Философия несуществования Глава 12

Глава двенадцатая. Несуществующее и пределы бытия

1. Несуществование как проблема философского определения

Всякое рассуждение о несуществовании начинается с простого утверждения: нечто не существует.

Однако простота этого утверждения обманчива. Оно кажется понятным потому, что в обыденной речи мы постоянно сталкиваемся с отсутствием предметов, прекращением событий, несбывшимися возможностями и отрицанием различных свойств. Но когда мы пытаемся определить, что именно означает слово «не существует», привычная ясность исчезает.

Не существует ли предмет потому, что его нет в определённом месте? Потому, что он никогда не возникал? Потому, что его существование невозможно? Или потому, что само понятие предмета не допускает непротиворечивого определения?

Все эти случаи выражаются посредством отрицания существования, но они не совпадают по смыслу.

Если книга отсутствует на столе, это не означает, что книга вообще не существует. Если человек умер, это не означает, что он никогда не существовал. Если некоторое событие не произошло, из этого ещё не следует, что оно было невозможно. Если мы представляем себе круглый квадрат, то наличие такого представления не превращает противоречивое содержание в возможный предмет.

Следовательно, слово «несуществование» объединяет различные отношения, которые необходимо различать.

Философская задача состоит не в том, чтобы объявить несуществующее особой областью реальности, противоположной миру существующего. Такая постановка вопроса заранее предполагает то, что ещё требуется доказать: будто несуществующее обладает собственным онтологическим статусом, подобным статусу существующих вещей.

Но если несуществующее обладает собственным бытием, в каком смысле оно тогда не существует?

Если же оно совершенно лишено бытия, каким образом мы можем говорить о нём, определять его и отличать от существующего?

Перед нами возникает противоречие, которое нельзя устранить простым введением нового термина. Необходимо исследовать структуру самого понятия.

В предыдущих рассуждениях мы уже сталкивались с тем, что мысль способна обращаться к предметам, которые не существуют в действительности. Мы рассматривали воображение, вымысел, возможность, невозможность, язык, культуру и отношение между возможным и действительным.

Теперь необходимо сделать следующий шаг: установить, какие формы несуществования можно различить, как они соотносятся между собой и где проходит граница, за которой само понятие несуществующего теряет определённость.

В этой главе будут объединены четыре проблемы:

- онтологический статус несуществующего;
- отрицание и отсутствие;
- невозможность и противоречие;
- абсолютное ничто как предел мысли.

Эти проблемы связаны не внешним сходством слов. Каждая из них ставит вопрос о том, как соотносятся мысль, утверждение и бытие.

2. Отсутствие: несуществующее в определённом отношении

Начнём с наиболее доступной формы несуществования — отсутствия.

Когда мы говорим: «В комнате нет человека», мы не утверждаем, что человек вообще не существует. Мы утверждаем, что в определённом месте, в определённое время и при определённых условиях человек не присутствует.

Отсутствие всегда предполагает некоторое отношение.

Предмет может отсутствовать в пространстве, событие — в определённом временном промежутке, свойство — у конкретной вещи, участник — в составе некоторой группы. Во всех этих случаях отрицание ограничено тем отношением, в котором устанавливается отсутствие.

Отсутствие книги на столе не является отсутствием книги вообще. Отсутствие человека на собрании не означает, что человек никогда не существовал. Отсутствие определённого свойства у предмета не означает отсутствия самого предмета.

Именно поэтому отсутствие нельзя отождествлять с абсолютным небытием.

В каждом случае отсутствия сохраняется возможность указать, чего именно нет и относительно чего устанавливается это «нет».

Здесь обнаруживается важная особенность: отсутствие не является самостоятельной вещью.

Мы не можем обнаружить отсутствие книги рядом с другими предметами. Мы обнаруживаем, что книга не находится там, где её наличие ожидалось или допускалось.

Отсутствие определяется через отношение между предметом и некоторым условием его присутствия.

Это не означает, что отсутствие является только субъективным переживанием. Если книга действительно не лежит на столе, её отсутствие не зависит от того, заметил ли его человек. Однако само утверждение об отсутствии требует определённого отношения, которое можно установить или опровергнуть.

Поэтому отсутствие имеет объективный смысл, но не обязательно обладает самостоятельной предметностью.

Эта особенность позволяет провести первое принципиальное различие:

отсутствие — это не отдельная разновидность существующей вещи, а отрицательное определение некоторого отношения.

Отсутствие может быть реальным, хотя само отсутствие не является предметом.

Например, отсутствие кислорода в определённой среде может иметь физические последствия. Но эти последствия не доказывают, что отсутствие кислорода существует как самостоятельная субстанция. Они объясняются устройством среды, её составом и условиями взаимодействия.

То же относится к отсутствию участника, отсутствию ресурса, отсутствию свойства или отсутствию события. В каждом случае необходимо исследовать конкретное отношение, а не превращать отсутствие в особое сущее.

Иначе мы рискуем совершить категориальную ошибку: принять отрицательное определение предмета за самостоятельный предмет.

3. Отрицание: логическая форма и онтологическое содержание

Отсутствие тесно связано с отрицанием, но не совпадает с ним.

Отрицание — это прежде всего логическая операция. Оно изменяет значение утверждения, противопоставляя ему отрицательную форму.

Если утверждение гласит: «Снег белый», то его отрицание гласит: «Снег не белый».

Но отрицание не обязательно означает отсутствие предмета. Оно может отрицать свойство, отношение, событие или истинность высказывания.

Число семь существует в математическом рассуждении, но оно не обладает свойством чётности. Здесь мы отрицаем свойство, а не существование числа.

Человек может существовать, но не быть врачом. Мы отрицаем принадлежность к определённой профессиональной категории, а не существование человека.

Событие может произойти, но не иметь ожидаемого последствия. В таком случае отрицание касается причинного или смыслового отношения.

Таким образом, отрицание может быть направлено на разные уровни содержания.

Однако существует и более глубокая проблема.

Когда мы утверждаем «нечто не существует», грамматическая форма высказывания может создавать впечатление, будто мы сначала должны признать предмет, а затем приписать ему свойство несуществования.

Но такое понимание приводит к затруднению.

Если предмет существует, то он не является несуществующим. Если он не существует, то непонятно, каким образом ему можно приписать свойство.

Возможно, трудность возникает потому, что грамматика не всегда отражает онтологическую структуру утверждения.

Фраза «несуществующий предмет» может быть удобным языковым выражением, но из неё не следует, что существует особый предмет, который обладает свойством «не существовать».

Бертран Рассел в своей теории определённых описаний показал, что многие высказывания, внешне относящиеся к несуществующим предметам, можно анализировать иначе. Вместо признания особой сущности можно исследовать логическую структуру утверждения.

Например, высказывание «нынешний король Франции лыс» не требует признания существования нынешнего короля Франции. Оно предполагает определённую структуру: существует ли такой человек, является ли он единственным и обладает ли он указанным свойством.

Если соответствующего человека нет, утверждение не становится истинным лишь потому, что выражение грамматически выглядит как обозначение предмета.

Здесь важно не только решение конкретной логической задачи. Мы получаем общий философский результат:

языковая форма не гарантирует онтологического существования того, о чём говорится.

Имя может быть употреблено. Описание может быть сформулировано. Понятие может быть определено. Но ни одно из этих обстоятельств само по себе не доказывает существования предмета.

Это положение необходимо для дальнейшего исследования, поскольку оно позволяет говорить о несуществующем, не превращая его автоматически в особую область бытия.

4. Онтологический статус несуществующего

Что означает выражение «онтологический статус несуществующего»?

Оно может показаться противоречивым. Если нечто не существует, то каким образом оно может обладать статусом в онтологии — учении о бытии?

Однако противоречие не является неизбежным. Оно возникает лишь тогда, когда мы предполагаем, что всякое определённое содержание мысли должно соответствовать существующему предмету.

Но философия давно поставила под сомнение это предположение.

Мы можем мыслить предмет, который существовал прежде, но теперь исчез. Мы можем представить вымышленного персонажа. Мы можем рассуждать о будущем событии, которое ещё не произошло. Мы можем сформулировать математическое отношение, не связывая его с физическим объектом.

В этих случаях содержание мысли не сводится к наличию соответствующего предмета в действительности.

Но и сами случаи неодинаковы.

Предмет, существовавший в прошлом, обладает исторической определённостью. Он был частью действительности, и его прежнее существование может быть подтверждено следами, документами и причинными последствиями.

Вымышленный персонаж обладает определённостью внутри произведения. Его характеристики задаются текстом, сюжетом и художественным контекстом. Но эта определённость не означает, что персонаж существует как физический человек.

Будущее событие может быть возможным, но ещё не осуществившимся. Его статус зависит от условий, при которых оно может произойти.

Противоречивый предмет, напротив, не может быть признан возможным только на основании того, что его описание сформулировано.

Таким образом, мы не можем говорить об одном универсальном статусе несуществующего.

Здесь полезно вспомнить спор Алексея Мейнонга и Бертрана Рассела.

Мейнонг стремился обосновать возможность предметного мышления о том, чего нет в действительности. Его подход допускал широкую область предметов, о которых можно говорить, не приписывая им существования в обычном смысле.

Рассел стремился избежать признания таких предметов самостоятельными сущностями и показать, что многие высказывания о них можно логически проанализировать.

Этот спор обнаруживает важную проблему: является ли предметность необходимым условием мышления?

Если мы признаём, что всякая мысль должна иметь существующий предмет, то вынуждены объяснять, как возможны вымысел, отрицание, ошибочное представление и противоречивое описание.

Если же мы допускаем предметность всего мыслимого, то рискуем превратить всякое содержание мысли в особую сущность.

Оба решения требуют уточнения.

Возможно, необходимо различать предмет мысли и предмет действительности.

Предмет мысли — это то, на что направлено содержание рассуждения. Предмет действительности — то, существование чего утверждается независимо от самого акта мышления.

Эти определения не всегда совпадают.

Но такое различие не означает, что предмет мысли обладает особым бытием. Оно означает лишь, что мышление может иметь содержание, не утверждая существования соответствующего объекта.

Следовательно, онтологический статус несуществующего определяется не самим фактом его мыслимости, а характером утверждения, которое мы делаем о нём.

5. Возможность, действительность и неосуществлённость

Несуществование часто связывают с возможностью.

Мы говорим, что нечто могло бы существовать, но не существует. Или что событие могло бы произойти, но не произошло.

Однако возможность не является разновидностью действительности.

Аристотель различал потенциальность и актуальность. Потенциальное не тождественно актуальному, но может быть связано с ним определённым отношением. Возможность не означает, что предмет уже существует в завершённой форме; она указывает на способность или условие осуществления.

Но не всякая возможность реализуется.

Это обстоятельство имеет принципиальное значение. Если возможность автоматически превращалась бы в действительность, различие между ними исчезло бы. Тогда всё возможное должно было бы существовать, а понятие возможности потеряло бы самостоятельный смысл.

Однако действительность не исчерпывается всем мыслимым.

Можно представить множество непротиворечивых состояний, которые не осуществляются. Их неосуществлённость не доказывает невозможности, но и сама возможность не является гарантией будущего существования.

Здесь необходимо различать:

- логическую непротиворечивость;
- возможность в рамках определённых условий;
- вероятность осуществления;
- фактическое осуществление.

Эти понятия отвечают на разные вопросы.

Логическая непротиворечивость показывает, что описание не содержит явного противоречия. Возможность в рамках условий означает, что рассматриваемое состояние допускается определённой системой ограничений. Вероятность относится к оценке или структуре возможных исходов. Фактическое осуществление указывает на то, что событие произошло.

Из логической непротиворечивости не следует физическая возможность. Из физической возможности не следует высокая вероятность. Из вероятности не следует необходимость. И ни одно из этих понятий не тождественно действительности.

Поэтому неосуществлённое нельзя автоматически считать несуществующим в одном и том же смысле, что и невозможное.

Неосуществлённое событие может быть возможным. Невозможное событие не становится возможным оттого, что его описывают как неосуществлённое.

Эта граница особенно важна при исследовании несуществования, поскольку позволяет избежать подмены: отсутствие действительности не является доказательством невозможности.

6. Невозможность: три различных основания

Невозможность — одна из наиболее сложных форм несуществования, поскольку само слово употребляется в разных значениях.

Когда мы говорим «это невозможно», мы можем иметь в виду логическое противоречие, нарушение законов природы или отсутствие практических условий.

Эти значения необходимо различать.

Логическая невозможность

Логически невозможным называют то, описание чего содержит противоречие в рамках принятой логической системы.

Классический пример — круглый квадрат.

Квадрат определяется как фигура с четырьмя прямыми сторонами и соответствующими углами. Круг определяется иначе. Если мы требуем, чтобы одна и та же геометрическая фигура в одном и том же отношении была и квадратом, и кругом, возникает противоречие между определениями.

Логическая невозможность не зависит от того, насколько хорошо мы умеем создавать предметы. Она относится к согласованности содержания.

Невозможно не потому, что у нас пока нет нужных средств, а потому, что утверждение не может быть согласовано с собственными условиями.

Физическая невозможность

Физическая невозможность определяется законами природы или конкретной физической теорией.

Она не тождественна логической невозможности.

Некоторое описание может быть логически непротиворечивым, но несовместимым с известными физическими законами. При этом физические теории могут уточняться, изменяться и пересматриваться.

Это не означает, что любые физические ограничения условны. Это означает, что их основания относятся к исследованию природы, а не только к анализу понятий.

Логическая невозможность устанавливается через противоречие в определении. Физическая — через несовместимость с определённой системой законов и эмпирических оснований.

Практическая невозможность

Практическая невозможность связана с конкретными условиями, средствами и ограничениями.

То, что невозможно осуществить при одних обстоятельствах, может оказаться осуществимым при других.

Здесь невозможность не обязательно относится к самому содержанию события. Она может относиться к доступным средствам, ресурсам, времени или организации действий.

Практическая невозможность поэтому обладает относительным характером.

Она не означает, что событие невозможно вообще. Она означает, что оно не может быть осуществлено в заданной системе условий.

Таким образом, утверждение «это невозможно» нуждается в уточнении.

Невозможно в каком смысле? Логически? Физически? Практически? В рамках какой системы условий?

Без такого уточнения понятие невозможности остаётся неопределённым.

Именно здесь обнаруживается одна из основных задач философии несуществования: не смешивать различные основания отрицания.

7. Противоречие и граница определённости

Противоречие занимает особое положение в философском исследовании несуществующего.

Оно возникает тогда, когда утверждение и его отрицание приписываются одному и тому же предмету в одном и том же отношении.

Но прежде чем признать противоречие, необходимо проверить, не смешиваются ли различные значения, времена или отношения.

Человек может существовать в прошлом и не существовать в настоящем. Это не противоречие, поскольку речь идёт о разных временных отношениях.

Предмет может быть физически наличным, но юридически не существовать как зарегистрированный объект. Здесь также речь идёт о разных смыслах существования.

Высказывание может быть истинным в одной модели и ложным в другой. Это не обязательно противоречие, если модели имеют различные основания.

Следовательно, противоречие нельзя устанавливать лишь по внешнему совпадению слов.

Но если одно и то же содержание утверждается и отрицается в одном и том же отношении, возникает логическая проблема.

В классической логике противоречие означает, что утверждение и его отрицание не могут быть одновременно истинными в одном и том же смысле.

Это не просто правило речи. Оно связано с условиями определённого рассуждения.

Если мы допускаем, что одно и то же утверждение в одном и том же отношении одновременно истинно и ложно, то должны пересмотреть принципы, на которых строится дальнейшее доказательство. В некоторых неклассических логических системах противоречия исследуются иначе, но и там требуется точное определение правил вывода.

Поэтому противоречие не может служить универсальным оправданием неопределённости.

Нельзя утверждать, что нечто одновременно существует и не существует, а затем объявлять это утверждение выражением глубокой тайны бытия. Сначала необходимо установить, не скрывается ли за такой формулировкой смешение смыслов.

Вопрос о противоречии особенно важен для понятия абсолютного ничто.

Если ничто определяется как отсутствие всякого бытия, то нельзя без дополнительного объяснения приписывать ему свойства, отношения или причинную силу.

Иначе возникает не просто трудность определения, а нарушение самого исходного понятия.

8. Абсолютное ничто: возможно ли его мыслить?

Теперь мы подходим к наиболее радикальной форме несуществования — абсолютному ничто.

Абсолютное ничто должно означать отсутствие всего существующего.

Не отсутствие отдельного предмета.

Не отсутствие материи в определённом пространстве.

Не пустоту.

Не темноту.

Не состояние, предшествующее возникновению мира.

Оно должно означать отсутствие всякого бытия, всякой определённости, всякого отношения и всякого основания.

Но именно здесь возникает трудность.

Как только мы пытаемся представить абсолютное ничто, мы невольно приписываем ему определённость.

Мы воображаем пустое пространство. Но пространство уже не является ничто.

Мы представляем бесконечную темноту. Но темнота предполагает условия, в которых она может быть определена.

Мы мыслим отсутствие материи. Но само отсутствие материи предполагает различие между материей и тем, в чём она отсутствует.

Мы говорим о времени до возникновения мира. Но выражение «до возникновения» уже содержит временное отношение.

Таким образом, всякий образ абсолютного ничто оказывается образом чего-то определённого.

Это не означает, что абсолютное ничто обязательно существует. Напротив, трудность может указывать на то, что абсолютное ничто нельзя мыслить как обычный предмет.

Здесь необходимо различать два положения:

1. абсолютное ничто не существует как предмет действительности;
2. понятие абсолютного ничто может присутствовать в мышлении как предельное отрицательное понятие.

Первое относится к онтологическому утверждению. Второе — к возможности рассуждать о границах бытия.

Понятие абсолютного ничто может быть сформулировано посредством отрицания всякой определённости. Но это не означает, что мы получили представление о некой особой реальности.

Мы не обнаружили ничто. Мы обозначили предел, за которым любое положительное определение вступает в противоречие с исходным смыслом понятия.

Поэтому абсолютное ничто нельзя считать пустой областью, существующей за пределами мира.

Если оно обладает местом, оно уже не абсолютно.

Если оно обладает временем, оно уже не абсолютно.

Если оно обладает причинной силой, оно уже не абсолютно.

Если оно служит основанием возникновения бытия, то оно уже включено в определённое отношение.

Абсолютное ничто не может быть участником процесса, поскольку процесс предполагает изменение, отношение и последовательность.

Именно поэтому его нельзя описывать как особое состояние, из которого возникает мир.

Такое описание может быть метафорическим, но в строгом философском рассуждении оно требует отдельного обоснования.

9. Может ли ничто быть причиной бытия?

Вопрос о происхождении бытия часто формулируется следующим образом: почему существует нечто, а не ничто?

Это один из наиболее глубоких вопросов метафизики.

Однако его нельзя автоматически превращать в утверждение, будто ничто является причиной существования.

Причина предполагает отношение между определёнными условиями и результатом. Она должна обладать хотя бы тем минимальным статусом, который позволяет ей участвовать в причинной связи.

Абсолютное ничто, напротив, по определению не обладает никакими свойствами и отношениями.

Если оно производит бытие, значит, оно обладает причинной силой.

Если оно содержит возможность возникновения мира, значит, оно не лишено всякого содержания.

Если оно является основанием перехода от небытия к бытию, значит, оно включено в структуру этого перехода.

Во всех этих случаях понятие ничто перестаёт соответствовать собственному определению.

Поэтому необходимо различать вопрос о причине возникновения отдельных вещей и вопрос об основании бытия как такового.

В первом случае мы исследуем определённые процессы внутри действительности.

Во втором — ставим вопрос о том, почему действительность существует вообще.

Эти вопросы не обязательно имеют одинаковую структуру.

Возможно, понятие причины применимо к отдельным сущим, но не к бытию как таковому. Возможно, вопрос об основании требует иной формы философского анализа. Возможно, он указывает на предел объяснения, а не на существование особой причины.

Но ни один из этих вариантов не позволяет без доказательства утверждать, что абсолютное ничто является источником бытия.

Отсутствие объяснения не равнозначно доказательству определённой метафизической гипотезы.

Философия должна сохранять открытость вопроса, не подменяя её произвольным ответом.

10. Ничто как предел понятия, а не особая сущность

Можно ли считать абсолютное ничто предметом философского исследования?

Ответ зависит от того, что мы понимаем под предметом.

Если предмет означает существующую вещь, то абсолютное ничто не может быть предметом в этом смысле.

Если предмет означает содержание, к которому направлено рассуждение, то понятие ничто может быть исследовано.

Но это исследование не должно превращать понятие в особую сущность.

Здесь необходимо различать существование понятия и существование того, что понятие обозначает.

Понятие абсолютного ничто может быть сформулировано, определено и включено в философское рассуждение. Но из этого не следует, что существует соответствующая ему реальность.

В этом смысле ничто может выступать пределом мысли.

Предел не обязательно является предметом, расположенным за границей. Он может обозначать условие, при котором определённый способ мышления перестаёт быть применимым.

Например, мы можем исследовать границы математического определения, не предполагая, что за ними находится особый математический объект. Мы можем анализировать пределы языка, не превращая их в самостоятельную область бытия.

Подобным образом понятие абсолютного ничто позволяет исследовать пределы положительного определения.

Но здесь требуется осторожность.

Нельзя утверждать, что ничто «находится за пределом бытия», поскольку выражение «находится за пределом» уже предполагает пространственное или логическое отношение.

Нельзя утверждать, что ничто «содержит бытие», поскольку содержание предполагает определённость.

Нельзя утверждать, что ничто «ожидает возникновения мира», поскольку ожидание предполагает время и состояние.

Всякий такой оборот может быть допустим как метафора, но не как строгое определение.

Поэтому абсолютное ничто следует понимать не как особую реальность, а как предельное отрицание всякой реальности.

Это не положительное знание о некой области за пределами существования. Это уточнение того, что мы не вправе приписывать абсолютному ничто, если сохраняем его исходное определение.

11. Четыре формы несуществования и их взаимосвязь

Теперь можно объединить рассмотренные проблемы в единую систему.

Первая форма — отсутствие.

Отсутствие определяется через отношение между предметом и условием его наличия. Оно может быть объективным, но не является самостоятельной вещью.

Вторая форма — отрицание.

Отрицание представляет собой логическую операцию, которая может относиться к существованию, свойству, отношению или истинности утверждения. Оно не создаёт особую область небытия.

Третья форма — невозможность.

Невозможность определяется основаниями: логическими, физическими или практическими. Она не тождественна неосуществлённости и не может быть установлена без уточнения соответствующих условий.

Четвёртая форма — абсолютное ничто.

Оно обозначает предельное отрицание всякой определённости. Его нельзя рассматривать как особый предмет, состояние или причину, не разрушая исходного смысла понятия.

Эти формы не являются ступенями, по которым несуществующее постепенно превращается в самостоятельную реальность.

Напротив, их различение показывает, что слово «несуществование» употребляется в разных смысловых и онтологических отношениях.

Отсутствие предполагает определённое отношение.

Отрицание предполагает логическую структуру.

Невозможность предполагает условия и основания.

Абсолютное ничто предполагает отказ от всякой положительной определённости.

Именно поэтому нельзя свести все эти формы к единому понятию небытия без потери философского смысла.

12. Итог: что мы можем утверждать о несуществующем?

Проведённое исследование позволяет сформулировать несколько итоговых положений.

Первое. Несуществование не является единым состоянием.

Оно обозначает различные отношения между предметом, мыслью, действительностью, возможностью и отрицанием.

Второе. Отсутствие не является самостоятельной вещью.

Оно устанавливается относительно определённых условий. Отсутствие предмета может быть объективным, но это не означает существования особой сущности под названием «отсутствие».

Третье. Отрицание не доказывает существования того, что отрицается.

Грамматическая форма выражения не определяет онтологический статус его содержания.

Четвёртое. Мыслимость не равнозначна существованию.

Представление, описание и понятие могут обладать смысловой определённостью, не соответствуя существующему предмету.

Пятое. Возможность не тождественна действительности.

Неосуществлённое может быть возможным, но возможность не гарантирует осуществления.

Шестое. Невозможность требует точного определения.

Логическая невозможность, физическая невозможность и практическая невозможность имеют различные основания.

Седьмое. Противоречие нельзя превращать в универсальное объяснение.

Прежде чем утверждать противоречивость бытия, необходимо проверить, не смешиваются ли различные смыслы, отношения или условия.

Восьмое. Абсолютное ничто не может быть самостоятельной сущностью.

Если ему приписываются свойства, отношения, причинная сила или определённое положение, оно перестаёт соответствовать собственному определению.

Девятое. Понятие абсолютного ничто может иметь философскую функцию.

Оно позволяет исследовать пределы положительного определения и уточнять смысл понятия бытия, не предполагая существования особой области небытия.

Эти положения не устраняют все метафизические вопросы. Они не дают окончательного ответа на вопрос, почему существует бытие. Они не доказывают, что всякая форма несуществования исчерпывается логическим отрицанием. Они не превращают сложную проблему в простую схему.

Но они устанавливают необходимую границу между тем, что мы можем утверждать, и тем, что остаётся неопределённым.

Философия несуществования не должна создавать особый мир несуществующих предметов, чтобы исследовать смысл отсутствия и отрицания.

Её задача — различить формы несуществования и определить условия, при которых каждое из этих понятий сохраняет смысл.

В этом различении обнаруживается главный результат главы.

Несуществующее не обязательно представляет собой особую область за пределами бытия. Оно может быть отсутствующим предметом, отрицаемым свойством, неосуществлённой возможностью, противоречивым содержанием или предельным понятием абсолютного ничто.

Эти формы нельзя смешивать.

Их различение позволяет понять, что вопрос о несуществовании — это не только вопрос о том, чего нет.

Это вопрос о том, что именно мы утверждаем, когда говорим, что нечто есть, чего-то нет, что-то невозможно или что ничто не существует.

Именно здесь философия несуществования достигает своей предельной задачи: не превращает ничто в нечто, а исследует границы самого понятия существования.

Абсолютное ничто остаётся пределом положительного определения.

Но этот предел не является доказательством существования особой реальности.

Он напоминает о том, что мысль способна обозначить границу своего понятия, не превращая эту границу в самостоятельный предмет.

И, возможно, именно в этом заключается наиболее строгий философский смысл несуществования: оно позволяет исследовать бытие не посредством выдуманной области небытия, а посредством точного различения того, что существует, того, что отрицается, того, что возможно, и того, что не может быть определено без противоречия.