Сберечь любовь. Глава 2. Мелодрама
Милана, придя из фитнес-центра, первым делом устремилась в маленькую комнату, где всегда её ждали любимые дочки Лиза и Наташа. Те, увидев маму, бросили свои дела и побежали к ней обниматься. Милана прижала их к себе, расцеловала обеих, поправила причёску у младшей дочки Лизы и стала расспрашивать, как у них прошёл день. Старшая Наташа была не по годам рассудительной и самостоятельной, что выглядело необычно для её тринадцати лет. Она сама ходила в школу, что была неподалёку от их дома, в шестой класс. И частенько, когда мама была на работе, забирала шестилетнюю сестрёнку Лизу из садика, который тоже находился в их микрорайоне. Наташа училась
хорошо. Милана отслеживала её успехи в учёбе по электронному дневнику, специальному электронному сервису, созданному для обучающихся и их родителей, о ходе и результатах учебного процесса, в том числе получать информацию об учебных расписаниях, текущих и итоговых отметках и домашних заданиях в режиме онлайн. Кроме этого, Наташа занималась с Лизой и учила её читать и считать, так как мама всё время была занята на работе. Наташа поддерживала порядок в детской комнате и всегда ругала Лизу, когда та разбрасывала игрушки и всякие поделки. Если бы не Артём, то Наташа навела бы порядок во всей их небольшой квартире. Милане хотелось, чтобы её дети ни в чём не нуждались. Старалась их приодеть, чтобы
её девчонки выглядели не хуже их сверстников. И по мере возможности пыталась уделять им побольше времени. В единственный свой выходной, в воскресенье, часто ходила с ними то в кино, то в кукольный театр, то на цирковое представление, когда к ним в город приезжал цирк-шапито, то на общие городские праздники: Масленицу, день города. К сожалению, её работа не могла полностью обеспечить финансово благополучное проживание её семьи. А тут ещё в её жизни появился Артём… Милана невесело вздохнула. Ей вспомнилось то счастливое время, когда вся её семья жила в любви и взаимопонимании. Тогда был ещё жив муж, отец её
маленьких дочерей, Михаил. Как он радовался, когда родилась их младшая дочь. И это он назвал её Лизой, отдав должное памяти своей любимой бабушки Елизаветы Петровны, которая все заботы о нём взяла на себя, когда преждевременно ушла из жизни его мама. Отца он плохо помнил. Ему было лет пять, когда он на похоронной процессии, держась за руку мамы, одетой во всё чёрное, провожал в последний путь
своего отца, погибшего при задержании опасного преступника. Отец у него работал в милиции, в отделе уголовного розыска. Мама после гибели отца стала часто заговариваться, перестала совсем с кем-либо общаться. Из магазина «Продукты», где она работала продавцом, ей пришлось уйти, так как пошли жалобы посетителей о её невнимательности при обслуживании покупателей. Михаил был у родителей один. И мама вечерами молча его обнимала и сильно прижимала к себе, как будто боясь, что и сына она тоже потеряет. Через полтора года угасла и мама. И его взяла к себе бабушка по матери Елизавета Петровна, которая, несмотря на свой возраст, всё ещё
работала в школе учительницей начальных классов. Бабушка была строгой и требовательной, но Михаил её всегда слушался и по-своему любил, так как понимал, что она ему желает только добра. К тому же она прививала мальчику моральные качества и способности, чтобы тот был решительным и самостоятельным, был коммуникабельным с людьми. Особое внимание придавала соблюдению режима и распорядка дня. И как ни странно, Михаил успевал после школы сделать всё: и приготовить домашние уроки, и поиграть с ребятами во дворе в футбол, и вовремя поужинать, вымыв посуду после себя, и посмотреть по телевизору мультики. Когда окончил школу, Михаил уже знал, куда пойдёт работать. И после армии пошёл в милицию по стопам отца. Сначала ходил с нарядом обеспечивать порядок на улицах, а через три года его перевели участковым на один из сложных участков города, так как к этому времени Михаил успел зарекомендовать себя, согласно имеющейся характеристике от начальства, добросовестным и исполнительным сотрудником. Параллельно он учился в Воронежском институте МВД России. К тому времени в 2011 году милицию переименовали в полицию…
Милана и Михаил познакомились в городском спортзале, куда он ходил подкачать мышцы, а она в то время увлекалась аэробикой, куда затащила её новая подруга Рита. И когда они с Ритой после очередных занятий выходили из зала, их чуть не сшиб с ног молодой высокого роста крепко сбитый парень в кожаной куртке, который куда-то очень торопился.
Рита воскликнула:
— Михаил, а ты чего тут делаешь?
— Привет, Рита. Да вот опаздываю на тренировку, — ответил тот.
— Что? Тоже на аэробику ходишь? — Рита сделала круглые удивлённые глаза.
— Да нет же, — нетерпеливо отреагировал Михаил. — Здесь недавно открыли секцию тяжёлой атлетики, вот туда и спешу.
— Жалко, — хохотнула Рита. — С такой комплекцией ты бы неплохо разбавил наш женский коллектив! Кстати, знакомься, моя лучшая подруга Мила. Вместе с ней уже полгода ходим на аэробику.
— Здравствуйте, Мила. Меня, как вы поняли из разговора, зовут Михаил.
— Очень приятно, — ответила Милана.
Михаил попрощался с девушками и побежал в свою секцию. Рита посмотрела ему вслед:
— Представляешь, Мила, этот субъект работает у нас в районном отделе полиции участковым. Не очень общительный парень на работе, но когда находится в неформальной обстановке, его не узнать. Например, в последний раз на праздновании Нового года был не похожим на себя—весёлым и с хорошим чувством юмора. Правда, ни с кем из сотрудниц не заигрывает, как многие его сослуживцы делают. Подарков никому не делает, хотя знаю, что в свои двадцать шесть лет ещё не женат. Я в полиции в отделе кадров работаю.
Милана промолчала. Но про себя отметила, что парень ей понравился. После этого прошло ещё две недели, когда Милана и Михаил снова встретились в спортзале. В этот раз Милана была без подруги, так как Рита заболела ОРЗ. Михаил первым с ней поздоровался, в этот раз он никуда не спешил, и они разговорились. Потом стали встречаться. Происходило это в дни, когда Михаил не был на дежурстве. А через
полгода он сделал ей предложение, и они поженились. Молодая семья обосновалась в маленькой «двушке», что досталась Михаилу по наследству от его бабушки, которая к тому времени уже года два как умерла. Через год родилась Наташенька. А ещё через семь лет появилась Лиза. Это было самое счастливое время в жизни Миланы. Они с мужем очень любили друг друга. По пустякам не ругались. Берегли друг друга. Ему очень часто из-за дежурств или каких-то происшествий, происходивших на его контролируемом участке, приходилось ночевать вне дома. Но Милана всё понимала и очень за него переживала. А через год после рождения Лизы произошёл этот несчастный случай, в котором погиб её муж…
Милане пришлось оторваться от своих мыслей, так как в комнату вошёл разъярённый Артём, который выпалил ей сразу резким тоном:
— Эй! Ты чего здесь расселась? Времени девять вечера, а я ещё не жравши! Хватит сюсюкаться, иди сготовь что-нибудь, а то в животе всё крутит!
Дети, которые боялись и ненавидели Артёма, замерли, а Милана поднялась с Наташиной кровати, погладила детей по голове и направилась на кухню,
успокаивая детей:
— Не переживайте, мои хорошие. Я скоро вас позову покушать.
— Мама! Мы не голодные, — ответила Наташа, — мы с Лизой после садика заходили в булочную и купили там по два пирожка на те деньги, что ты нам дала, и бутылочку яблочного сока.
— Нет, нет, Наташа! Хотя и поздно, я вам сейчас, пока картошка жарится, по-быстрому салат оливье сделаю, — категорически сказала Милана.
На кухне Милана сразу почистила картошку, порезала её мелкими ломтиками и поставила готовиться на плиту. Затем занялась приготовлением салата. «Артём любит хорошо поесть, — подумала она. — Вроде в холодильнике оставалось немного варёной колбасы, да и сыр тоже был. Надо их тоже порезать, а завтра я что-нибудь куплю, варёную курицу или котлеты». С этими мыслями она заглянула в холодильник, но там ничего, о чём она только что подумала, не было, от слова совсем. В это время на кухню заглянул Артём:
— Ну что, когда готово будет?
— А ты разве совсем ничего не ел? — спросила его Милана.
— Это что за намёки?—раздражённо переспросил Артём.
— С утра, когда уходила на работу, в холодильнике на верхней полке лежали сыр и колбаса, — утвердительно сказала Милана, глядя ему в глаза.
— Ты что, белены объелась? — яростно произнёс Артём. — Спрашивай своих малолетних. Это они наверняка всё перетаскали и сожрали!
Милана не стала дальше спорить, так как по опыту знала, что дальнейшее выяснение отношений приведёт с его стороны к матерщине, или даже к рукоприкладству. А дети и так стали в последнее время очень дёргаными…
Через полчаса все сидели за столом и ели картошку и салат, запивая всё это молоком. Потом, когда все поели и разошлись по комнатам, Милана на кухне помыла посуду и решила на утро приготовить заранее гренки, чтобы и детям, и самой заодно с утра перекусить. Да и Артёму будет тот же завтрак, чтобы не устраивал
вечерних концертов и наелся бы с утра. Хорошо, что она два дня назад приготовила большую четырёхлитровую кастрюлю щей с мясом, которой на завтра Артёму должно хватить, так как она посмотрела, там ещё оставалось достаточно. Пока она размышляла, неожиданно пискнул мобильный телефон: пришло сообщение. Она посмотрела, это был Антон. Она ответила ему. Потом, когда закончили переписываться, Милана вспомнила ещё раз все тренировки с ним и улыбнулась: «Какой же он смешной и рассеянный! Как можно было перепутать двери на выход из бассейна и в женскую раздевалку? Там же висят таблички с указателями, и их не увидеть никак нельзя!» Про субботу и занятие, которое Антон просил перенести
на более ранние часы, она в принципе не возражала, надо только предупредить одного клиента, что её не устраивает, что он ходит на тренировки через раз-два
и предложить ему нынешнее время Антона. Потому что отказать совсем тому человеку она не могла. А с другой стороны, когда он не приходил на занятия, она теряла в деньгах, что при нынешнем её семейном бюджете недопустимо. А в семейном бюджете на настоящий момент была большая дыра. Потому что живут они сейчас только на зарплату Миланы. Артём неделю назад сказал, что он ушёл из таксопарка, так
как по десять-двенадцать часов в день вкалывать ему надоело. Свободного времени совершенно нет. И зарплата слишком маленькая для него. Хотя, если разобраться, Милана его зарплату практически не видела. Заработанные деньги, в отличие от Михаила, он не отдавал, а тратил только на себя: то на курево и пиво, то на одежду, то на модные кроссовки. Детям вообще ничего не покупал. Так, ради смеха, купит им по леденцовому петушку на палочке, а на мороженое ему уже было жалко тратить деньги. И только в постели, если Милана во время ночных утех попросит
его дать немного денег на продукты или на одежду для девочек, он мог расщедриться и какую-то часть денег дать. Теперь Артём практически сидел на её шее и куда-то идти устраиваться на работу не торопился. С тех пор, как они стали жить вместе, он уже сменил пять мест и нигде долго не задерживался. То с начальником поцапается, то с коллективом проблемы. Вообще у Артёма был непростой и тяжёлый характер. И Милана связывала это обстоятельство с прошлой его жизнью, иногда его жалела и надеялась, что он исправится. А познакомились они при неожиданных обстоятельствах…
Как-то раз ей позвонила девушка Катя, с кем они вместе учились в местном вузе, в Центре дополнительного образования по профилю «Физическая культура и спорт» для получения специальности «фитнестренер»:
— Мила, добрый день!
— Добрый день, Катя! — ответила ей Милана.
— Мила, дорогая моя! Можно тебя попросить заскочить ненадолго ко мне домой?
— А что случилось?
— Да понимаешь, никак не могу открыть тесты для сдачи экзамена, что нам по паролю для каждого студента прислали по электронной почте. А уже надо
готовиться. И попросить больше некого, все находятся далеко, а ты как бы рядом живёшь, через квартал от меня.
— Конечно, Катя. Я через полчаса буду свободна. А напомни свой адрес.
— Улица Мира, дом 16, квартира 10.
— Хорошо. Жди. Я приеду.
Минут через сорок Милана уже въезжала на своей машине «КIА» во двор дома, где жила Катя. Так как квартира Кати находилась на третьем этаже десятиэтажного дома, то Милана решила подняться по лестнице. Между вторым и третьим этажом на
лестничной площадке она увидела высокого смуглого парня лет тридцати семи, который поигрывал ключами от машины и смотрел на неё в упор. Был он одет в болоньевую серую куртку, застёгивающуюся на молнию, в чёрных джинсах и в спортивных кроссовках фирмы Adidas.
— Куда, красавица, спешим? — поинтересовался он.
— Куда надо, туда и спешим, — отрезала Милана и прошла мимо него.
— Может, встретимся сегодня вечерком, я угощаю? — не отставал от неё парень. — Ты такая супер, просто класс, как в кино!
Милана ничего не ответила, поднялась на третий этаж и нажала на кнопку звонка. В это время из квартиры рядом вышел мужчина с тяжёлым баулом, с нахлобученной на лоб кепкой, захлопнул за собой дверь и пошёл к лестнице.
— Поехали, — обронил он в сторону парня. И они быстро стали уходить вниз.
Наконец открылась входная дверь квартиры номер десять, где на пороге в домашнем халатике стояла улыбающаяся Катя:
— Как хорошо, Мила, что ты пришла! Заходи, раздевайся, вот домашние тапочки, обувайся. Может, сначала чайку выпьем? У меня тортик остался после дня рождения.
— Давай потом, — ответила Милана. — Ну показывай, где у тебя компьютер.
И Катя повела её в небольшую спальню, где она занималась. Родители у неё были на пенсии и занимали другую комнату. Сейчас они отдыхали в одном из санаториев, куда постоянно ежегодно ездили подлечиться. Сама Катя была ещё не замужем, но в свои тридцать лет выглядела очень хорошо. Проблема с открытием тестов у Кати оказалась пустяковой, и через десять минут они уже сидели на кухне и пили чай…
Через два дня ей опять позвонила Катя и взволнованным голосом сообщила:
— Мила! У нас в доме ЧП! Квартиру соседей обокрали, вынесли всё ценное: золото, украшения, антиквариат, кое-что из одежды. Полиция ходила по квартирам и спрашивала, кто что знает, видели ли мы посторонних людей, к кому из нас приходили гости, и прочие вопросы задавали. И сказали, что следствие установило, что кража произошла как раз в тот день, когда ты ко мне приходила. Ты извини, но мне пришлось сказать, что ты тогда у меня была. Следователь записал твой номер телефона, как тебя зовут и чем ты занимаешься.
Милана растерялась, услышав эту новость. Она сразу вспомнила тот день, парня, который к ней приставал, и мужчину, выходящего с баулом из соседней квартиры. Потом собралась с духом и ответила как можно более спокойным тоном:
— Катя! Ну ты меня огорошила! Не переживай, пусть звонит следователь.
Говорить Кате, что и кого она видела в тот день на лестнице, она не стала. А через полчаса ей действительно позвонил следователь и спросил, может ли она
подойти в отдел полиции завтра в 10.00 или ему придётся официально выписать повестку. Милана в уме прикинула, свободно ли у неё это время, и ответила
утвердительно. Вечером она всё рассказала Михаилу, и он отругал её:
— Мила! Ну почему ты мне сразу всё не рассказала? Тогда преступников бы уже поймали по горячим следам! А сейчас будет тяжелее.
Сам он, как участковый, работающий, правда, в другом отделении полиции, чем следователь, ей звонивший, отлично понимал, чем чревато такое промедление.
— Миша! Да как можно было догадаться, что я видела воров? Тем более один из них даже ко мне клеился, — оправдывалась Милана.
— Значит, ты его хорошо рассмотрела? Всё понятно! Он в этой шайке стоял на стрёме! Ты обязательно всё в подробностях расскажи следователю. Ещё есть шанс их поймать, — уже более спокойным тоном попросил её муж.
— Хорошо, милый, — ответила Милана.
На следующий день Милана взяла паспорт и в 10.00 уже входила в кабинет следователя. Из полиции она вышла в 12.30. Там её попросили после данных ею
показаний сделать ещё фоторобот того парня, кого она видела на лестничной клетке. Михаил, заинтересовавшийся этой кражей, наладил связь с приятелем,
служившим в том отделении, и получал от него информацию, как идут дела. Через три недели он сообщил Милане:
— Всё, Мила! Того парня нашли и арестовали. Думаю, другому тоже недолго бегать осталось.
И действительно, уже через неделю поймали и второго соучастника кражи. Через несколько месяцев Милану вызвали в суд в качестве свидетеля по делу о краже. Она вошла в зал заседаний, куда её попросили зайти. За центральным столом восседала судья в чёрной мантии, полная женщина лет пятидесяти, перед которой было открыто уголовное дело, а рядом лежала книга, на обложке которой было написано «Уголовный кодекс Российской Федерации». Рядом с судейским столом сидела за маленьким столом девушка секретарь, которая вела протокол судебного заседания. Слева, чуть поодаль от судьи, сидел представитель прокуратуры, седовласый майор. А справа, напротив него, располагался адвокат подзащитных, бледная невысокая женщина сорока лет, которая изредка покашливала и теребила носовой платок в руках. При входе слева находилась металлическая клетка с охранником снаружи, в которой находились обвиняемые в наручниках. Знакомый парень привстал и помахал ей рукой.
— Сиди, дурак! — угрюмо процедил ему напарник и сплюнул на пол.
На передних стульях сидели, по всей видимости, потерпевшие: пожилая чета, он в очках, в тёмно-сером костюме, а она в синей блузке и чёрной юбке.
— Проходите, — попросила судья. — Вы Милана Юрьевна Терехова?
— Да, — ответила Милана.
— Передайте свой паспорт секретарю, — продолжила судья. — Вы вызваны в качестве свидетеля по уголовному делу № 1209 о квартирной краже. Согласны вы дать свои показания по рассматриваемому делу?
— Да, согласна.
— Уведомляю, что за отказ от дачи показаний, а также за дачу заведомо ложных показаний, вы несёте уголовную ответственность, предусмотренную статьями 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации. Вам понятно?
— Да, понятно.
— Тогда распишитесь у секретаря в соответствующем уведомлении.
Милана подошла к столу секретаря и расписалась.
— Андрей Петрович! Задавайте свои вопросы свидетелю, — обратилась судья к представителю прокуратуры.
Тот, не вставая с места, обратился к Милане:
— Милана Юрьевна, что вы можете сказать суду по существу рассматриваемого дела? Посмотрите на подозреваемых, где и когда вы их видели, и при каких обстоятельствах это произошло?
Милана оглянулась назад, и они опять встретились взглядом с парнем, который, как показалось, ей подмигнул, и стала говорить, смотря на судью:
— Мне, ваша честь, в тот день, это было 4 марта, позвонила девушка Катя, с которой мы учимся в одной группе в нашем вузе на фитнес-тренера, и попросила к ней приехать домой помочь открыть пароль по прохождению тестов для сдачи экзамена. Я, как мы с ней и договорились, подъехала к её дому в 16.30 и стала подниматься в её квартиру.
— Милана Юрьевна, уточните, пожалуйста, адрес квартиры, на которой вы договорились встретиться с вышеупомянутой девушкой, — перебила её судья.
— Квартира, где живёт Катя, находится в нашем городе по адресу: улица Мира, дом 16, квартира 10.
— Продолжайте, — попросила судья.
— Я стала подниматься в квартиру Кати пешком по лестнице, так как квартира находилась на третьем этаже десятиэтажного дома, что не было высоко, и я решила, что на лифте не стоит ехать. Когда поднялась до лестничной площадки между вторым
и третьим этажами, я увидела на ней высокого парня, который явно кого-то ждал.
— Почему вы так решили? — спросил представитель прокуратуры.
— Мне показалось, что он нервничал. Крутил связку ключей в руках и смотрел то вверх, то вниз на лестницу.
— Как он был одет?
— На нём была болоньевая серая куртка, чёрные импортные джинсы и чёрно-белые кроссовки фирмы Adidas.
— Какие ещё приметы помните?
— Да. Я следователю уже говорила. Глаза чёрные, густые нависающие над глазами брови, на левой щеке небольшой шрам.
— Что было дальше?
— Он меня остановил и спросил, куда я спешу. Я ему ответила, что это не его дело, и прошла мимо него. А он мне вслед крикнул, что я клёвая, и всё такое, и предложил мне встретиться вечером и вместе поужинать.
— Вы ответили ему?
— Нет. Я уже была около двери Катиной квартиры и стала ей звонить, нажимая на кнопку, которая находилась слева от верха двери.
— Вам сразу открыли?
— Нет. Прошло секунд пятнадцать-двадцать, как вышла Катя.
— А что произошло за эти секунды?
— Из соседней квартиры, кажется квартиры номер одиннадцать, вышел в это время мужчина среднего роста с большим баулом в руках.
— Вы его запомнили?
— Нет. Когда он выходил, то располагался ко мне боком, а потом я только спину его видела, когда он пошёл к лестнице. К тому же он был в коричневой
шерстяной кепке с «ушами», надвинутой на лоб.
— Он за собой дверь на ключ закрывал?
— Нет, на ключ не закрывал. Он, видно, свободной от баула рукой просто потянул дверь на себя, она и захлопнулась.
— Что этот мужчина делал дальше?
— Как я уже сказала, он направился к лестнице и о чём-то коротко обмолвился с парнем на площадке, который его, видно, и ждал.
— Что он сказал, не слышали?
— Я только одно слово услышала. «Поехали», — сказал этот мужчина парню. И они быстро стали спускаться вниз.
— А девушка Катя, к которой вы пришли, она ещё не вышла к вам, когда всё это происходило?
— Они только скрылись с глаз, а тут и Катя как раз открыла мне дверь. Так что видеть она их никак не могла.
— Вы что-то можете ещё добавить к своим показаниям?
— Да нет, вроде всё.
— Ваша честь! — обратился представитель прокуратуры к судье, — у меня вопросов к свидетелю больше нет.
— Тогда посмотрите ещё раз, пожалуйста, на обвиняемых. Вы кого-то из них узнаёте? Подойдите поближе, не бойтесь, — успокоила её судья.
Милана подошла к металлической клетке и посмотрела на находящихся там мужчин. Который постарше, тот злобно на неё посмотрел и отвернулся в сторону. Другой повыше ростом молодой парень вцепился обеими руками за прутья и плотоядно её
рассматривал.
— Это он! — указала она рукой на молодого парня. — Это тот, что стоял на лестничной площадке, когда я проходила мимо него.
— А другой подозреваемый вам знаком, вы его видели? — спросила судья.
— Нет, он мне не знаком, хотя по фигуре напоминает того мужчину, который в тот день выходил из квартиры.
— Господин адвокат, у вас какие- нибудь вопросы есть к свидетелю? — обратилась судья к бледной женщине.
— Да, ваша честь, у меня есть один вопрос к свидетелю, — ответила та. — Скажите, свидетель, как вы можете объяснить тот факт, что мой подозреваемый, на которого вы указали, решил с вами пофлиртовать, если вы его представили в своих показаниях как одного из участников совершённой кражи? Ведь,согласитесь, если он не побоялся показать вам своё лицо, может, он и не был участником совершённой
кражи?
— Я не знаю, — растерянно сказала Милана, — со мной многие заигрывают мужчины. Но он же потом быстро скрылся с другим мужчиной, который был с баулом и вышел из той квартиры, о которой я говорила.
— Ваша честь! Я выражаю протест! — вклинился в допрос адвоката представитель прокуратуры. — Это всё домыслы адвоката и к делу отношения не имеют!
— Протест принимаю! — стукнула молоточком судья и спросила адвоката:
— У вас ещё какие-то вопросы имеются к свидетелю?
— Нет, — ответила адвокат.
— Милана Юрьевна, вы можете быть свободны, — сказала судья Милане. — Не забудьте взять свой паспорт.
Милана взяла паспорт у секретаря и направилась к выходу из зала. Когда проходила мимо металлической клетки, молодой парень крикнул ей вслед:
— Эй, детка! Я на тебя зла не держу. Но знай! Всё равно ты будешь моей! Попомни мои слова!
Когда Милана вышла из зала, она облегчённо вздохнула: «Неужели всё закончилось?» Теперь она сто раз подумает, прежде чем опять быть свидетельницей. Так всё это морально тяжело вынести! «Как же мой Михаил выдерживает такую работу? Как же
ему непросто приходится», — с нежностью к мужу подумала она. Уже сидя за столом и ужиная, Милана рассказала мужу, что было на суде. Про реплику обвиняемого парня в свой адрес она промолчала.
— И что им будет? — спросила она мужа.
— Я думаю, тому, кто выносил вещи, лет пять - шесть дадут, а кто на «шухере» стоял, тому года четыре припаяют, — ответил Михаил.
Через год после этого случая Милана родила Лизу.
А спустя десять месяцев погиб Михаил. К ней домой в тот день позвонили из полиции и сообщили о случившемся. Потом рассказали, что на вверенном Михаилу участке загорелся дом и участковый бросился в самое пекло пожара, так как кто-то из жителей сказал ему, что там находятся двое несовершеннолетних детей. Выбраться оттуда наружу он так и не смог. Пожарная команда потом нашла его, обгоревшего, в комнате, которая по признакам была спальней. Видно, Михаил задохнулся. Назначенный по этому несчастному случаю следователь, который изучал все обстоятельства данной трагедии, был в недоумении. Он, разговаривая с Миланой, сообщил ей, что детей, которых должен был спасти её муж, в горящем доме
так и не нашли. Соседи при опросе тоже толком не могли ничего сообщить. Да, они подтвердили, что в этом старом доме раньше жила молодая семья с двумя малолетними детьми. Но потом, когда умерла хозяйка, бабушка Рита, они через несколько дней куда-то пропали. Зарегистрированы в доме не были. Они, как соседи, друг с другом совсем не общались. Правда, в тот день, перед тем, как случился пожар, видели неопрятную бабушку, которая крутилась возле участкового пункта. А потом, когда загорелся дом, она кричала, что в доме дети. После того, когда дом уже вовсю пылал и запоздавшие пожарные его тушили, когда рухнула крыша дома, эта бабушка рассказала соседям, что сама видела, как участковый бросился в дом спасать детей. После этого бабушка, которую соседи видели впервые, исчезла. Для Миланы, потерявшей любимого мужа, мир, в котором она жила, стал чужим. Она уже не понимала, что она сама делает на этом свете. Какая теперь цель в её жизни, и для чего и для кого она до сих пор ещё живёт. И только маленькие дочки в эти трудные дни заставляли Милану взять себя в руки и всю свою любовь отдать детям, своим дочерям: её и Михаила. Она не имела права забыть об их существовании. Должна была сделать всё, чтобы они выросли чуткими и хорошими людьми, такими, каким был их папа…
Так постепенно, месяц за месяцем, Милана вошла в обычный ритм жизни. Теперь у неё все мысли были только о детях, чтобы их поставить на ноги и чтобы они ни в чём не нуждались. Думала ли Милана о новом партнёре, который заменил бы детям их отца? Конечно, думала. Да и самой в холодной постели было уже тошно спать. А она была ещё сравнительно молодой, тридцать один год недавно исполнился. Мужчины не обделяли её вниманием. Всё время делали ей комплименты. В фитнес-центре мужики все старались попасть к ней. Кто посмелее, те в открытую с ней флиртовали. Но она старалась от таких сразу избавляться под какими- нибудь предлогами, так как
они в основном были женатыми, а кто и был не женат, к тому симпатии не возникало…
Так прошёл год. Наступил другой. Был весенний майский день, когда Милана возвращалась с работы к себе домой. С ней была Наташа, которую она взяла из школы, и маленькая Лиза, которую Милане удалось устроить в ближайший детский сад. Они вошли в подъезд, и Милана по привычке стала смотреть почтовый ящик своей квартиры, расположенный на стенде с другими такими же ящиками. Так как она выписывала пару газет, журнал мод и журнал «Физическое воспитание и спортивная тренировка». Одна газета была в ящике. Милана её вытащила и только хотела положить её в сумочку, как из газеты на пол выпал конверт. Она удивилась: от кого это может быть? «Может, уведомление из налоговой инспекции», — подумала она. Потом посмотрела на адрес отправителя. Там был написан адрес и номер исправительного учреждения и от кого письмо — от Головкова Артёма Николаевича. «Это ещё кто такой?» — подумала Милана. Она, конечно, слышала истории, как некоторые заключённые надоедали красивым и особенно богатым женщинам своими слезливыми письмами с мест заключения. Но с ней, слава богу, ничего такого до этого письма не было. И Милана уже хотела выбросить конверт в урну, что находилась у входа в подъезд, как вдруг до неё дошло: «А не тот ли это Артём, который попался на краже?» И она передумала выбрасывать и положила письмо тоже в сумочку.
Войдя в квартиру, Милана, после того, как девчонки убежали в свою комнату, пошла принимать душ. После освежающей воды стала чувствовать себя бодро и отправилась на кухню, чтобы приготовить ужин. Про письмо она всё это время не забывала, но не решалась посмотреть, что там написано. Потому что от заключённых что угодно можно ожидать, вплоть до угроз. Единственное, что её беспокоило, откуда тот
парень мог узнать её адрес. Но, с другой стороны, уже прошло больше двух лет, как его должны были отправить в исправительную колонию. Ей, когда Михаил был жив, муж как-то обмолвился, что он оказался прав. Ему сказали, что одному дали пять с половиной лет, а другому четыре года. Накормив детей, Милана стала помогать Наташе делать уроки, а Лизе дала мозаику, которую та обожала. Когда домашние уроки были сделаны, она уселась на диване и по просьбе своих девочек стала им читать сказку, открыв новую книжку, которую недавно приобрела в гипермаркете. Потом дети стали играть в свои любимые прятки, где Наташа с большой изобретательностью находила укромные места, куда пряталась. И Лиза часто подходила к маме и так просительно и жалобно смотрела на неё, что та её жалела и направлением руки показывала, где искать Наташу. Так прошло незаметно время, и было уже около девяти вечера. Милана включила детям передачу по телевизору «Спокойной ночи,малыши», а сама стала разбирать их и свою постель. Девчонки вот уже полгода спали вместе и уже не боялись, что ночью нет мамы с ними рядом. Милане тоже было так удобнее. Она наконец-то стала высыпаться по ночам. После просмотра мультика девчонки по очереди пошли в ванную комнату, где Милана их сполоснула из лейки душа и хорошо вытерла махровыми полотенцами, которые у девочек были у каждой своё. Наташа после принятия душа пошла самостоятельно
ложиться в кровать, а Лизу, окутанную полотенцем, Милана взяла на руки, понесла в комнату и положила рядом с Наташей, предварительно сняв с неё полотенце. Также она их одела в красивые пижамки. Обеих поцеловала и пожелала детям спокойной
ночи и сладких снов. И только тогда Милана пошла в прихожую, взяла из сумки газету и конверт и направилась на кухню. Первым делом она посмотрела газету. На первой полосе, как обычно, были статьи об успехах страны, и с кем в очередной раз встречался президент. На второй полосе, что её обрадовало, была программа на следующую неделю. На третьей полосе,кроме заметок о рассаде и консервировании овощей,была размещена большая статья, где корреспондент газеты описывал жизнь заключённых в одной из исправительных колоний, находящихся в их области. Там он взял несколько интервью с заключёнными, а также с начальником колонии. Милану заинтересовала эта статья, и она её внимательно прочитала. После чего подумала: «Как им нелегко приходится отбывать заключение. А с другой стороны, кто виноват? Они сами и виноваты». На четвёртой странице газеты было много рекламы, объявлений о продаже недвижимости и спортивная хроника. На ней Милана не стала долго останавливаться и решилась открыть конверт. Из него вытащила письмо, написанное неровным почерком на серой бумаге, и стала читать:
Здравствуй, моя ненаглядная! Самая клёвая девчонка из всех тех подруг, с кем ранее я гулял! И пусть я здесь сижу по твоей милости, готов вновь повторить, что зла на тебя не держу, потому что я на тебя запал. Знаю, что ты теперь одна, осталась без мужа. И, несмотря на твоё горе, я всё равно надеюсь, что мы будем вместе, что ты будешь моей. Ты мне очень нравишься. Надеюсь, что это взаимно. Ты, главное, меня дождись. Я тебя буду носить на руках всю жизнь. Твои дети мне не помеха. Я их буду любить так же, как и тебя. Меня осенью должны выпустить. И мы обязательно встретимся. И ты поймёшь, что я стал совершенно другим человеком, так как, будучи здесь, всё осознал и не собираюсь больше сюда возвращаться. Можешь мне не отвечать. Я привык за свои поступки отвечать делом, и когда освобожусь, мы с тобой обо всём переговорим.
Обожающий тебя Артём.
Она вложила письмо обратно в конверт, на обороте которого стоял большой штамп-печать исправительной колонии, и задумалась: «Искренне ли писал парень о своих чувствах или просто хотел, находясь за колючей проволокой, излить душу ей, девушке, которая ему понравилась? А самое главное, как он отыскал её адрес и как пропустили это письмо в службе безопасности колонии? Там, где он сейчас находится, наверняка читали его дело и по фамилии адресата должны были догадаться, что она являлась свидетельницей?» Так ничего и не решив, Милана засунула конверт между книг на полке, надеясь, что со временем эта история забудется. Но через месяц пришло ещё письмо, в котором Артём напомнил, что писать ему не надо, что ждать их встречи осталось недолго.
Свидетельство о публикации №226110501845