Два черных крыла. Вадим Андреев

Вадим Леонидович Андреев  – старший сын знаменитого писателя и драматурга Серебряного века Леонида Андреева, вынужденный эмигрант  в Эстонии после Октябрьской революции, в семнадцатилетнем возрасте примкнувший к белому движению, эмигрировавший в Константинополь, Берлин – Францию,  поэт,  масон  в парижской ложе «Северная звезда»,  участник французского движения Сопротивление. Русский поэт и прозаик, автор нескольких автобиографических повестей и романов.  Драматические перипетии  судьбы Вадима Леонидовича нашли своё отражение в его стихах, повестях и романах.


«Окно склоняется вот так…» (Б. Поплавскому)

Окно склоняется вот так:
Окн
о, окн
а.
А за окном все тот же мрак
И та же ночь видна.
Крутясь, зеленоватый глаз
Звезды плывет.
Земля, тебя и в этот раз
Никто не назовет.
Все та же ночь, и в руки к нам
Плывет покой.
И тяжесть стелется к ногам,
И снова надо мной
Окно склоняется вот так:
Окн
о, окн
а.
О этот рок, о этот мрак
Бессмысленного сна!

«Слова пушистые и легкие, как пряжа…»

Слова пушистые и легкие, как пряжа,
Как протаявший снег на моей земле
Разве выскажешь ими соленую тяжесть
Нагих и голодных лет?
Разве мои жестяные строки
Лягут легким запястьем вкруг руки?
Я помню только потолок высокий
И злые утренние гудки.
Я знаю только казарменные песни
И махорочный дым голубой.
Я помню, помню тугой и тесный
По линейке вытянутый строй.
Я умру в прогнившем окопе,
Целуя трехгранный штык.
Надо мною топи затопят
Звездные, злые цветы.

Canal de l’Ourcq («Ты помнишь белый циферблат часов…»)

Ты помнишь белый циферблат часов —
Он цвел в тумане, на краю канала.
Твоя ладонь, как чашечка весов,
От слов моих качалась и дышала.

Вдоль черной баржи полз фонарный свет,
Алмазами горела мостовая.
Прекрасно счастье — в ореоле бед
И в блеске нищеты — любовь босая.

Chartreuse de Neuville («И желтый луч на каменной стене…»)

И желтый луч на каменной стене,
И серый мох на красной черепице,
И тень дерев — все только снится мне
Мгновенной, пролетающей зарницей.

Еще один завороженный день —
Он падает меж веток обнаженных,
Как желтый лист, как тающая тень,
Как бабочка, — на головы влюбленных

ПРОМЕТЕЙ

Как черная пена,
Взлохматилась мгла.
Прозрачная сцена,
Кружась, поплыла.
Над волнами кресел,
Над гребнями лож
Классической пьесы
Суровая ложь.
И ветер трагедий
И тьмы набегал,
И плакал и бредил
Растерянный зал,
И клекот орлиный,
Орлиный глагол
Над миром звериным,
Как солнце, расцвел,
И клочьями бури
Взъерошилась мгла —
В смертельной лазури
Два черных крыла.
Мы тоже горели
Небесным огнем.
Россия, ужели
Мы тоже умрем?


Рецензии
Стихи здесь очень разные, но в каждом чувствуется жизнь между дорогой, потерями и памятью. Особенно запомнились строки о войне и финал про два чёрных крыла — после него весь подбор звучит ещё трагичнее.

Станислава Белова   05.11.2026 16:25   •   Заявить о нарушении
Здравствуйте, спасибо за отклик. Почитайте, если будет возможность и желание его прозу, например "Детство"-воспоминания о отце, очень талантливо.

Анатолий Исаакович Каплан   05.11.2026 20:10   Заявить о нарушении