Фёдор Алексеев русский Каналетто и первый городско

Фёдор Алексеев: «русский Каналетто» и первый городской пейзаж

Кто он

Фёдор Яковлевич Алексеев родился в 1753 году в Петербурге, в семье сторожа Академии наук . Он не был «дворянином». Не был «академиком» по рождению. Он был «солдатским сыном». И «сыном сторожа». Но именно он «открыл» для русской живописи город.

В 1766 году его приняли в Академию художеств — сразу в третий класс . Учился у Лосенко, Перезинотти. В 1773 году получил малую золотую медаль и пенсионерскую поездку в Венецию . Там он «увидел» Каналетто. Беллотто. «Городской пейзаж» — «ведуту». «Вид». «Свет». «Воду». «Камень». «Жизнь» .

Вернувшись, он работал декоратором в театре — «не любил» эту работу . Копировал Каналетто для Эрмитажа — «заработал» прозвище «русский Каналетто» . И «ждал» своего часа.

«Вид Дворцовой набережной от Петропавловской крепости» (1794)

Нева. Набережная. Дома. Небо. Вода. Свет. Это не «вид». Это «открытие». Петербург «впервые» «увиден» не как «чертёж», а как «картина» . За неё он получил звание академика .

Алексеев «писал» не «архитектуру». «Свет» на архитектуре. «Воздух» между зданиями. «Жизнь» на набережной. «Тени» на воде. «Блик» на куполах.

«Вид Московского Кремля со стороны Каменного моста» (1800–1810)

В 1800 году его «командировали» в Москву — «снимать виды» . Он «увидел» старую столицу «до» пожара 1812 года. Кремль. Соборы. Мост. Люди. «Свет». «Тени». «Жизнь».

Эти виды «стали» «документом» — и «картиной» одновременно . Он «сохранил» то, чего «больше нет». «Москву», которую «сожгли». «Город», который «исчез».

«Вид Казанского собора в Петербурге» (не ранее 1810)

Собор. Площадь. Канал. Люди. Ларьки. Будки. «Жизнь». Алексеев «писал» не «парадный» Петербург. «Будничный». «Живой». «Тот самый», который «видел» Пушкин .

Почему это важно

Алексеев «создал» «городской пейзаж» в русской живописи . До него «город» был «фоном». «Чертежом». «Документом». Он «сделал» его «картиной». «Светом». «Воздухом». «Жизнью».

Он «научил» «видеть» «город» не как «камень», а **как ** «организм». «Дышащий». «Живой». «Свой».

Он «воспитал» «учеников» — Максима Воробьёва, Сильвестра Щедрина . Они «пошли» дальше. Но «начало» — здесь. В «видах». В «свете». В «городе».

Связь с линией

Алексеев не «писал» «идеал» в Библии, как Иванов. Не «обличал» пороки, как Перов. Он «писал» «город». «Ту самую» «жизнь», которую «видел». «Только «каменную». «Строгую». «Свою».

Но одно у него общее с русскими художниками нашей линии: он верил, что искусство — это не «копия», а «открытие». Не «повторение», а «видение». Он учил смотреть на город так, как не смотрел никто до него. И после него — уже нельзя смотреть по-старому.

---