Четвёртая попытка. Часть 1. Глава 14 продолжение 2

Праздник в гостиной продолжался, но за кулисами этого семейного маскарада градус абсурда стремительно шёл на повышение.

Елена Сергеевна, всё ещё прислушивающаяся к своему «беременному» животу и пытаясь сохранять беззаботный вид юной Оли, с лёгкой завистью смотрела на мужа Виктора, который безмятежно уплетал оливье. Как вдруг со стула легко поднялась Даша.

— Ольчик, солнышко, пойдём на секундочку на кухню? — заговорщицки подмигнула Даша. — У меня к тебе... девочковый разговор. Очень срочный.

Елена Сергеевна внутренне похолодела. Суровая женщина, сорокавосьмилетний начальник конструкторского отдела, которая привыкла оперировать чертежами, ГОСТами и спорами на планёрках, в эту секунду почувствовала себя школьницей, вызванной к директору на ковёр. Но отказать было нельзя — статус «подруги-ровесницы» обязывал.
На кухне Даша плотно прикрыла дверь, оперлась спиной о холодильник и перешла сразу к делу, не замечая бледнеющего лица «подруги»:
— Слушай, Оль, я тут ночами не сплю, вся на нервах. Срок-то уже шестой месяц пошёл! Мой Дима ходит вокруг меня кругами, как голодный кот вокруг сметаны, но я боюсь косячить — всё-таки ребёнок, живот растёт... Короче, ты девочка умная и знающая, и срок у тебя, как и у меня. Скажи честно: можно ли вообще давать мужу на шестом месяце? И главное — ты сама-то как? Как ты с этим справляешься, не боишься? Расскажи по дружбе, по секрету!
У Елены Сергеевны внутри всё сжалось. Её мозг инженера-конструктора попытался выдать хоть какую-то техническую спецификацию процесса, но на ум приходили исключительно нагрузки, допуски и сопротивление материалов.
Психологический кошмар ситуации заключался в том, что Елена Сергеевна — женщина строгих советских и постсоветских устоев, для которой эта тема всю жизнь была табу даже с собственными дочерьми,  сейчас должна была рассуждать о супружеской интимной жизни с мужем дочери, находясь в роли этой самой беременной дочери!
В её голове бушевала буря:
--Господи Боже мой! Куда я попала?! За что мне это?! Я - начальник отдела в крупной фирме! У меня в подчинении сорок мужиков-инженеров, перед которыми я могу рявкнуть так, что чертежи со столов падают! А тут сидит эта девчонка и требует от меня мастер-класс по супружеской постели с моим собственным зятем?!Стоп, стоп, стоп. Это было полгода назад. Сейчас я не мама, я - дочь. Мне 25 и я беременна! Но всё равно я сейчас сгорю со стыда прямо в этом дебильном лёгком платьице в цветочек! Какое "давать"? О чём она вообще говорит?!»
Однако, образ молодой и продвинутой Оли требовал жертв. Сглотнув подступивший к горлу ком, Елена Сергеевна густо покраснела до самых ушей (что на её лице выглядело крайне естественно для «беременного токсикоза») и выдавила из себя:
— Ну... знаешь, Даш... тут же всё индивидуально... Главное — аккуратность и... э-э... правильная аэродинамика! — брякнула она первое пришедшее в голову инженерное словечко. — А я... мы... ну, стараемся находить компромиссы. Виктор же у меня муж всё-таки понимающий... В общем, всё под контролем! — закончила она сдавленным шепотом, лихорадочно соображая, как бы побыстрее сбежать из кухни и от Дашкиных расспросов.

Едва вернувшись в комнату с пылающим лицом, Елена Сергеевна рухнула на стул, судорожно хватая ртом воздух.
Настоящая Оля (в строгом и величественном образе Елены Сергеевны) сразу заметила неладное. Мало того, что «дочь» выглядела так, будто только что разгрузила вагон с углём, так ещё и глаза её метали искры паники.
Елена Сергеевна(Оля) строго качнула головой, глядя на «дочку»:
— Так, детка. На два слова. На кухню, марш!
Как только они снова оказались за закрытой кухонной дверью, Оля скрестила руки на груди и вопросительно приподняла бровь:
— Ма...э-э-э... Оля, ты чего бледная как смерть? Что эта болтушка от тебя хотела? Колись давай.
Оля(Елена Сергеевна) закрыла лицо руками, тихо застонав от стыда:
— Ол...мама... убей меня. Закопай прямо здесь, под ёлкой. Эта... эта Даша... Она меня буквально пытала!
— Про что?! — насторожилась Оля.
— Про... про то, можно ли мужьям на шестом месяце... ну! И как мы с Виктором...
Настоящая Оля на секунду зависла, а потом её глаза расширились от ужаса и понимания. В следующую же секунду плечи у обеих затряслись — сначала от шока, а потом от беззвучного, истерического хохота.
— И... и что ты ей ответила?! — давясь смехом, зашипела Оля.
— Я сказала про... правильную аэродинамику! — простонала Елена Сергеевна, окончательно сгорая от стыда. — Представляешь?! Я, взрослая состоявшаяся  женщина, вынуждена читать лекцию о супружеском долге, как какой-то сексопатолог-любитель!
В этот момент дверь кухни со скрипом приоткрылась, и в щель просунулась голова м Юли. Глаза у младшей сестры горели  любопытством:
— Ой, девчонки, а чо это вы тут шепчетесь? Я тоже хочу послушать про аэродинамику! Пустите меня к вам, мне интересно же...
Оля и Елена Сергеевна синхронно повернулись к ней и рявкнули абсолютно одинаковым, властным голосом Елены Сергеевны:
— Юля, брысь отсюда! Мала еще про такое слушать! Иди салатик поешь, Виктору и Димке по рюмке налей да Дашу займи.!
Юля испарилась с кухни быстрее, чем прозвучал этот приказ, а две женщины остались стоять посреди кухни, глядя друг на друга и понимая: эта новогодняя ночь запомнится им на всю оставшуюся жизнь.
Елена Сергеевна (Оля) глубоко вздохнула:
--Дочь побудь здесь, успокойся, а я пойду к столу, а то сюда сейчас все прибегут.

 Не успела Елена Сергеевна перевести дыхание и смыть с лица краску стыда, как дверь гостиной снова скрипнула. На пороге кухни возникла Даша — глаза горят, вид заговорщицкий, а решимости в позе больше, чем у штурмовой группы.
— Ольчик, милая, извини, что опять дёргаю, но ты же понимаешь — дело государственной важности! — с порога зашептала Даша, плотно притворяя за собой дверь. Ты меня бросила на полуслове с этой твоей загадочной «аэродинамикой». Давай по-чесноку. Подруга подруге. Так ты даёшь мужу или нет?
Елена Сергеевна, всё ещё пребывавшая в состоянии лёгкого инфаркта от предыдущего допроса, почувствовала, как земля уходит из-под ног. Сорокавосьмилетний инженер-конструктор, человек строгих правил, который привык оперировать чертежами, ГОСТами, допусками и посадками, снова оказался на передовой фронта интимной жизни.
Даша подошла ближе, уперлась руками в бока и выдала такое, от чего у Елены Сергеевны едва не выпали глаза из орбит:
— Понимаешь, мне же тоже хочется! Не только  Димке, а и мне! Но я жутко боюсь. Живот на нос лезет. А муж мой, Димка, ты же знаешь его, он как танк, разогнался — не остановишь. Как глубоко вообще можно? Он же не удержится, заиграется! Ты женщина умная, всё на свете знаешь. Расскажи технологию: как надо, в какой позе, чтобы и волка сыты, и овцы целы? Ну научи!
В этот момент мозг Елены Сергеевны попытался выдать защитную реакцию. В её сознании пронеслись картины из конструкторского бюро:
--Предельно допустимая нагрузка на узел... коэффициенты запаса прочности... угол атаки...
 Но Даша требовала не сопроводительную документацию, а конкретный мастер-класс!

Психологический кошмар ситуации усугублялся тем, что Елена Сергеевна прекрасно знала: за тонкой  дверью сидят её зять Виктор (тот самый «муж», которого сейчас обсуждают) и собственная дочь Оля (которая уже полгода изображает саму Елену Сергеевну). Мысль о том, что её собственные сокровенные (или, вернее, совершенно не существующие в таком ключе!) семейные тайны сейчас обсуждаются подругой с ней же самой — заставляла бедную женщину буквально плакать от внутреннего отчаяния.
--Господи, за что мне это наказание?! — панически думала Елена Сергеевна, чувствуя, как уши начинают гореть ярко-красным пламенем.  Какая глубина?! Какой Димка?! Я жила с мужем, родила двух детей, мне 48 лет, мы никогда такое не обсуждали. А эта девчонка требует от меня инструкцию по эксплуатации мужа на шестом месяце! Если я сейчас ляпну что-то не то, она же меня по косточкам разберет. Надо срочно закруглять этот балаган!
Понимая, что отбиваться от таких практических вопросов Даши больше нечем и что спасти её может только железобетонный, закрывающий тему аргумент, Елена Сергеевна собрала всю свою волю  в кулак, напустила на себя вид «бывалой женщины», у которой всё схвачено, и выдала сдавленным, но твёрдым шепотом:
— Даш... ну успокойся ты ради бога. Всё можно, если с умом. Мы вот, например, регулярно это делаем, раз-два в неделю, стабильно. Главное — не суетиться и соблюдать технику безопасности. Всё, вопрос закрыт, мне нужно воды выпить, у меня токсикоз!
С этими словами Елена Сергеевна решительно отпихнула ошарашенную столь точной статистикой Дашу, вылетела из кухни и рухнула на первый попавшийся стул, судорожно обмахиваясь салфеткой. Сердце колотилось где-то в горле, а в голове билась только одна мысль: «Слава богу, отвязалась... Но если Дашка ещё хоть раз заговорит на эту тему, я ей устрою такую аэродинамику — мало не покажется!