Сумерки. Заметки на полях

– Это еще кто? – брезгливо спросил Воланд, рукой заслоняясь от света свечей.
  Варенуха повесил голову, вздохнул и тихо сказал:
– Отпустите обратно. Не могу быть вампиром. Ведь я тогда Римского едва насмерть с   
  Геллой не уходил! А я не кровожадный. Отпустите.

                Михаил Булгаков.


                Сумерки. Заметки на полях.

   Поскольку человек-невидимка, машина времени, человек-паук и супермен оказались уже изобретены, то потребовалось что-то свеженькое. Решили изобрести чтение мыслей на расстоянии. Причем, на достаточно приличном расстоянии.
   Можно ли полюбить человека, который читает твои мысли? Ты, размышляешь – пойду-ка я Е2-Е4, а потом Е5 и сразу ударю в центр. А он – раз – и коня ставит на С6. И ты думаешь, это как?
   Или, ты только решаешь порадовать его вкусняшкой, а он такой: «Дорогая, я не хочу сегодня есть борщ. Пожарь, просто, картошечки». А стоит тебе подумать: «Ну сколько можно эту картошку жрать?», как он дуется и впирается в телевизор с бейсболом своим.
   Кстати, а что не пригласили никого посмотреть, как они носятся за бейсбольным мячом по лесу и ловят его там же – в лесу. Я думаю, скауты MLB очень бы заинтересовались.
   А где, кстати, ФБР? Я уж не говорю про ЦРУ. Понятно, что русские агенты давно за ними следили, но просто все откладывали решение, чем ловить семейку – сеткой или просто денег посулить. А то все не догадываются и не догадываются, что за детишки с синяками под глазами и бледной кожей тут у нас поселились в нашей дождливой местности. И что за оборотни тут шныряют и съедают иногда пару-тройку зазевавшихся туристов.
   Ну, в общем, фантазия, так, уж, фантазия. Развернись рука, раззудись плечо.
Главное – счастливый конец. И кусать никто никого не собирался, и все такие доброжелательные, в целом, оказались. А случайно укушенных спасли народными средствами.
   Наверное, когда влюбленная девушка пытается заснуть, накрывшись с головой одеялом и еще подушку сверху положив на голову, ей от гипоксии приходят в голову похожие видения и она, откинув одеяло и глотнув воздуха, быстро бежит к заветному блокноту и записывает видения и ощущения.
   Любовь, ведь, разная бывает. И такая, видимо, тоже. Неразделенная любовь, да еще и гипоксия, да еще и маленький городишко.
   А бумага все принимает, и любовь воспаряет над захолустьем и видения превращаются в героев романов и живут, себе, поживают, совершая, к счастью, в конце концов, добрые дела. Эти добрые дела, единственное, что не позволяет сразу выбрасывать такие романы. Наверное, только в этом их польза. Так что – пусть пишут, лучше, все-таки, без гипоксии, и пусть выкладывают в Сеть.
   Свой читатель найдется у всего написанного. Даже, если это будет всего лишь сам автор.