Страсти и долголетие

Причём здесь, казалось бы, страсти и долголетие? А вот не скажите. «Московское долголетие – это городская программа для москвичей старшего возраста (женщины 55+, мужчины 60+), предлагающая бесплатные занятия для поддержания здоровья, активного образа жизни и самореализации, включая спорт, творчество, образование, клубы по интересам и досуг, что делает старший возраст «лучшей половиной жизни». Ещё называют этот возраст серебряным. Ну а почему не золотым, уж коль это лучшая половина жизни?
Почему всё-таки лучшая половина жизни? Человек трудился, заводил семью и т. д. Был ли счастлив? Моментами – да, моментами – нет, но, уйдя на пенсию, или, как говорят, на заслуженный отдых, ему обеспечивается «лучшая половина жизни». А в одном городе есть женский клуб под названием «Возраст счастья» для 60+. Какие благозвучные названия! Хотя официально называется – возраст дожития. Дожитие звучит как-то оскорбительно. Но таков чиновничий язык, он не считается с чувствами, увы.
На самом деле, идея хорошая. По крайней мере, лучше, чем предлагать пенсионерам уезжать из Москвы и поселиться в каком-нибудь городке, чтобы вместе жить с себе подобными. Ну какая в этом радость и счастье? А долголетие – это как-то гуманно. Подобные программы есть и в других странах. Идея таких программ – качественное старение через досуг, образование и т. д. Вот-вот, качественное старение. Но не случайно же сказано: любви все возрасты покорны. Может быть, качественное старение и включает в себя вспышку страсти на старости лет? Страсть, старость – а ведь звучит похоже.
Прежде чем перейти к теме рассказа, нужно понять, кто же эти люди – участники долголетия, в данном случае, московского? Понятно, что они – пенсионеры, но эта категория различается по возрасту. Итак, что нам подсказывает тот же Интернет. Куда же без него, и многие пенсионеры сейчас не мыслят жизни без этой глобальной сети, хотя и с некоторым презрением называют его помойкой.
Так вот, искусственный интеллект (ИИ) подсказал, что в настоящий момент есть две категории пенсионеров, которые могут ещё проявлять активность. Это: 1) «бумеры» (или бэби-бумеры), поколение людей, родившихся в период после Второй мировой войны, примерно с 1946 по 1964 год, получившие название из-за резкого скачка рождаемости (baby boom). Они характеризуются оптимизмом, трудолюбием, лояльностью к работе и ценностями стабильности, командной работы, а также консерватизмом, не всегда легко осваивают новые технологии и предпочитают личное общение, что часто создает конфликт с более молодыми поколениями. Склонны к садоводству и заботе о здоровье.
2) Люди, рожденные до 1946 года, относятся к «молчаливому поколению» (примерно 1925-1945 гг.) и более ранним группам, включая «великое поколение» (участники Второй мировой войны). Эти люди в основном так называемые «традиционалисты», они формировались в периоды мировых войн, экономического кризиса, сильной дисциплины; ценят стабильность, лояльность и традиционные ценности, часто становясь свидетелями и участниками восстановления послевоенного мира. Сформировались в условиях дефицита и социальных потрясений. Ценят труд, семью, порядок и устойчивость. В России их опыт тесно связан с послевоенным восстановлением и советской системой.
Но можно добавить ещё одну группу пенсионеров, которую почему-то упустил ИИ. Эта категория людей старшего возраста, которые всегда стремятся идти в ногу со временем. По своим взглядам они иногда даже современнее молодых людей. К молодёжи относятся лояльно, она им даже нравится, хотя и не во всём их понимают. И хотя некоторые из них ушли на пенсию, но по-прежнему стремятся себя реализовать в чём-либо. Смотрят вперёд, а не назад, ностальгией, как правило, не страдают. Стремятся почти во всём соответствовать веянием времени.  Это можно сказать, активное поколение.   
Итак, главная героиня моего рассказа – Анна, назовём её так. Ей уже за 70 лет. Она вышла на пенсию несколько лет назад, до этого работала научным сотрудником в Институте изучения молодёжи. Активная, целеустремлённая, ценит личное общение, но вот с некоторыми традиционными ценностями некоторая неувязка: к садоводству не склонна, хотя, была бы дача, с удовольствием возилась бы на грядках, но без фанатизма. ТВ и газетам предпочитает разные социальные сети, а по ТВ смотрит исключительно сериалы, детективы и иногда передачи культурного содержания, связанные с историей, природой. Любит по-прежнему читать книги, разную классику, современную прозу тоже. Сама чего-то пописывает. Так что, её можно отнести к активному поколению.
Выйдя на пенсию (несколько лет проработала, когда уже была пенсионеркой, но расставаться с работой не спешила), она окунулась в разные активности. Раньше работа мешала воспользоваться всеми прелестями и возможностями заслуженного отдыха: в силу нехватки времени не всегда могла ездить, ходить на экскурсии, например. А вот теперь она свободна как ветер, как птица – куда хочу, туда и лечу.   
Сначала совершенно случайно попала на экскурсию от «Московского долголетия», прогуливаясь по улице Никольской.  Присоединилась к группе экскурсантов, экскурсовод понравился, попросила и её тоже записать в группу. Так она попала в эту программу, и ей стали присылать приглашения от районного центра «Московского долголетия». Занятия по суставной гимнастике, лекции по истории разных городов России, изучение иностранных языков и т. д. И это всё по зуму. А сколько интересных пешеходных экскурсий стали предлагать! И всё это бесплатно. Кого благодарить? По традиции, конечно же, московскую власть. И многие участники Долголетия так и делали: пели дифирамбы мэру, не забывали голосовать за него на выборах. Но не все. Были и «неблагодарные», кому не нравятся превращение Москвы в каменные джунгли, постоянная смена бордюров и т. д.  Самой Анне тоже не была чужда такая позиция. Но отказываться от бесплатных мероприятий – глупо. В конце концов люди её возраста трудились, теперь получают «копеечную» пенсию, так что Долголетие – хоть какая-то компенсация за то, что теперь они попали в бедные слои общества. Вот и Анна пользовалась возможностями, которые ей предоставляла эта московская программа.
Анна, как уже было указано, занималась и литературной деятельностью: писала стихи, прозу, на её счету несколько публикаций в различных сборниках,  альманахах. И опять-таки совершенно случайно познакомилась с руководителем ЛИТО (Литературного объединения) на акции в защиту одного парка, в котором Анна любила гулять: первозданная, можно сказать, природа, рядом старинный храм, и эта красота подвергается нападению так называемых «благоустроителей». Руководителем ЛИТО при одной районной библиотеке оказалась одна дама, того же возраста, что и Анна. Её звали Алина Вешнина. Она пригласила Анну на очередное заседание, чему Анна была рада, ей тоже хотелось примкнуть к какому-нибудь ЛИТО. А таковых в Москве при районных библиотеках становилось всё меньше: возраст членов объединений был немаленький, скажем так, люди среднего возраста, тем более молодёжь, в силу занятости, видимо, туда не шли. 
Так Анна начала участвовать в заседаниях ЛИТО, или занятиях, как предпочитала эти встречи называть Алина. «Почему занятия? – недоумевала Анна. – Уж лучше бы назвать эти мероприятия  встречами». Но, как говорится, хозяин – барин. В том, что это выражение в точку, Анне пришлось убедиться позже.
Алина оказалась интересным персонажем. Ровесница Анны, активная, целеустремлённая, получила биологическое образование, как профессионал вполне состоялась, как и Анна. Тоже, как и Анна, не работает уже несколько лет. Со школы увлекалась тем, что писала стихи. Обе не являются коренными москвичками, приехали учиться в Москву из южных краёв, да так и остались в ней жить. Алина сразу вызвала к себе интерес тем, что оказалась внучкой поэта с драматической судьбой. Она об этом сообщила на первом же занятии (лучше всё-таки говорить – заседании или встрече!) Анне и подарила ей свою книгу о деде. Для Анны это стало открытием! Судьба деда, который мог бы стать известным поэтом, но в силу сложившихся обстоятельств таковым не стал (позже Анна пересмотрела отношение к обстоятельствам и причинам того, почему так случилось). Тогда же Анна прониклась сочувствием, она с большим интересом прочитала книгу Алины и отметила для себя несколько интересных моментов. Так, Анну поразила некоторая похожесть судеб её прадеда и деда Алины. Гражданская война, люди разделились на красных и белых. Свои воевали против своих как против чужих, брат пошёл на брата. В южных степях в это время действовали отряды батько Махно. Его популярность среди крестьян, казаков была огромной. Подкупал он тем, что восстанавливал справедливость, так, например, раздавал населению отобранноё у «буржуев» имущество и продукты. И прадед Анны, и дед Алины попали под влияние харизматичного батька, и на некоторое время примкнули к его отрядам. За что оба и поплатились, отсидев срок, впрочем, небольшой.  К тому же дед Алины некоторое время жил в родном городе Анны – Луганске. Ну как не проникнуться симпатией к Алине, её сложной биографии, драматической судьбе предков.
Поразила Анну, точнее, вызвала сочувствие судьба деда Алины Вешниной на литературном поприще. Он писал не только стихи, некоторые из них напечатал сам А. Фадеев, но и рассказы. Отрывок из одного рассказа был опубликован в одном журнале. Но полностью рукопись рассказа была утрачена. Один из экземпляров рукописи попал в руки писателя, который использовал её в своём, известном ставшем впоследствии романе. Алина решила восстановить справедливость, написав книгу о своём деде. По сути, она изложила семейную историю, которая интересна ей самой, потомкам её рода, но потеряла свою актуальность, так как авторство романов именитого писателя уже почти ни у кого не вызывает сомнений. Но Алина решила, видимо, донести до «общественности» правду, использовав своё положение как руководителя литературного объединения и поэтического клуба. Заодно и себя попробовать на этом поприще, оставив свой след в литературе.   
Постепенно Анна знакомилась с участниками ЛИТО. Присматривалась к ним. Вполне доброжелательный, творческий народ, возраст разный, «старые» пенсионеры», сравнительно «молодые пенсионеры». Сама Алина вызывала симпатию, хотя временами Анна её не совсем понимала. Дело в том, что основной задачей занятий в ЛИТО на тот момент была подготовка сборника к приближающейся дате – 80-летию Великой Победы. Алина предложила Анне тоже поучаствовать, хотя и не сразу – видимо, присматривалась к ней – та согласилась.
Но на следующем занятии Анна заметила какую-то холодность Алины по отношению к ней. Оказалось, Алине не понравился предложенный Анной материал, одним словом, она его забраковала. Анна немного обиделась, но виду старалась не подавать, лишь думала про себя: «Ну нет, так нет, могу вообще сюда не ходить». Но неожиданно для самой Анны за неё вступился Артём Станов, единственный из участников ЛИТО член Союза писателей Москвы. Поддержала Анну и другая участница – Марина. Причём несколько неожиданно для самой Анны. Марина казалась Анне несколько надменной, в то же время чем-то симпатичной. У неё было собственное мнение, она, главное, не боялась его высказывать. Стихи, которые она читала во время занятий, Анне нравились. Впоследствии с ней у Анны случится конфликт, причём, как полагала сама Анна, на пустом месте.
Итак, в итоге Алина смягчилась, материал Анны одобрила, но с некоторыми поправками, которые Анна приняла. Шло время, а сборник никак не был готов к публикации.  Дело застопорилось. Алина не знала, что делать? В этот критический момент Анна и помогла. Она предложила опубликовать сборник в издательстве, с которым ей уже приходилось иметь дело. Сама взялась довести сборник, что называется «до ума»: исправила ошибки, поработала над вёрсткой. Ей это стоило нескольких дней работы. Потом уже редактор издательства довела дело до конца, она всё же была профессионалом в отличие от Анны. Был и ещё плюс, причём немаловажный – стоимость публикации сборника была небольшой в отличие от того,  что ранее предлагали Алине другие издательства. Те же, которые взялись редактировать сборник раньше, делали это недобросовестно, допустили массу ошибок, да ещё и сами начали исправлять текст некоторых авторов, что вызывало протест у них и вполне обоснованный.
Итак, дело сделано. Сборник вышел в свет, Алина была очень довольна. Сама лично ездила по разным местам страны, где её знали, представляла сборник. Несколько презентаций прошли и в Москве, в том числе, в одном районном центре долголетия. В этом же центре она стала руководителем и поэтического клуба.
Но не все оказались рады выпуску этого сборника. Алексей Родимский, один из активных участников ЛИТО и  поэтического клуба, в знак протеста перестал ходить на занятия, обидевшись на Артёма Станова, который вместе с Алиной входил в редакционную коллегию сборника. Ему не понравилось то, что Станов так отредактировал его, Алексея, текст, что он его не узнал. Причём согласия на редакцию своего текста Алексей не давал. Карманов, правда, высылал ему отредактированный материал, но ответа не дождался. И редакторы сборника решили, что раз ответа нет, значит, как говорится, молчание – знак согласия. По версии же Алексея, он то ли не прочитал письмо Артёма Станова, то ли просто забыл ответить.
Ещё двух участников сборника Алина вычеркнула сама в результате одного инцидента. Это были Марина и Людмила. Состоялось очередное занятие ЛИТО, на котором обсуждалась концепция сборника. Перед началом Анна и Марина несколько поспорили по одному вопросу, не имеющего отношения к ЛИТО. Просто не сошлись во мнениях. Никакого собственно конфликта не было. До этого дело не дошло. Но сама Марина думала иначе. В тот день она себя плохо чувствовала, как сама потом сказала, была немного взвинчена. И уже во время самого занятия поспорила с Алиной. Анна пыталась найти компромисс между ними, но Марина отреагировала неожиданно. Она заявила, что уходит. Вслед за ней Людмила вспомнила о своих старых обидах, которые ей нанесла Алина. Тут уже не выдержала сама Алина. Она заявила, что уходит и больше не хочет быть руководителем ЛИТО.
Это было шоком для всех присутствующих. Впрочем Алина в итоге остыла. Но, как оказалось, у Алины и раньше были своего рода недоразумения с Мариной и Людмилой. Поэтому она просто воспользовалась этим случаем, да ещё и поблагодарила Анну за то, что помогла ей от неё избавиться. Правда, в намерения самой Анны это не входило. «Ну мало что бывает, это рабочие моменты», – думала она. Тогда ещё она и не догадывалась, какой коварной может быть Алина и насколько ловко умеет манипулировать людьми, оборачивать в свою пользу любую ситуацию. В этом предстояло убедиться вскоре и самой Анне.
Постепенно Анна втянулась не только в деятельность ЛИТО, но и поэтического клуба в районном центре Московского долголетия, занятия  которого проходили каждую неделю, что было утомительно, но не для Алины – ей, видимо, делать было больше нечего, она только и жила ЛИТО и Клубом. Но у некоторых были и другие дела, но всё равно приходили, повинуясь какому-то непонятному зову. Был ли это зов души или не хотели обидеть Алину, а может быть, вызвать её недовольство, – трудно сказать.
Часть участников этого Клуба являлась и членами ЛИТО, некоторые приходили как гости, поскольку вход был свободным. Атмосфера была вроде бы тёплой, за чашкой чая, но Анну словно что-то тяготило, что-то отталкивало. Да и было тяжеловато ходить каждую неделю: по сути, пропадал весь день. И ради чего? Конечно, с другой стороны, встречи были познавательными, но не настолько же, чтобы тратить своё время, да и здоровье. К тому же у Алины возникла новая идея: близилась круглая дата со дня создания ЛИТО и она предложила издать сборник: сначала прозы, а там, может быть, и поэзии. Появились новые участники ЛИТО, чему так радовалась Алина: «Кто-то ушёл, но вот пришли новые», – так она не уставала повторять и радоваться. «Отток кадров», судя по всему, её особо не волновал. «Какая-то она больно сухая», – думала Анна, но в целом её поддерживала, верила всему тому, что та рассказывала о себе, сложных взаимоотношениях с родственниками, ушедшими членами ЛИТО, выполняла все её просьбы. Только потом она поняла, что Алина отличный  манипулятор, действует по известному принципу – «разделяй и властвуй». Хотя Анне было несколько тяжеловато участвовать в деятельности сразу двух объединений, но она решила так: «Поучаствую в выпуске сборника и всё, хватит, надо ограничивать участие в этих заседаниях». Но, к счастью для Анны ей пришлось и вовсе не приходить больше на эти так называемые занятия.
Среди новых участников появились довольно примечательные лица.  С одним из них, Сергеем, бывшим военным, у Анны почти сразу наметились разногласия: слишком он был напористый, видно, что привык командовать, с зычным голосом, одним словом – что-то вроде  Скалозуба из «Горе от ума». Но, в отличие от этого  персонажа, Сергей не был глуп, отнюдь, но каким-то косным, одним словом, вполне оправдывал некоторые характеристики поколения бумеров: стабильность, карьера, командный дух, уважение к авторитетам, – это точно про него. Впоследствии Алина как-то поделилась с Анной своим впечатлением от него: «Он начал меня раздражать. Его иногда несёт до неприличия». Но на встречах она всячески подчёркивала доброжелательное отношение к нему. Ну это и понятно, не хотелось, чтобы и Сергей ушёл.
Но к другому участнику, тоже появившемуся относительно недавно, Алина отнеслась по-другому.  И это не удивительно. Тоже из бывших военных, Николай Гришин, был всегда подтянутый, выдержанный, внешне привлекательный. Как на такого не засмотреться? Алина засмотрелась. Впрочем, не только Алина. У Анны он тоже поначалу вызвал симпатию, но было что-то отталкивающее в нём, нет, не во внешности, а во взгляде, каком-то подозрительном, несколько суетливых манерах. «Нет, он точно не герой моего романа, – с лёгкой иронией думала Анна, – явно бывший службист, и какой-то недалёкий. Она не ошиблась.
О Николае в поэтическом клубе знали, что он вдовец. Был то ли разведчиком, то кем-то в этом роде, бывал за границей, даже работал там, знал хорошо английский. Одним словом, перспективный. Но впоследствии оказалось, что за его вполне благополучной и даже привлекательной внешностью скрывается совсем другое.   
Анна не была ханжой. Но явные признаки расположения, которые Алина выказывала Николаю, её насторожили. Интуиция ей подсказала, что это может как-то помешать делу. А в тот момент делом было подготовка нового сборника. Насторожило Анну и то, что Алина собиралась выпустить сборник довольно скоро. А ведь на его подготовку требуется время, Алина привлекла несколько новых авторов, почему она так спешит? Впоследствии Анна догадалась: Алина задумала выпустить сборник как раз к юбилею Николая, сделать ему подарок. И поскольку она явно стала «приближать» Николая к себе, она стала менять и сам процесс подготовки. Вначале она решила, что материалы сборника будут в электронном виде подаваться ей, Анне и Артёму Станову. А потом вдруг передумала: теперь нужно пересылать на почту ей, а потом уже Анне, которая должна была заняться вёрсткой сборника. Тут и случился конфликт, приведший к уходу Анны.
Был день как день. Очередная встреча в поэтическом клубе центра долголетия. После её окончания Алина объявила о том, чтобы авторы поторопились и присылали свои произведения ей  на почту. Анна удивилась: «А мне не надо больше присылать? Несколько авторов уже прислали и я стала редактировать материал и верстать сборник», – сказала она. Алина бросила быстрый недовольный взгляд на Анну, словно классная дама. «Поговорим после занятия», – сдержанно, но холодно ответила она.
И поговорили. Анна не сдержалась. Сказались напряжённость последних дней, непонятная ей перемена в отношении Анны, изменение договорённостей по процессу подготовки сборника.  Остались впятером, кроме Алины и Анны, были ещё Артём Станов, Николай Гришин и Мария Крутова. Эти участники, исключая Николая, были своеобразным костяком и ЛИТО, и поэтического клуба. Они так и садились на встречах рядом. «Привилегия» Марии была в том, что она уже не первый год была членом этих объединений, что называется, старожилом. Её произведения тоже как-то не понравились Алине, как и Аннины, но это было в прошлом. Хотя на взгляд Анны именно произведения Марии были по настоящему талантливы, ей бы помочь развивать талант, а не относиться с пренебрежением к тому, что она пишет, как это делает Алина.   
Анна в эмоциональной форме высказала свои опасения относительно сроков подготовки сборника, а также недоумение, почему поменялись условия подачи материалов авторов? Поразила Анну Алина. Она несколько раз повторила одну и ту же фразу, словно Анна была «неуспевающей ученицей»: «Всё успеем, сначала посмотрю я вместе с Николаем  присланный материал авторов, отредактируем, а потом уже вышлем Вам», – так успокаивала она Анну. Та особо и не возражала. Разговор перешёл на другие темы. Простились довольно тепло. Алина осталась с Николаем, а Анна, Мария, Артём Станов пошли на автобусную остановку. Анна и Артём жили недалеко друг от друга и даже учились в одном вузе, им было о чём поговорить, что вспомнить, вследствие чего сложились довольно неплохие отношения, к тому же были, как выяснилось, были и общие знакомые. 
На следующий день должно было состояться заседание ЛИТО. Но поздно вечером, Алина в общий чат выложила информацию следующего содержания. «Завтра ЛИТО отменяется, от меня только что уехала скорая, последствие перенесённого сегодня стресса. Моя жизнь раскачивалась на волоске, но я выжила. Взрыв эмоций в бурном споре привёл к этому. Ещё одной такой бури я не переживу. Хорошо, что не видите моих слез. Главное – слышать не только себя, но и других. (Это уже явно упрек в адрес Анны, как и остальные слова, хотя имени её Алина не упомянула ни разу). А потому я остаюсь рядовым участником наших литературных групп. Наш клуб – это большая радость. Главное – не допустить его распада».
Такой текст никого не мог оставить равнодушным. Посыпались комментарии – сочувствия. Мария написала: «Мы с Вами, не надо отказываться, надо просто снизить нагрузку». Другие также отозвались. «Вы бессменный наш руководитель, внимательная, тактичная,  нежная». «Что случилось? В Вашем возрасте нельзя волноваться. Мы с ВАМИ». И всё в таком духе. И один Сергей спросил прямо: «Кто довёл Вас до такого состояния? Чем я могу помочь?»
Целый день Алине выражались сочувствия. Каково было это читать Анне? Её также поразило то, что помимо пожелания здоровья, некоторые стали её уговаривать не обращать внимания, они её ждут, надеются, что она справится и по-прежнему будет руководить клубом. Вот этого Анна не понимала. Если Алина не блефует и дело обстоит плохо с её здоровьем, зачем же ей рисковать? Кто-то и взял бы на себя функцию руководителя, оберегали бы её как могли. Но нет, такой эгоизм Анне не понятен.
В конце дня она не выдержала и написала в чат текст следующего содержания. «Уважаемые участники группы! Позвольте высказаться и мне, поскольку моё молчание может быть неверно истолковано. Я плохо спала этой ночью, всего три часа, утром поднялось давление. Что повлияло на моё самочувствие? Магнитные бури, утомление, возраст и прочее. Никакого взрыва эмоций в бурном споре не было. Были некоторые эмоции, в пределах нормы, но в самом начале разговора. Никакого негатива не было. Было прояснение некоторых рабочих моментов, в связи с подготовкой к новому сборнику. Расстались довольно дружелюбно, Алина меня даже обняла. И мне очень странно читать всё это». Мария тут же отреагировала: «Очень разумно и сдержанно сказано. Взаимное понимание обязательно появится. Вам обеим здоровья».
Но оно не появилось. Тогда ещё и сама Мария не подозревала, чем для неё обернётся подобный сдержанный комментарий. После написания комментария Анной страсти поутихли. Но это была только видимость. Через неделю по графику должно было состояться очередное заседание поэтического клуба. Но в общем чате, по обыкновению, никакой информации об этом не появилось. Но позвонила Мария и сообщила, что заседание состоится. Ей кто-то об этом сообщил. Анна тогда и не догадывалась, какие интриги плетутся за её спиной. Несмотря на неважное самочувствие, интуиция подсказала ей, что надо идти на эту встречу клуба. Но никак не ожидала, какие сюрпризы её там ждут.
Анна пришла заранее. Вскоре подтянулась и Мария. И ещё три человека. И вдруг одна из них, Ирина, заявила, обращаясь к Анне: «Вам нужно уйти». Анна опешила: «С какой стати?» «Так хочет Алина», – заявила Ирина. «Ну так пусть сама об этом скажет», – заявила Анна. «Вот тебе и ушла с поста руководителя», – подумала с иронией Анна. «Разыграла в очередной раз комедию с уходом», – вспомнила Анна о подобном случае с ЛИТО. Но на самом деле было не до смеха. Никак не подозревала Анна о таком коварстве, нечистоплотности со стороны Алины. «Отблагодарила за сборник», – с иронией и горечью подумала Анна. А кто второй? Судя по всему, это была Мария. Её-то за что «выгоняет» Алина?
Черед пару минут вошла в верхней одежде и сама Алина. И приказным тоном, обращаясь к Ирине, сказала: «Сообщите мне, когда уйдут два человека, только после этого у нас будет занятие». Вот тебе и раз! А ведь обещала не появляться, пока не станет получше. Анна как ни в чём не бывало продолжала оставаться в помещении, где должна была проходить встреча клуба. Ирина  начала уговаривать Анну покинуть помещение. «Алина – блогер-общественник, она имеет право приглашать в свой клуб того, кого считает нужным. А мы – вольные каменщики», – заявила она.  «Вот так люди и проговариваются, оговорка прямо по Фрейду», – смеясь про себя подумала Анна. – «Поэтический клуб, который действует в рамках Московского долголетия – масонская ложа?» Ситуация становилась поистине весёлой и абсурдной. Для недалёкой Ирины что каменщики, что вольнослушатели – одно и тоже. Ну и ну. А как же заявление Алины о том, что она больше не руководитель? Значит опять блефует? 
Анна не сдавалась. Пришёл другой парламентарий, новый приближённый Алины, Николай. Начал Анну уговаривать покинуть помещение. Анна ему: «Вот как, впала в немилость ея Величества, за что?» Николай при этих словах, прямо взвился (куда девалась его выдержка?): «Я мужчина, мне скоро будет 75 лет. А Вы – слишком резкая». «Боже, а это-то причём?, – изумилась Анна, – И у этого тоже оговорка по Фрейду, что ли?».
Анна и Мария продолжали оставаться в помещении. Вскоре его покинула ещё одна участница клуба – мягкая, приветливая Люба, при этом извиняясь, что ей приходится делать такой выбор. Интересным было и то, что из постоянных участников клуба присутствовали далеко не все. Позже Анна узнала, что предварительно была проделана огромная работа по её дискредитации: обзвонила всех с подачи Алины недавно присоединившаяся к «ложе» одна активная особа. С её слов, точнее со слов Алины, выходило, что Анна собиралась единолично  быть редактором сборника, из-за неё многие ушли из клуба, ЛИТО, что было явной ложью.
Анна попросила администрацию Центра долголетия разъяснить, имеет ли право кто-либо прогонять её с открытого мероприятия? Директор Центра пытался разобраться, предложил компромиссный вариант, поделив клуб на две части. Сама же Анна задала вопрос Алине: «Что случилось? Ведь мы же расстались довольно мирно, Вы даже обняли меня». Алина ответствовала: «Я это сделала специально, чтобы Вы задумались над своим поведением. А я сделала я это из-за Вашей лжи, которую Вы написали в чате».
Вот теперь всё встало на свои места.  За внешне вкрадчивыми, льстивыми манерами Алины с её привычкой называть всех уменьшительными именами, что почему-то подкупало людей (неужели им не хватает внимания со стороны близких, лично Анну такая манера несколько коробила, поскольку она чувствовала фальшь в такой особенности Алины и не напрасно, как оказалось; интуитивно она чувствовала, что такие люди обычно держат камень за пазухой),  скрывалась властная натура, типично авторитарная личность, не терпящая никаких возражений, требующая полного подчинения ей.  Теперь понятны её постоянные жалобы на близких, родственников, окружающих людей. Все не такие, я одна белая и пушистая, – такой скрытый смысл её жалоб и обвинений. Анна только порадовалась тому, что выпала из поля зрения этого лицемерного человека, каким в сущности являлась Алина. Уж лучше быть резкой, чем такой мягкой внешне, но деспотом внутри.    
Но саму Анну ждало ещё одно испытание. Через несколько дней в районном центре долголетия по месту жительства Анны на мероприятии, где она побывала, а точнее, как было заявлено, мастер-классе по составлению своего генеалогического древа, она познакомилась с неким Игорем, который и проводил этот мастер-класс. По сути, он был дилетантом, но напористым, энергичным, представился как генеалог и социальный краевед. В качестве первого он продемонстрировал своё генеалогическое древо, сказав при этом, что это обязательный атрибут составления родословной; в качестве второго, показал предметы сантехнического оборудования, предложив свои услуги  по устранению разных проблем. Сама Анна ему чем-то приглянулась и он начал оказывать ей знаки внимания. Анна, не предполагая дальнейшего развития событий, неосторожно дала ему свои данные, в том числе, указав на профиль в социальных сетях. Игорь начал её буквально бомбить предложениями встретиться и не только с целью просто погулять. Анна была ошарашена таким напором. «Что же это за долголетие такое, – думала она, – зачем оно мне нужно?» Но с другой стороны, есть и польза, например, пешие экскурсии. Надо просто быть всегда начеку. Вовремя дистанцироваться и избегать по возможности подобных ситуаций. Думать прежде всего  о своём предназначении, а не отвлекаться на разных закомплексованных людей, которым, видимо, больше делать нечего в жизни, как суетиться, проявлять непонятную активность.
Однако, как ни пыталась Анна отвлечься на разные дела, всё же ей не удалось забыть как страшный сон все эти неприятные события, связанные с её уходом из ЛИТО и поэтического клуба. Через несколько месяцев после её ухода к ней на страничку в одной из соцсетей заглянула некая особа. Анна, когда ещё ходила на поэтические встречи в Московском долголетии, выкладывала фото и делала посты об этих мероприятиях. И их увидела Галина Волкова, оказавшаяся венчанной женой Николая. Она вступила в переписку с Анной и постепенно рассказала свою историю взаимоотношений с мужем, хотя официально их брак не был зарегистрирован.
Галина – бывшая актриса, служила в одном известном театре Москвы. Даже снималась в кино. Была официально замужем за одним очень известным артистом из того же театра. Но сама из театра ушла давно. По её словам, ей перестала нравиться репертуарная политика театра. Она и поведала Анне о своих злоключениях, точнее, как ей жилось в браке с Николаем. Из рассказа Галины она поняла, что официальная жена Николая умерла давно, в этом смысле он, действительно, вдовец. Но венчание за брак не считает, что ли? Видимо, ему так удобнее.
Ещё интересные моменты из его биографии. На пенсии он давно, вышел в отставку в лихие 90-е. Их ещё называют временем «большого хапка». Хапали все, кому не лень. И Николай тоже. Так что, он не бедствовал, как и члены его семьи. Галина со своим артистом развелась, была одинокой. Понравились друг друга. Обычная история. Тоже вполне обычным было и то, что Николай прикладывался к бутылке: то ли от скуки, то ли ещё от чего-то. В это время проявлял даже агрессию. Но Галина терпела, венчанный брак всё же, это не печать в паспорте.
Чтобы отвлечь Николая от пагубной страсти, Галина предложила Николаю писать. И у него что-то стало получаться, даже опубликовал какую-то книжонку. Узнал о поэтическом клубе Московского долголетия, и стал ходить на встречи. Вот тут и попался в нежные руки Алины. Обольстила, приручила. А чего теряться? С мужем разведена давно. А любви все возрасты покорны, как известно.
Николай не был лишён тщеславия, ему польстило внимание Алины, которая казалась ему незаурядной, творческой личностью да ещё и внучкой писателя, судьба которого драматическим образом была переплетена с судьбой именитого писателя. От этого и голова может закружиться. У Николая закружилась. Особо сблизились во время работы над новым сборником, из-за чего и случился конфликт у Анны с Алиной. И вот наконец-то сборник вышел. Один экземпляр попал в руки Анны. Почитала, кроме двух-трёх авторов и читать, собственно, нечего. Стихи Алины и её рассказы доморощенные, ничего примечательного в них нет. Талант от деда своего явно не унаследовала. Но, видимо, унаследовала критическое отношение к советскому строю. Впрочем, кого сейчас этим удивишь? Некоторые высказывания были такого негативного характера, что становилось как-то неловко за Алину, которая при каждом удобном случае старается показать, какая она патриотка.
Но что показалось Анне интересным, так это стремление Алины продвигать своего избранника. Ездят по стране, выступает вдвоём в разных местах, дарят книги, об их поездках появляются отзывы в Интернете, причём Николай представлен известным писателем. «Ну это уже явный перебор», – с изумлением отмечает Анна. Зато как приятно Николаю! Так польстить тщеславию и честолюбию, вот в этом Алина талантлива. Своего она добилась. Николай разрывает отношения со своей венчанной женой Галиной, заявив, что они чужие. Алина переезжает к Николаю. Ну совет им и любовь, как говорится.
Это стало ударом для Галины. Ещё бы. Столько лет вместе и на тебе. Галина в расставании с Николаем обвинила Алину. Но представила дело так, что она только рада их разрыву, но ей не даёт покоя мысль о том, что Алина своими разоблачениями, обвинениями в плагиате маститого писателя наносит ущерб чуть ли не всей российской культуре. И несчастным пенсионерам. Насчёт несчастных пенсионеров Анна не могла согласиться. В конце концов, не маленькие дети, чего о них волноваться? И причём здесь российская культура? Репутация писателя, который якобы в своём романе использовал тексты деда Алины, никак не пострадала. Сейчас это вообще никого не волнует.
Дело здесь, на взгляд Анны, в другом. Судьба её деда драматически сложилась из-за того, что он, в отличие от маститого писателя, пытался в своём рассказе изложить факты о положении дел в крестьянских хозяйствах, не соответствующие «генеральной линии партии».  Речь шла о трагическом во многом периоде коллективизации. По мнению Алины, и об этом речь идёт в её книге, маститый писатель грубо и цинично исказил горькую правду о периоде коллективизации. А вот её дед, значит, писал правду, за что и пострадал.
Надо отдать должное Алине, она приводит слова известных в то время писателей, которые не были согласны с позицией её деда. Так, один из них считал, что её дед показывает прекрасно отдельные моменты той борьбы, которая велась вокруг колхозов и хлебозаготовок. Он не лакирует действительность, показывает противоречивую сложность и противоречивость того периода истории, но разобраться в этих противоречиях он так и не сумел.
 Драматических ноток в судьбу деда Алины добавило и его участие в Великой Отечественной войне. Он попал в плен, но ему удалось спустя несколько лет после войны вернуться в СССР и даже при этом не пострадал. Галина на этот счёт была категоричной: он был предатель, был на службе у врага. А теперь его внучка пытается «отмазать» своего деда. Анна с такой позицией не была согласна. Мы, в конце концов, не знаем всех обстоятельств жизни и перипетий судьбы её деда. И какое это имеет отношение к самой Алине, тем её поступкам, которые, мягко говоря, некрасивы.  В конце концов, каждый из нас ответит так или иначе за свои слова, дела, святых среди нас нет.
Алина ответила. Недолго она наслаждалась своим нежданным счастьем.  Николай вскоре умер в результате инсульта. Для Алины это был сильный удар. Она как-то почернела, сильно осунулась, хотя и так была довольно худощавой, замкнулась в себе, словно вынули из неё стержень, на которой был нанизан её энтузиазм. Она перестала ходить на встречи поэтического клуба. Словом, не была готова к такому повороту событий. По крайней мере, намеревалась жить долго и счастливо. Но этим надеждам не суждено было сбыться. Участники клуба и ЛИТО восприняли это её несчастье спокойно и равнодушно. О ней старались не вспоминать, не говорить. Она повторила судьбу своего деда в некотором смысле. От того отвернулись даже родственники, когда ему позволили вернуться домой  спустя несколько лет после войны из далёкого государства за какие-то, видимо, заслуги перед государством. Анне некоторые участники стали предлагать возглавить клуб заодно и ЛИТО.  Она отказалась. Зачем ей это? У неё много других интересных дел.