Зависть

Всхлипывает пруд, вздыхает лягушонком часто, вздрагивает от прикосновения к нему обветренных пальцев зимнего дождя.
Одинокий комар летит над водой, провожая его взглядом, синица встряхивает головой, будто отгоняет видение. Но комар не  делается вровень с серым небом, не обращается снежинкой, не падает на землю, меняясь в лице, не приникает к пруду и не сливается с ним.

- Гляди-ка, зимы откушано почти наполовину! А тут - комар!
- Да где ж половину? Треть!
- Тоже немало. Ко  всему прочему, то лишь по численнику счёт, а как оно будет в самом деле, покажет март.
- Что там март... Чем ему будет похвастать!
- Завьюжит, по обыкновению.
- По чьему это, позвольте спросить?
- По земному, настоящему, природному.
- Завидую я вам, батенька.
- Чему это?
- Наивности вашей, незлобливости... Принимаете действие жизни без упрёка, без упования... Редкое нынче качество! Впрочем, не судите строго, - завидую наибелейше!
- М-да... Мне бы должно благодарить вас, а не складывается, каюсь. Ибо, не будучи расположен сколь-нибудь перечить, должен всё же, заметить вам, что едва слышу «Завидую вам наибелейше, сударь!», - тут уж и не знаю, радоваться или печалиться. Опять же - не в обиду! - но как ни обеляй зависть, всё одно - сомнительна она.
 
Растревожило пруд дождиком, растрясло по пути из зимы в лето. А в дороге всякий тем только и занят, что приятной беседою, да каруселью из картин местности за окном...