Глава 22. Подарок умирающего офицера

Глава 22. Подарок умирающего офицера

     Люба и тётя Маня снова склонились над книгой. Страницы шелестели, словно крылья бабочек, и перед их глазами разворачивалась новая глава истории медальона – долгая, запутанная, пропитанная кровью и слезами.

     ***

     После того как медальон побывал в руках Веры и пережил пожар театра, он продолжил своё мрачное путешествие. Синьор Лоренцо ди Фабрициано, тот самый итальянский аферист, не подозревал, что проклятый камень вернулся к нему. Он нашёл медальон в своём дорожном сундуке, когда остановился на ночь в трактире под Варшавой. Лоренцо побледнел, перекрестился по-католически и решил избавиться от опасной вещи как можно скорее.

     Но медальон не отпускал своих владельцев. Он словно сам выбирал тех, кто должен был его получить.

     В течение следующего столетия он побывал в руках польского магната, который сошёл с ума после того, как его имение сгорело дотла. Потом у французской графини, которая утонула в озере во время прогулки на лодке. Затем  у русского купца, которого нашли мёртвым в собственном кабинете с перекошенным от ужаса лицом.

     К середине девятнадцатого века медальон снова оказался в России. Он попал в семью богатого помещика, чья дочь вышла замуж за генерала, участника Кавказской войны. Так медальон стал семейной реликвией  или, точнее, семейным проклятием, о котором никто не подозревал.

     ***

     Крымская война, 1855 год. Лагерь русской армии под Севастополем.

     Дмитрий Иванович, молодой хирург, ученик Пирогова, только что закончил очередную операцию. Его руки, залитые кровью по локти, дрожали от усталости. За последние сутки он ампутировал двенадцать конечностей и спас только семерых.

     Он вышел из палатки, чтобы глотнуть свежего воздуха, и чуть не столкнулся с санитарами, которые несли на носилках тяжелораненого офицера.

     – Доктор! – крикнул один из них. – Генерал! Ядро попало... Он теряет сознание...

     Дмитрий наклонился над раненым. Это был статный мужчина лет шестидесяти, с седыми усами и благородным лицом. Его мундир был разорван, грудь забинтована окровавленными бинтами, но даже в этом состоянии он сохранял достоинство.

     – Доктор... – хрипло произнёс генерал, открывая глаза. – Помогите...

     – Я сделаю всё, что в моих силах, ваше превосходительство, – тихо ответил Дмитрий, осматривая рану. – Но вы потеряли слишком много крови...

     Генерал слабо улыбнулся.

     – Я знаю, доктор. Я не прошу чуда. Я прошу... об одном одолжении.

     Он дрожащей рукой полез во внутренний карман мундира и вытащил оттуда небольшой предмет, завёрнутый в шёлковый платок.

     – Возьмите... Это медальон. Он принадлежал моей бабушке... Говорят, ему несколько веков... Я носил его с собой всю жизнь... как талисман... Но теперь... теперь он мне не нужен...

     Дмитрий хотел возразить, сказать, что не берёт подарков от раненых, но генерал сжал его руку с неожиданной силой.

     – Возьмите, доктор. Вы спасаете жизни. Этот медальон... он особенный. Я чувствую это. Пусть он принесёт удачу вам... и тем, кого вы любите...

     Дмитрий взял медальон. Золото было тёплым, словно живым, а тёмно-красный камень в центре горел таким огнём, что хирург невольно отдёрнул руку. Но генерал уже закрыл глаза, и через несколько минут его сердце остановилось.

     ***

     Дмитрий Иванович носил медальон с собой всё это время. Он прятал его во внутреннем кармане мундира, рядом с сердцем. И странное дело, после того как он получил этот подарок, ему стало везти. Операции, которые раньше заканчивались смертью пациентов, теперь проходили успешно. Раненые, которых он считал безнадёжными, выздоравливали.

     Но Дмитрий не знал, какой ценой давалась эта удача. Он не знал, что камень питался чужой болью, что каждая спасённая жизнь требовала другой, той, кто дарил медальон.

     Когда он встретил Надежду, когда увидел в её глазах ту же сталь, что была в его собственном сердце, он понял – эта женщина стала его судьбой. Они работали бок о бок, спасая раненых, и между ними возникла та безмолвная связь, что сильнее любых слов.

     И когда он решил подарить ей медальон, он не думал о проклятии. Он думал только о том, что хочет разделить с ней всё, даже этот странный, тёплый камень, что стал для него символом удачи.

     – Надя, – тихо сказал он однажды вечером, вкладывая медальон в её ладонь. – Это мой талисман. Я хочу, чтобы он был с тобой. Чтобы он защищал тебя...

     Надежда посмотрела на него с удивлением.

     – Дмитрий... Это слишком ценный подарок...

     – Нет, – твёрдо ответил он. – Нет ничего слишком ценного для тебя.

     Он застегнул цепочку на её шее, и в этот момент тётя Маня, наблюдавшая за этой сценой сквозь страницы книги, тихо заплакала.

     – Он не знал, Любаша, – прошептала она. – Он не знал, что дарит ей свою смерть. Что каждый, кто дарит этот медальон, обречён... А через день ядро угодило в его операционную палатку.

     ***

     Люба закрыла книгу и долго сидела молча, глядя в одну точку. Потом тихо спросила:

     – Тётя Маня... А что будет дальше? Мы вернули камень в лаву. Проклятие снято. Но... что будет с нами? С Андреем? Со мной?

     Тётя Маня положила руку ей на плечо.

     – Всё будет хорошо, Любаша. Круг замкнулся. Вера обрела покой. Надежда обрела покой. А ты... ты жива. И Андрей жив. И это главное.

     Но в её глазах Люба прочитала что-то ещё, что-то, о чём тётя Маня пока не хотела говорить. Что-то, что было впереди…


Рецензии