Сказ про то, как вциом методику менял

Сказ про то, как ВЦИОМ методику менял

Факт: В 2026 году ВЦИОМ обновил методику рейтинга. Для попадания в пул кандидатов теперь нужно выполнить хотя бы один из трёх критериев: релиз, концерт или трек в топ-10 чартов. SHAMAN выпустил 8 синглов и провёл большой тур, но в топ-10 чартов не попал. Его не включили в список для опроса, искусственно прервав трёхлетнее лидерство.

***

1-ая часть. Протокол исключения

Заседание ВЦИОМ за красивым дубовым столом. На стенах графики. Сотрудники ВЦИОМ сидят с планшетами. В центре – гигантский плакат новой методики опросов.

Председатель (удовлетворённо потирая руки):
– Внимание. Заседание по итогам года.

Сотрудник статистики:
– Итак, коллеги. Три года подряд этот… певец был у нас номер один. Три года! А сегодня мы его наконец-то выпихнули из списка. И всё это благодаря нашей новой методике.

Сотрудник аналитики:
– Да. Мы добавили к релизам и концертам обязательный чартовый фильтр. У него нет трека в топ-10. Всё. Его песенка спета.

Сотрудник соцопросов:
– Но у него восемь синглов и тур.

Председатель:
– А у нас – новые правила. Восемь синглов не спасают от отсутствия чарта. Вычеркиваем. Гордимся собой. Всем премия! Едем дальше.

Сотрудник аналитики:
– И ещё. По новым правилам мы даже не спрашиваем людей, кого они вообще любят. Мы просто сами пишем список для опроса. Гениально.

Председатель:
– А вам индивидуальная премия за лучшую галочку в нужной клетке. Всё, подписываю протокол.

Вечер. Соцсети.

Хейтер 1 (пишет комментарий, руки дрожат от радости):
– Три года орал, что он номер один. А теперь даже в список не попал! Победа!

Хейтер 2:
– Победа! Наконец-то! Я три года этого ждал!

Критик (в телеэфире):
– Ну вот. Новая методика подсчёта голосов расставила всё по местам. Талант не прошёл проверку статистикой.


Фэны (в комментариях, шум, звон посуды):
– Что? Как? Он 8 песен выпустил!
– У него тур был!
– Его исключили ещё до голосования!

Общий сбор фандома. Экстренное заседание.

Модератор:
– Повестка дня: кто виноват и что делать. Вариант первый – месть.

Фэнат 1:
– А тот, кто придумал новые критерии, случайно не тот же человек, который придумал ЕГЭ? Найти и разобраться.

Фэнат 2 (бодрая бабушка, с внуком за руку):
– Внуки предлагают написать приложение для смартфона: одна кнопка, жмёшь – и голосуешь за все его песни сразу. Чтобы не мучиться со ссылками.

Фэнат 3 (светлый одуванчик из 5-го класса):
– Нам нужны две кнопки! Я активна ночью. И чтобы обе за! И чтобы ай-пи не вычислялось!

Фэнат 4 (молодой парень, смотрит в телефон):
– Нам предлагают партию лопат и разводных ключей. Через госзакупки. Чтобы у хейтеров не было шансов и зубов. Берём?

Модератор (вздыхает):
– Так. Идеи записал. Теперь по альбомам. Песен у нашего артиста уже давно на новый альбом хватит.

Поклонник лирики:
– Лирика! Боль и тепло! «Не души мою душу»! Пусть издаст альбом лирики!

Поклонник патриотики:
– Патриотика! Гимны! «Я русский мужик»! Патриотический альбом!

Спор перерастает в перепалку. В ход идут взаимные оскорбления сторон и недобитая с прошлой фанатской войны посуда. В дверь заходит группа людей в пиджаках с надписью «ФАК» (Фандомная Аналитическая Комиссия).

Глава ФАК (поправляя очки):
– Тихо! Мы изучили ситуацию. Это не заговор. Это новая методика. Предлагаем пресс-конференцию с ВЦИОМ. Пусть ответят на все наши вопросы.

Модератор:
– Гениально. Открываем Яндекс-форму по сбору вопросов для пресс-конференции. Пишите вопросы. Зададим все!

2 часть. Три трети вопросов

Офис ФАК. На экране монитора сотни вопросов. Люди в пиджаках быстро их пролистывают.

Аналитик 1 (бешено крутит колёсико мышки):
– Так. Треть вопросов… вообще не про ВЦИОМ. И не про музыку.

Аналитик 2 (заглядывает первому через плечо):
– А про что?

Аналитик 1 (тихо)::
– Про выборы Президента. Они спрашивают, кто следующий.

Аналитик 2:
– А вторая треть?

Аналитик 1 (листает дальше):
– Про то, кто на самом деле убил Цоя.

Аналитик 2
– Ого. А третья?

Аналитик 1 (радостно):
– Наконец-то. Вопросы про методику. Про чарты. Про галочки. Вот с ними и работаем.

Глава ФАК:
– Так. Приводим вопросы в порядок. Вопросы про Цоя в архив, про выборы туда же.
Оставляем только вопросы по существу, про методику. Иначе нас не поймут.

Часть 3. Пресс-конференция

Зал пресс-центра «Россия сегодня». В центре – большой круглый стол, за ним сидят ведущий и представитель ВЦИОМ в строгом костюме. Слева и справа от стола возвышаются две зрительские трибуны. На трибунах – 93 фэна со смартфонами, два хейтера с блокнотами и один журналист с четырьмя видеокамерами с наклейками разных телеканалов. На самом верхнем ряду правой трибуны, свернувшись калачиком, спит уборщица. Её рабочий день давно закончился.

Ведущий (строго смотрит на представителя ВЦИОМ):
– Итак. Перед началом должен вам напомнить: микрофон не игрушка, поэтому он встроен в стол. Он маленький и фонит от прикосновения. Поэтому трогать его нельзя. А лучше в него и не дышать. (Обращается к залу) Вопросы задавать по одному. Начинаем.

Фанат 1 (встаёт, щурится):
– Скажите. Почему в вашей методике нет галочки «народная любовь»? Или вы измеряете рейтинг только чартами?
Представитель ВЦИОМ (важно поправляет галстук):
– Любовь не является объективной исследовательской единицей. Сегодня вы одно любите, а завтра прямопротивоположное. А мы работаем с данными. Данные это точность, а любовь – это эфемерная категория, которая не поддаётся математическому исчислению и не может быть верифицирована. Мы не можем занести любовь в таблицу.

Фанат 2:
– А данные про Байкал? Доколе местные будут продавать «тот самый лёд» без налогов в казну? И когда закроют завод, который отравляет воду на южной стороне?
Представитель ВЦИОМ (невозмутимо):
– Вопросы экологии находятся вне нашей компетенции. Однако, если рассматривать лёд как объект продажи, он должен быть включён в реестр товаров народного потребления. Мы уже направили запрос в соответствующие органы. А завод... завод – это производственная единица. Пока он работает, он создаёт рабочие места. Это положительно сказывается на демографии.

Фанат 3:
– А чё это вы не на фронте?
Представитель ВЦИОМ (с достоинством):
– Мой фронт – это статистика. Здесь я сражаюсь с хаосом и неопределённостью. Это не менее важная миссия.

Хейтер 1 (вскакивает с левой трибуны):
– А почему у вас несовременный костюм? Вы что, отстали от жизни?
Представитель ВЦИОМ (оглядывает свой пиджак):
– Это классический костюм. Он прошёл тестирование на соответствие дресс-коду. Мы не можем менять дресс-код каждый раз, когда кто-то выпускает новую песню. А ваши кожаные штаны вообще не прошли нашу проверку на соответствие регламенту.

Журналист (поднимает руку):
– Уточните. Аббревиатура ВЦИОМ, она же калечит русский язык, почему вы до сих пор ею пользуетесь?
Представитель ВЦИОМ:
– Аббревиатура это оптимизация речевых ресурсов. Мы не калечим язык, мы его экономим. Если мы будем произносить «Всероссийский центр изучения общественного мнения» каждый раз, мы потеряем два часа в день. А это время мы могли бы потратить на подсчёт рейтингов.

Хейтер 2 (вскакивает с правой трибуны):
– А правда, что вы «кремлёвский проект»?
Представитель ВЦИОМ (холодно):
– Мы не проект. Мы институт, изучающий общественное мнение! (Зал дружным хором ржёт) Проект это временное явление. А наш институт – это навсегда.

Хейтер 3:
– А как же «кремлёвская звезда»? Вы что, новую нашли? И в чём её заслуги?
Представитель ВЦИОМ:
– «Кремлёвская звезда» – это астрономическое тело. Мы не занимаемся астрономией. Если на небе появилась новая звезда, это вопрос к Роскосмосу. Наши звезды – это те, кто попал в топ-10. Остальные – это метеориты. Они сгорают в атмосфере.

Фанат 4 (кричит с левой трибуны):
– А почему Егора Крида нет в рейтинге? Он же тоже активный! Я вообще-то фэн Крида!
(На слове «активный» фэну Крида прилетает в голову что-то тяжёлое с соседней трибуны. Фэн падает между рядов и затихает.)
Представитель ВЦИОМ (заглядывает в бумаги):
– Данные по Егору Криду находятся в другом департаменте. Мы передали запрос. Ожидаем ответа. Возможно, он в процессе оформления.

Фанат 5 (встаёт с трибуны, поправляет очки):
– А правда, что у вас совместный проект с Анастасией Волочковой?
Представитель ВЦИОМ (на секунду теряет дар речи):
– С кем? С Волочковой? Мы... эээ… мы не комментируем слухи. Но если рассматривать Волочкову как метафору гибкости, то наши респонденты действительно должны проявлять гибкость при ответах на вопросы. Это... это очень глубокий образ.

Фэнат 6 (та самая бабушка с внуком, кричит с места):
– А скажите, вы носите нижнее бельё? И если да – попрошу продемонстрировать! Нечего тут стесняться, все свои!

Зал замирает. Представитель ВЦИОМ покрывается красными пятнами, роняет ручку и чувство собственного достоинства. Он медленно встаёт, быстро собирает бумаги в папку.

Представитель ВЦИОМ (лепечет):
– Я... это... конфиденциальная информация. Это не входит в... в протокол. У меня... совещание.

Он срывается с места и быстро уходит, чуть не споткнувшись о провода. Ведущий смотрит ему вслед, потом поворачивается к залу.

Ведущий (довольно):
– Следующая пресс-конференция – через год. Надеюсь, вопросы будут не менее интересными.

В зале начинают шуметь, все потихоньку расходятся. А на верхнем ярусе правой трибуны просыпается уборщица, мутными со сна глазами разглядывает спины удаляющихся людей, будит и выпроваживает из зала фэна Крида и начинает мыть пол.

#байки_про_шамана