это время удерживало центральную линию личности.

Луна возвращала в Дом, к семье, Радe, печи, еде, воде, щенкам, молоку и простокваше.

Марс давал физическое действие и помогал закрывать огромный объём задач.

Меркурий соединял тексты, музыку, переписки, статьи, публикации и исследования.

Юпитер расширял пространство — от семьи и родовой памяти до международной художественной платформы.

Венера проявлялась через искусство, красоту, музыку, картины, одежду, вкус еды и человеческую близость.

Сатурн удерживал сроки, работу, дисциплину и необходимость доводить начатое.

Раху продолжал тянуть к новому масштабу — мировой платформе, экрану, новым профессиональным связям.

Кету отрезал то, что перестало питать: пустые разговоры, чужой шум, необходимость всем что-то доказывать.

А над этим тройным сводом работали высшие структуры.

Уран перестраивал архитектуру Души.

Нептун показывал задачу соединить разные формы творчества в единое поле.

Плутон заставлял вынести из прошлого то, что имеет настоящую силу, и оставить остальное в прошлом.

---

 Итог наблюдения

Эти шесть дней оказались удивительно плотными, но внутри них всё меньше чувствовался хаос.

Дом остаётся простым деревенским домом между двумя озёрами.

Печь греет.

Автолавка приезжает по расписанию.

Щенки растут и смешат.

Мышей стало меньше.

На столе стоит молоко.

В холодильнике лежит еда.

Где-то рядом идут дожди.

Рада учится.

Периодически приезжают родные.

И в том же самом пространстве рождаются книги, музыка, картины, исследования, публикации, планы выставок и будущий широкий экран.

Наверное, именно это сейчас кажется самым важным.

Жизнь не требует специальной декорации, чтобы стать большой.

Иногда огромная внутренняя вселенная спокойно помещается в доме с печкой между двумя озёрами.

И пока снаружи идёт дождь, внутри можно лежать на печи, петь мантру и чувствовать, что всё постепенно встаёт на свои места.

Немного усталости.

Немного волнения.

Много работы.

И очень простое состояние, которое лучше любого философского вывода:

спокойно и радостно.